Очень.

Без злости.

Без раздражения.

Только с какой-то тяжёлой грустью.

— Ты правда думаешь, что я настолько поверхностный?

У меня защипало глаза.

— Я думаю, что жизнь длинная.

— А я думаю, что ты заранее готовишься к моменту, когда тебя бросят.

И снова удар прямо в сердце.

Господи.

Почему он всегда видит всё?

Я отвернулась.

Потому что глаза уже начинали гореть.

— Андрей тоже когда-то смотрел на меня как ты.

Сказала — и сама испугалась.

Потому что это была слишком голая правда.

Артём замер.

Я почувствовала это сразу.

— Не сравнивай меня с ним.

— Я не сравниваю. Я просто…

Голос дрогнул.

— Я просто уже знаю, как бывает.

Он молчал несколько секунд.

А потом вдруг очень тихо спросил:

— И поэтому решила заранее не верить мне?

Сердце болезненно сжалось.

Потому что да.

Да, чёрт возьми.

Именно поэтому.

Я так долго жила в мире, где любовь заканчивается разочарованием, что теперь не умела просто быть счастливой.

Всегда ждала удар.

Предательство.

Момент, когда мужчина посмотрит на тебя и поймёт:«Можно лучше».

— Я боюсь не тебя, — шёпотом сказала я. — Я боюсь времени.

Артём резко встал из-за стола.

Я вздрогнула.

Он подошёл к окну.

Постоял несколько секунд спиной ко мне.

А потом тихо произнёс:

— Знаешь, что самое обидное?

У меня внутри всё сжалось.

— Что?

Он повернулся.

И в его глазах было столько боли, что у меня перехватило дыхание.

— Ты до сих пор считаешь, что я выбираю тебя несмотря на возраст.А не просто выбираю тебя.

Тишина ударила по нервам.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри медленно рушится что-то важное.

Потому что…

Потому что он был прав.

Я всё время ставила возраст между нами.

Как стену.

Как оправдание.

Как защиту.

А он просто любил меня.

Без всех этих цифр в голове.

— Артём…

Он устало провёл рукой по волосам.

Впервые за всё время рядом со мной он выглядел не уверенным мужчиной, а человеком, которого действительно задело.

— Я не могу каждый день доказывать тебе, что ты достойна любви, Лен.

У меня защипало глаза.

Больно.

Очень.

Потому что это тоже была правда.

Я столько лет жила с ощущением собственной «недостаточности», что теперь даже рядом с ним продолжала ждать подвох.

— Прости, — тихо сказала я.

Он горько усмехнулся.

— Вот только не извиняйся сейчас.

— Но я…

— Нет.Я хочу, чтобы ты наконец поняла одну вещь.

Он подошёл ближе.

Сел передо мной на корточки.

И взял мои руки в свои.

Тёплые.

Сильные.

Родные до боли.

— Я не спасаюсь тобой от скуки.Не самоутверждаюсь.Не играю во “взрослую женщину”.Я люблю тебя.

Сердце сорвалось вниз.

Потому что впервые.

Впервые он сказал это вслух.

Люблю.

Господи.

У меня сразу задрожали губы.

— Артём…

— И знаешь, что убивает больше всего?Что ты, кажется, тоже меня любишь. Но всё равно ищешь причину, почему нам нельзя быть счастливыми.

Слёзы всё-таки выступили на глазах.

Потому что да.

Да.

Он опять был прав.

Я всё время искала конец нашей истории раньше, чем позволяла ей начаться по-настоящему.

Из страха.

Только из страха.

— Я не умею иначе, — шёпотом призналась я.

Он смотрел на меня долго.

Очень нежно.

Очень больно.

А потом тихо сказал:

— Тогда учись со мной.

Глава 27

После разговора в кафе всё между нами стало тише.

Не холоднее.

Нет.

Наоборот.

Будто мы наконец перестали бороться друг с другом и начали просто… быть рядом.

Без бесконечных попыток убежать.

Без:«это неправильно».

Без:«давай остановимся».

И именно это пугало сильнее всего.

Потому что теперь Артём перестал быть моей красивой катастрофой.

