- Глория.., - Рид сделал шаг в ее сторону, но женщина грубо оттолкнула его.

Я была у двери операционной и тут же посторонилась, чтобы не стоять у нее на пути. Она глянула на меня то ли зло, то ли отчаянно и открыла дверь, за которой было тело ее сына. Спустя несколько мгновений мы услышали ее громкие рыдания.

- Пойдем, - сказала Стейси, подходя ко мне и легонько толкая в плечо. - Тебе отчет нужно писать. Рид здесь разберется.

Трусливо сбегать? Да, это все, что я могла. У меня не было смелости снова встретиться с укоряющим взглядом мамы Майка, с ее безутешным горем и отчаянием. Хотя я понимала: рано или поздно — все равно придется.

На ватных ногах я пошла вместе со Стейси к кабинету, не глядя на Рида. А ведь он наверняка был с Майком в момент ранения, но сейчас было не время для расспросов. Майку это все равно ничем не поможет. А у меня просто не было сил узнать, что его смерть — вина Рида. Не прямая, конечно, но разве он не мог сделать хотя бы что-то?

Удар скальпелем. Перед глазами встал образ Шоу. Почему я подумала именно о нем? Что вообще он мог делать в Саутвуде? Но такому психу, как он, ничего не стоило одним движением пробить артерию, а затем повернуть скальпель и рассечь печень. Майк говорил, что Белый Король захочет отыграться за проигрыш Арса, в этом ли была причина?

Остаток смены прошел, как в тумане. Глория к нам так и не зашла. Операционная была в соседнем помещении с приемным покоем, и за тонкой стеной еще долго слышался ее надрывный плач, а потом все стихло.

Доктор Финн пришел на два часа раньше, в шесть утра. Прочел мой отчет и взял все административные заботы на себя. Когда я вышла из кабинета, то увидела, как из операционной вывозили тело Майка, накрытое простыней, а рядом шла Глория. Я словно приросла к полу и не смела пошевелиться, пока каталка и все сопровождающие не скрылись из виду.

Стейси тоже видела — она вышла из кабинета следом за мной.

- Кэм, мы сделали все, что могли. - Тихо сказала она. - Ты сама понимаешь, с разорванной печенью у него не было ни единого шанса без коагулятора и полной бригады врачей. Да и с ними — нужна была бы пересадка. В наших местах это приговор. Не вини себя.

Слеза побежала по щеке.

- Ты иди, Стейси. Я хочу побыть одна, - только и ответила я.

Она говорила все правильно, но я ненавидела каждое ее слово.

- Похороны будут завтра, в два часа. Финн сказал, - обронила Стейси и пошла вперед.

Я вернулась в свою квартиру. Стены давили. О том, чтобы забыться во сне не было и речи. Я несколько раз порывалась позвонить Риду, чтобы узнать, что же все-таки произошло. Но каждый раз в последний момент откладывала комм в сторону.

Я не могла разобрать, что я чувствовала. Злилась ли на Рида, винила ли его или себя? Ведь это не он ранил Майки, и не я. Почему тогда я не могла простить нас обоих?

Он тоже сейчас не находил себе места от вины или запихнул ее в дальний угол сознания, потому что произошедшее было обычным делом для вольных земель? Казалось все вокруг: и Стейси, и Финн, и другой персонал больницы, и даже сам Рид приняли смерть Майка, как горькое, но нередкое событие. И только я, и, конечно, его мать были по-настоящему раздавлены.

Глухую тишину комнаты разрезал звонок комма. «Арни» — высветилось на экране.

- Привет.

- Привет, Кэм. Как ты там? Держишься?

- Не знаю, Арни.

- Понятно… - протянул старик. - Я по делу звоню. Ты сейчас спать собираешься или как?

- Или как.

- Тогда дуй в клинику, поработаешь сегодня за меня два часа, а завтра — я за тебя.

- Тебе куда-то нужно отойти?

- Это тебе завтра нужно будет на похороны. Или ты не планировала идти?

- Нет, конечно же я пойду.

- Думаешь, Финн просто так тебя отпустит в рабочее время? Он всегда входит в положение, но только если дело не касается работы.

- Поняла. Я сейчас прибегу.

