Проблема была во мне.

Я больше не умела смотреть на него равнодушно.

После поцелуя — особенно.

После его:«Без тебя хуже».

После того, как сама призналась, что скучала.

Всё изменилось.

Теперь рядом с ним у меня на лице постоянно было написано слишком много.

После пары я почти сбежала из аудитории.

Но не успела дойти до лестницы, как услышала за спиной:

— Елена Сергеевна!

Я обернулась.

Ко мне быстрым шагом шла Вика — одна из студенток.

Очень красивая.

Очень наблюдательная.

И, судя по выражению лица, слишком любопытная.

— Да?

Она чуть улыбнулась.

— А можно вопрос не по теме?

О нет.

Только не это.

— Зависит от вопроса.

Вика прикусила губу, явно пытаясь скрыть интерес.

— А у вас с Артёмом что-то есть?

Мир замер.

Просто замер.

У меня внутри всё похолодело.

Господи.

Вот оно.

Началось.

— Что за глупости? — слишком резко ответила я.

Вика сразу подняла руки.

— Всё-всё, извините. Просто вы так смотрите друг на друга…

Сердце болезненно сжалось.

Потому что именно этого я и боялась.

Мы слишком очевидны.

Слишком.

Я заставила себя спокойно вдохнуть.

— Артём — мой студент. Не придумывайте лишнего.

Она быстро кивнула.

Но по глазам было видно:не поверила.

Совсем.

Когда Вика ушла, я ещё несколько секунд стояла неподвижно.

Холод внутри медленно расползался по рёбрам.

Нет.

Так нельзя.

Нельзя настолько терять контроль.

Я взрослый человек.

Преподаватель.

Это всё уже перестаёт быть только нашей проблемой.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Артёма.

«Что она у тебя спрашивала?»

Я резко подняла голову.

Он стоял в конце коридора.

Прислонившись плечом к стене.

И смотрел прямо на меня.

Господи.

Даже сейчас.

Даже после всего.

У меня всё внутри всё равно предательски дрогнуло.

Я быстро напечатала:

«Что между нами что-то есть».

Ответ пришёл мгновенно.

«И что ты сказала?»

Я нервно сглотнула.

«Что это глупости».

Несколько секунд ничего не приходило.

А потом:

«А сама в это веришь?»

Сердце сорвалось вниз.

Чёрт.

Я ненавидела, когда он задавал вопросы, на которые невозможно ответить спокойно.

Потому что нет.

Уже нет.

Я больше не верила, что между нами «ничего».

Между нами было слишком много всего.

Чувств.

Прикосновений.

Тишины, в которой мы слышали друг друга лучше любых слов.

Я подняла взгляд.

Артём всё ещё смотрел.

Без улыбки.

Слишком внимательно.

И именно этот взгляд окончательно добил.

Потому что в нём не было страха.

Только я боялась.

Только я всё время пыталась остановиться, спрятаться, придумать границы.

А он…

Он просто любил меня.

Спокойно.

Упрямо.

По-настоящему.

И от этого становилось ещё страшнее.

— Ленка-а-а…

Я вздрогнула.

Катя появилась рядом как стихийное бедствие.

Посмотрела сначала на меня.

Потом в конец коридора.

Потом снова на меня.

И медленно выдохнула:

— О-о-о…Да у вас тут уже напряжение как в турецком сериале.

— Катя, пожалуйста.

— Что «пожалуйста»? Половина универа уже заметила, что вы глазами друг друга раздеваете.

Я вспыхнула.

— Мы не…

— Лена. Я тебя двадцать лет знаю.Ты на бывшего мужа так не смотрела, как на этого мальчика.

Сердце болезненно дрогнуло.

Потому что она была права.

С Андреем никогда не было такого.

Такого огня.

Такой нежности.

Такого чувства, будто рядом человек, которого ты ждал всю жизнь, просто слишком поздно встретил.

— Это плохо кончится, да? — тихо спросила я.

Катя неожиданно перестала улыбаться.

Посмотрела на меня внимательно.