Он становился частью жизни.

Настоящей.

Большой.

Опасно настоящей.

— В субботу поедешь со мной? — спросил он вечером, когда мы сидели у меня дома на кухне.

Я подняла взгляд от кружки.

— Куда?

Он чуть улыбнулся.

— К сестре.

Сердце дрогнуло.

Сильно.

Не потому что страшно.

Хотя и это тоже.

А потому что…

Это было серьёзно.

По-настоящему серьёзно.

Мужчины не знакомят случайных женщин с семьёй.

Тем более таких мужчин, как Артём.

Я слишком хорошо это понимала.

— Ты уверен? — тихо спросила я.

Он нахмурился.

— В чём?

— Во мне.

Господи.

Ну вот опять.

Я сама услышала, как устало это прозвучало.

Артём медленно поставил чашку на стол.

Посмотрел на меня внимательно.

Очень.

— Лен.

Я сразу опустила глаза.

Потому что знала этот взгляд.

Сейчас снова будет правда, от которой нечем защищаться.

— Ты заметила, что каждый раз, когда между нами всё становится хорошо, ты начинаешь искать повод усомниться?

Сердце неприятно кольнуло.

Да.

Заметила.

Но остановиться не умела.

— Я просто не хочу однажды оказаться лишней в твоей жизни.

Он тихо выдохнул.

Потом встал из-за стола и подошёл ко мне.

Медленно.

Спокойно.

Как всегда.

И именно это спокойствие ломало сильнее всего.

Он опустился передо мной на корточки и осторожно взял мои руки.

— Ты сейчас сидишь у меня дома в моей футболке, пьёшь чай из моей кружки, а я зову тебя знакомиться с самым важным человеком в моей жизни после меня самого…и ты всё ещё думаешь, что можешь быть для меня «лишней»?

У меня защипало глаза.

Господи.

Ну нельзя же так.

Нельзя смотреть на женщину так, будто она что-то драгоценное.

Я нервно усмехнулась.

— Ты слишком красиво говоришь.

— Нет, Лен.Я просто уже не знаю, как ещё объяснить тебе, насколько ты для меня серьёзно.

Сердце болезненно сжалось.

Потому что внутри я уже начинала верить.

А верить было страшно до дрожи.

Всю субботу меня трясло.

Серьёзно.

Я успела три раза сменить одежду, дважды поссориться с собственным отражением и один раз почти написать Артёму:«Давай не поедем».

Потому что знакомство с семьёй — это уже не роман.

Не флирт.

Не тайная связь, которую можно в любой момент назвать ошибкой.

Это шаг в жизнь друг друга.

И Господи…

Я не была уверена, что готова.

Когда Артём заехал за мной, я открыла дверь и сразу поняла: пропала окончательно.

Потому что он смотрел.

Так, будто действительно рад меня видеть.

Не просто хочет.

Не просто скучал.

А именно рад.

Тепло.

Спокойно.

Почти счастливо.

И внутри сразу всё стало мягким.

— Привет, — тихо сказал он.

— Привет.

Он окинул меня взглядом — от пальто до волос — и медленно улыбнулся.

— Ты красивая.

Господи.

Ну как можно привыкнуть к мужчине, который каждый раз говорит это так, будто впервые увидел тебя?

— Не начинай, — пробормотала я.

— Почему?

Он подошёл ближе и тихо добавил:

— Ты тогда нервничаешь ещё сильнее.

Сволочь.

Наблюдательная.

Я закатила глаза.

— Я вообще-то еду знакомиться с твоей сестрой. Имею право нервничать.

Артём вдруг нахмурился.

— Лен.

— Что?

— Это не собеседование.

— Легко тебе говорить.

Он неожиданно улыбнулся.

Очень мягко.

И осторожно поправил выбившуюся прядь волос за моё ухо.

— Алина тебя полюбит.

Сердце дрогнуло.

Потому что сказал он это с такой уверенностью…

Будто уже видел меня частью своей жизни.

Дом у них оказался большим.

Очень.

Не кричащая роскошь, а именно дорогой уют.

Светлые стены.