- Бежать не надо. До конца дня еще есть время. Твою завтрашнюю послеобеденную операцию уже перенесли на утро, а сегодня просто два часика в травмпункте посидишь.

- Спасибо тебе, Арни.

- Не за что, дочка. Я же знаю, как вы дружили с пареньком. Так жалко, конечно, молодой совсем был, - Арни вздохнул в трубку, а меня снова пронзило осознание, что для местных все случившееся — это именно что « так жалко» и только.

Через полчаса я уже была в клинике. Смерть Майка обсуждали все — и персонал, и пациенты. Казалось, я была последней, кто узнал ее обстоятельства.

Той ночью в Саутвуде была встреча Белого и Черного Королей, обсуждали какое-то сотрудничество в нейтральном секторе. Почему именно в Саутвуде, мне не сказали.

Майка попросили срочно подвезти им какие-то документы. Они поехали с Дейвом, Майк был за рулем. И когда он парковался по возвращении, то задел Майхот Белого Короля, который как раз вышел из здания клуба, где проходила встреча. С ним были и Тобиас, и Рид, и другие люди обоих Королей.

Майк вышел из машины. Хотел, наверное, извиниться, но не успел.

Говорили, что Белый сказал:

- Какая досада. Приехал в гости к давнему другу и остался без машины.

После его слов Шоу отделился от группы и подошел к Майку. Никто ничего не успел понять. Майк охнул — и все.

А затем Шоу повернулся ко всем, достал платок из кармана и вытер кровь со скальпеля, который держал в руке.

- Кажется, ему нужно в больницу, - сказал он спокойно.

В этот момент Майк свалился на землю. Наши парни, а за ними и люди Черного схватились за стволы.

- Тоби, ты же понимаешь: я бы потерял лицо, если бы оставил ошибку твоего мальца без внимания, - сказал Белый.

Тобиас поднял руку и велел своим людям убрать оружие. Все понимали, что перестрелка закончилась бы многими жертвами. На этом и сыграл Белый, особенно, когда у него была «уважительная причина» поквитаться с Майком.

Нашему Королю ничего не оставалось, как проглотить это и отправить Рида с парнями отвезти Майка в клинику.

Утро пятницы было тяжелым. Накануне ночью я несколько раз проваливалась в сон и каждый раз просыпалась от кошмаров. Те были в разных вариациях, но всегда с Майком в главной роли. Последний раз мне приснилось, что я сама вспорола живот Майка скальпелем.

Несмотря на недостаток сна, на утренней операции я была собрана, и все прошло хорошо. Церемония прощания должна была состояться в траурном зале, а после все поедут на кладбище.

Когда Арни пришел, чтобы отпустить меня, я сразу же отправилась в цветочный магазин. Никаких венков я вчера не заказывала, мне хотелось подарить Майку просто букет живых цветов.

- Вот белые хризантемы, десять штук — двадцать лит, - вместо приветствия сказала мне цветочница.

По моему опухшему лицу можно было безошибочно определить, что я пришла за цветами на похороны, о которых сегодня говорили все в Саутвуде — поселение было не таким и большим.

Я окинула белые цветы равнодушным взглядом, я не хотела дарить их Майку. Мое внимание привлекли подсолнухи, которые стояли в вазе в самом углу. Только они во всем магазине подходили Майку, такие же солнечные, как и он.

- Я возьму их, - я указала на выбранные цветы.

- Десять лит за штуку, - сообщила продавщица. - Сколько упаковать?

Там было всего семь цветков.

- Все.

Женщина кивнула и пошла заворачивать цветы в бумагу.

В траурном зале было многолюдно. У гроба стояла мать Майка, рядом с ней какая-то женщина, а по другую сторону — незнакомый мне мужчина в черном дорогом костюме. Очень смуглый, с черными волосами и раскосыми глазами.

Возможно, это был тот самый Черный Король, возможно, нет. Сейчас мне не было до него никакого дела.

- Примите мои соболезнования, миссис Райт, - обратилась я к матери Майка.

Их фамилию я узнала, только когда пришлось писать отчет о смерти Майка.

- Это вы Камилла? - Женщина взглянула на меня заплаканными глазами. Сегодня в ней не было той отчаянной злости, которую я заметила в ней вчера ночью, только бесконечная скорбь.