Прямо над нами с Клаусом взрывается бомба с краской, сброшенная с дрона, и снег на несколько метров вокруг окрашивается в красный и зелёный цвет. Рядом, разбрызгивая синюю краску, стремительно врезается в землю ещё один.

Клаус виновато разводит руками и показывает пальцем вверх. Собственно, ни его, ни моей вины нет — почти вертикально падающий с большой высоты на приличной скорости дрон сложно не просто сбить, а даже заметить. Клаус достаёт зонт, раскрывает его и втыкает в землю — его жёлтый круг виден издалека и является сигналом для нападающей стороны, что наша позиция уничтожена. Ждём в окопе ещё почти полчаса, пока дроны добивают первую линию обороны, а потом штурмуют вторую.

Над полем звучит сирена, извещающая об окончании учений, вылезаем из своих щелей, и я не могу удержаться от смеха — Клаус как будто клоун, выкрашен в разноцветные краски. На моё замечание он тоже хохочет и говорит: — На себя посмотри.

Я понимаю, что и я такой же, и от этого ещё смешнее. Достаём смартфоны, фотографируемся — сейчас умоемся снегом и картинка будет уже не та.

Со всех сторон бредут небольшие снайперские группы, возбуждённо обсуждающие прошедшее сражение. Собираемся в нескольких точках, где нас ждут машины и возвращаемся в лагерь. Война — войной, но вначале — обед, а потом — разбор действий дроноводов и снайперов.

Завтра у нас заключительный день: небольшой марш-бросок, обед из полевых кухонь и возвращение во Владимир. Вечером губернатор даёт бал для участников «Квадронашествия». Как же без бала для победителей? Мы все по «Войне и миру» знаем: перед началом войны и по её окончанию — бал!

Владимир. Дом баронской семьи Плетневых.

Влад Плетнев легко вбежал по ступенькам родительского дома. Распахнув дверь гостиной, он бодро проговорил: — Вот и мы! Добрый вечер, папа. Привет, Лизок! Привет, сестрёнки!

Следом за Владом в гостиную вошли два зятя и тоже поздоровались с присутствующими и обняли жён.

За всех ответил Евгений Васильевич: — Привет, привет. Ждём, ужинать не садимся. Так что пойдёмте в столовую, там и расскажете об итогах ваших пострелялок. Что-то вы подзадержались?

Влад кивнул: — Ну, пока технику в гаражи загнали, пока оружие сдали. Мы могли бы на нашу базу не ехать, но всё-таки боевые стволы — лучше было проконтролировать. Все вернулись, всё в порядке.

— Какие-то вопросы по итогу «Квадронашествия» к нашим были? — на ходу спросил барон сына.

— Нет, да и быть не могло. В прошлом году мы тех же солдат и офицеров привлекали как инструкторов-дроноводов, а многие из знати участвуют во второй раз и наших ещё помнят. Ну и уровень у наших ребят после реальной службы в зоне локального пограничного конфликта хороший, знания свежие, так что у них и армейским специалистам было чему поучиться.

Рассевшись и поужинав почти в молчании, деловой разговор продолжили за десертом. Покрутив в руках чашку с чаем, барон спросил у сына: — Ты с Андреем переговорил насчёт варианта его брака?

— Да, как и договаривались с тобой, сказал ему, что у нас есть родственницы-дворянки и мы готовы подобрать ему невесту и ввести его в наш род.

— Он как прореагировал?

— Поблагодарил. Но сказал, что пока не думал об этом.

— Ну, наша главная задача выполнена. Мы ему мысль в голову закинула. Намекать ещё раз, а тем более, — давить, мы не будем. Он пацан умный, сам пусть размышляет, как ему жить. Может, и наш вариант ему подойдёт. Как только оказалось, что он не инициировался, так сразу не осталось ни одной кумушки из желавших выдать за него свою дочку. А так у Андрея сейчас забот полно: собственностью управлять надо самому, а у него всё хозяйство разношерстное и один подход ко всему имуществу применить нельзя. И как я понял, он и к имперскому триатлону готовится каждый день?

Владислав согласно кивнул: — Даже на учениях тренировался.

