— Кто сказал, что дружба обязательно должна начаться с бескорыстных намерений? — пожал я плечами. — Мне нужна твоя сила, твоя дружба, твоё доверие. Взамен я обеспечу комфортное проживание, и, по настроению, покой или беседу по душам.

— Ты весьма жадный человек, чужак, но твои слова звучат заманчиво. Как тебя зовут?

— Юки Хаку. А тебя?

— …Тебе даже известно, что у нас есть имена? Что ж. Меня зовут Исобу. Будем знакомы, Хаку.

Я сам не заметил, как моя улыбка приобрела дикий окрас.

Один из главных поворотных моментов моей жизни наконец-то подходил к своему завершению.

Но что бы дальше не случилось, я буду готов.

У Мей дёргался глаз.

— Ты хоть представляешь, сколько головной боли принёс мне? — спросила она, едва сдерживая рвущееся наружу раздражение. — Погодная аномалия, которую ты устроил, продолжает расширяться. Ты вообще собираешься хоть что-то с ней делать?

— «Продолжала», не «продолжает». Я первым делом остановил технику, когда всё закончилось, — ответил с улыбкой новоиспечённый Джинчуурики. — Однако боюсь, что тот участок леса останется безжизненной пустошью на долгие века. К сожалению, после нашего с Ягурой боя то место оправится ещё очень нескоро. Если оправится вообще.

Привычным усилием воли Мей подавила инстинктивную дрожь. Она не имела права показывать слабость. Особенно перед этим юношей. Пусть и давалось это ей с трудом.

Перед глазами мелькнули воспоминания. Она видела лишь последствия Ледяного Ада, как его называли суеверным шёпотом подчинённые. Стеклянный, хрупкий мир, запечатлевший последние мгновения жизни всех, кто находился в радиусе. Тех, кто замёрз, было невозможно спасти. Малейшее прикосновение превращало посмертные статуи в ледяную пыль, чрезвычайно опасную для дыхания.

И она сидела напротив шиноби, что устроил всё это без помощи Биджу. Она не хотела представлять, на что он способен теперь.

Просторный и пустой, офис, принадлежавший покойному Четвёртому, выдавал отсутствие вкуса у своего прошлого владельца. Скупая мебель, расставленная абы как. Диванчики фиолетового цвета, на которых она сидела со своим собеседником, дорогие на вид, но жутко неудобные. Одинокое деревце, скромно стоящее у стены, которое, судя по жёлтым листьям, давно не поливали. Это в Тумане, где две трети шиноби владели стихией Воды! Холодные, серые каменные стены без обоев. Синий, с жёлтым обрамлением коврик, смотрящийся просто вырвиглазно. Два сейва по бокам от стола Мизукаге, оказавшихся подозрительно пустыми.

Мей знала, что Ягура, скорее всего, был кровожадным психопатом, но не подозревала, что всё было настолько запущено.

Мысленно она сделала заметку выделить бюджет на капитальный ремонт. Мадока правильно говорила, когда подчёркивала важность отдаления образа Мей и Ягуры. Чем меньше между ними сходств, и чем больше перемен, тем легче ей будет править. Сравнений с предыдущим Мизукаге было невозможно избежать, но с помощью правильной подачи они могли заставить основную массу шиноби делать правильные сравнения.

Как жаль, что манипулировать Хаку не в пример сложнее. Особенно теперь, когда она потеряла последнюю возможность прибрать мальчика под себя. Теперь же ей оставалось лишь уповать на то, что Хаку соблюдёт их уговор, оказав дипломатическую помощь в будущем.

Ведь революция оказалась неимоверно дорогим хобби. Ей пришлось пойти на многое, чтобы у её сил имелись ресурсы и деньги все эти долгие годы. Ничего, способного опорочить её честь… Но не репутацию.

Смерти Ягуре желали многие. Поэтому Мей не удивилась, когда с ней начали связываться представители других Великих Деревень шиноби. По итогу услуги ей оказывали все четыре.

Об этом знал лишь её ближайший круг людей. Утеки информация в массы, и ей повезёт, если шиноби Киригакуре не пойдут тут же штурмовать башню Мизукаге. Никто не хотел внезапно оказаться в долгу одновременно всем прямым конкурентам. Никто не хотел платить по счетам, о существовании которых и не подозревал.