Очень мягко.

— А сейчас тебе хорошо?

Я прикрыла глаза.

Господи.

Да.

Да, чёрт возьми.

Рядом с ним мне было хорошо так, как не было уже много лет.

— Тогда проблема не в чувствах, — тихо сказала она. — Проблема в том, что ты всё время заранее готовишься к боли.

У меня внутри что-то дрогнуло.

Потому что…

Потому что это тоже была правда.

Я всё время ждала, что счастье закончится.

Что Артём однажды передумает.

Что люди осудят.

Что возраст победит.

Что всё рухнет.

И из-за этого сама же не позволяла себе просто быть счастливой.

Телефон снова завибрировал.

«После пар не убегай от меня».

Я смотрела на сообщение и чувствовала, как внутри медленно растекается тепло.

Опасное.

Нежное.

Уже такое родное.

Катя заглянула через плечо и простонала:

— Господи, да вы оба пропали.

Глава 24

После сообщения Артёма я весь день жила на грани.

«После пар не убегай от меня».

Всего пять слов.

А внутри — как будто кто-то открыл окно в комнате, где слишком долго не хватало воздуха.

Я пыталась вести себя нормально.

Проверяла работы.

Отвечала студентам.

Даже улыбалась Марине Викторовне, когда она в очередной раз многозначительно посмотрела на меня поверх очков.

Но всё было бесполезно.

Я ждала конца дня.

Ждала его.

И ненавидела себя за это ожидание.

Потому что хорошая, взрослая, разумная Елена Сергеевна не должна была считать минуты до встречи со своим студентом.

Не должна была краснеть от одного воспоминания о поцелуе.

Не должна была сжимать пальцы на кружке, когда телефон вибрировал от его сообщений.

Но, кажется, та Елена Сергеевна куда-то исчезала.

А на её месте появлялась женщина, которая хотела.

Хотела быть рядом.

Хотела слышать его голос.

Хотела снова почувствовать его руки на своей талии.

Господи.

Я действительно пропала.

Последняя пара закончилась в шесть вечера.

Студенты шумно потянулись к выходу, кто-то смеялся, кто-то спорил о зачёте, кто-то на ходу застёгивал куртку.

Артём сидел на первой парте.

И не двигался.

Я сразу почувствовала это.

Даже не поднимая взгляда.

Когда аудитория опустела, тишина стала слишком громкой.

Я медленно закрыла журнал.

— Ты хотел поговорить?

Он поднялся.

Медленно.

Высокий, спокойный, слишком красивый в этом вечернем свете.

— Да.

Одно слово.

А у меня уже пересохло во рту.

— Здесь нельзя.

— Знаю.

Он подошёл ближе, но остановился на расстоянии.

Словно держал себя в руках.

Словно тоже понимал: ещё шаг — и всё снова сорвётся.

— Тогда где? — спросила я тише.

Артём посмотрел на дверь.

Потом на меня.

— У тебя в кабинете есть ключ?

Сердце ударилось резко.

Неправильно.

Опасно.

— Артём…

— Просто поговорить, Лен.

Я усмехнулась без радости.

— Мы оба знаем, что рядом с тобой «просто» не бывает.

В его глазах что-то вспыхнуло.

Тёмное.

Живое.

Но голос остался спокойным:

— Тогда тем более поговорить.

Я должна была отказаться.

Сказать, что это плохая идея.

Что завтра.

Что в людном месте.

Что вообще никак.

Но вместо этого молча взяла папки со стола и пошла к двери.

Мой кабинет находился в конце коридора — маленькая комната с книжным шкафом, старым диваном для посетителей, столом, заваленным бумагами, и окном во двор.

Я открыла дверь дрожащими пальцами.

Артём вошёл следом.

Когда щёлкнул замок, я вздрогнула.

Господи.

Этот звук прозвучал как точка невозврата.

— Не надо было закрывать, — сказала я.

Он обернулся.

— В коридоре студенты.

Разумно.

Слишком разумно.

Но от этого легче не стало.

Мы остались вдвоём.