— А ведь у него впереди, — продолжил барон, — причём в недалёком будущем, самое страшное, что может ждать молодого человека в его возрасте…

Барон сделал паузу. За столом все умолкли и уставились на главу рода, соображая, какая-такая беда вот-вот настигнет Первозванова.

Вдохнув воздуха, барон произнёс: — Ну, ему же в мае-июне выпускные экзамены сдавать. Что может быть страшнее?

На этот раз смех за столом был общим…

— Из сюжетов в новостях я понял так, — отсмеявшись, продолжил разговор барон, — что на «Квадронашествии» и Костя Литвинов был? Они же вроде с Андреем Первозвановым не очень?

— Я тоже внимание обратил. Благо, мы с Андреем друзья, так что я напрямую ему вопрос задал. Он ответил, что незадолго до начала игр ему звонил Свят Волхонский и интересовался насчёт Константина. Ну и Андрей княжичу ответил, что официально между им и Костей Литвиновым никаких проблем нет. А с учётом того, что всё было урегулировано и задокументировано, их и на самом деле нет. Так что Костя там две недели исправно вместе со всеми отвоевал; много общался с этими, княжичами и прочей знатью из городов «Золотого кольца»; конечно со Святом; я тоже с Костиком несколько раз разговаривал. Да и со всеми он вёл себя ровно. Я видел, что и Андрей с Костей пару раз что-то обсуждали. Так что и тут всё вроде устаканилось.

— Представьте сюрреализм ситуации, — улыбнулся граф, — княжич звонит простолюдину, а у Андрея Первозванова, после выхода из-под опеки, такой статус, и просит его, чтобы он не обижал графа.

Дочери прыснули, остальные просто улыбнулись…

Владимир. Дом баронской семьи Протасовых.

Собравшись в гостиной, семейство Протасовых обсуждало итоги недели и планировало дела. Завершив разговоры о хозяйстве и управлении имуществом, глава рода обратился к Луке: — Расскажи, как учения завершились?

— Так же, как и шли. Всё на уровне. Там реально все вложились в организацию. И танки выделили, и полигон. Инструкторы-снайперы прилетели с Байкала, их Окинов выделил — старые мужики, но все в орденах и через одного — Герои России. А квадрокоптерами управлять учили Плетневы, у них дроноводы со свежими знаниями, наработанными на практике — опыта поднабрались при поездке на границу. Так что всё путём.

— Но я с другого начать хотел, продолжил Лука, — не про учения: Ева беременна.

— Вы же только первого родили? — с недоумением спросил Григорий Тимофеевич.

Из кресел, где сидели старшие братья, шёпотом раздалось: — Красавчик!

Лука запротестовал: — Что значит, только родили? Машуля вовсю улыбается. А как меня увидит — лыбится во весь свой беззубый рот и пузыри от счастья пускает.

— Это у нас ещё одна внучка или внук к концу года будет? — поинтересовалась супруга главы рода.

— Да. И если девочка, то, думаю, через год после этого ещё на ребёнка выйдем. Так-то я пацана тоже хочу, и Ева меня в этом поддерживает, — резюмировал Лука.

— Вы там не слишком ночами перерабатываете? — раздался вопрос от наследника, Тимофея.

— Ну, ради процветания рода я не только саблями махать, но и на других фронтах готов потрудиться, — парировал Лука.

— Так вот, возвращаясь к учениям, — продолжил он. — всё нормально прошло. Наши с Саворнянами держались подчёркнуто вежливо. А так как распределение на учениях в группы шло по жребию, то иногда с ними в пару или в тройки попадали. И тоже без конфликтов обошлось. Мы вообще как-то языками зацепились вместе с саворняновскими, так, о жизни поговорить. Они вот что предложили — сформировать и отправить в этом году ещё одну роту в зону пограничных конфликтов. Время есть, если сейчас написать военкому, с начала марта официально начнут тренировки и в конце весны уедут.

— Так у нас предыдущая рота ещё не вернулась? — с недоумением спросил глава.

— У нас охраны по-прежнему избыток, — парировал Лука. — И у Саворнянов тоже. Сокращать вы их не хотите, в наём их пока мало берут. Наши охранники тренироваться стали меньше — войны же не нет, что им рваться? Ходят, балду пинают. А кушать они хотят по-прежнему. И зарплату мы им платим исправно.