А платить вместе с ней будет весь Туман. Если она ничего не предпримет, конечно.

— Вот уже который год в стране Воды правит повсеместный голод, — продолжила она разговор, сложив руки у себя на коленях. — Этим утром я читала отчёты. По значительной части страны прокатились резкие заморозки. Ничего подобного тому, что происходило в эпицентре вашей схватки — но даже несколько градусов достаточно, чтобы нанести серьёзный урон урожаю.

— Вот видите, как хорошо, что я не останусь у вас? Кому нужен такой зловредный убийца посевов? — ответил Хаку, вежливо улыбнувшись.

— Значит, ты не признаёшь за собой вины за тысячи голодных смертей?

— Только после вас, Мей-сан. Ведь я всего лишь выполнял контракт, — развёл юноша руками. — Тем более, ещё ничего не случилось. Я верю в ваши управленческие способности.

— Ты здорово поживился на нашем контракте, — прокомментировала Мей едко.

— Ну так мы и не о выгоде говорим, а о какой-то ответственности. Вам шляпа голову не жмёт, кстати?

Какой толстый намёк.

Она фыркнула, стратегически сложив руки под грудью. Хаку продолжил смотреть в её видимый глаз, никак не дёрнув взглядом. Неудобность дивана, казалось, совсем не мешала ему ощущать себя, как дома.

— Я смотрю, ты чувствуешь себя прекрасно, — заметила Мей, оценивающе осмотрев его лицо. Как всегда смазливое и ухоженное. Ни намёка на слабость или побочные эффекты отравления чакрой.

— Даже не начинайте, — хихикнул Хаку, словно её попытка забавляла его. — Да и будь у вас эксперты помимо Мадоки-сан, я сильно сомневаюсь, что они смогли бы мне помочь, возникни у меня проблемы с Трёххвостым.

— Не пойми меня неправильно, я просто беспокоюсь. Всё-таки, ты довольно старше безопасного возраста для становления Джинчуурики.

— Что вы, что вы, меня приятна ваша забота, тётушка Мей!

Вот же паршивец!

Её реакция оказалась настолько бурной, что стоящий у дверей Чоуджуро посерел от её Убийственного Намерения. Цокнув языком, Мей вернула самообладание, кинув раздражённый взгляд на Хаку, но тот лишь продолжал смотреть на неё, как на горячо любимую тётю.

На её комментарий он так и не ответил. Что-то секретное?

Ао пристально наблюдал за течением боя при помощи украденного у Хьюга глаза, и докладывал ей всё, до мельчайших деталей. Чересчур мощные для его возраста техники Хаку. Полёт, телепортация или же что-то похожее, странная броня, использующая чакру носителя для защиты. Дзюцу ранга S, перевернувшее ход битвы и изменившее температуру на сотни километров вокруг. То, как юноша перестал сдерживаться после, будто обретя бесконечную чакру.

Таинственное гендзюцу, что контролировало Ягуру, объясняя его странное поведение последние десять лет. Мей готова была вырвать волосы с головы, когда поняла, что им требовалось лишь сбить иллюзию, чтобы затем расправиться с контуженным от продолжительного контроля Джинчуурики.

…Конечно, это не отменяло потенциальных опасностей. С таким же успехом избавление от гендзюцу могло бы привести Ягуру в бешенство, и им пришлось бы сражаться с Идеальным Джинчуурики. Или, при ином исходе, ломать голову о то, что делать с позицией Мизукаге. Но от досады это не спасало.

— Мадока говорила, у тебя имелось какое-то дело к стране Воды, — сменила тему Мей. — Учитывая, что твой амбициозный план ещё не свершился, мне любопытно, что ты можешь такого предложить. Или ты всё-таки передумал, и предлагаешь… Себя?

— Именно, — спокойно ответил Хаку, заставив её поперхнуться от неожиданности. — …В качестве делового партнёра, — добавил юноша, каверзно улыбнувшись.

— Ты не умрёшь своей смертью, мальчик, — мрачно ответила женщина.

— Это угроза или обещание?

— Очевидное наблюдение. Я так и не услышала твоего предложения.

— Ммм. Так получилось, что я имею право говорить от лица даймё Снега, — начал юноша буднично.

— Что, прости? — заморгала в замешательстве Мей.