Пройдя мимо Тьяльфа, я приподнял брезентовый полог и вошел внутрь. Лампы освещали разноцветные подушки, матрасы и одеяла. На них лежали две дюжины человек, одетых в пижамы и халаты, и занимались тем, что на первый взгляд выглядело как оргия в одежде. Но они просто обнимали друг друга и, судя по их улыбкам и тихому хихиканью, получали от этого удовольствие.

— О, нет — проворчал Тьяльф, когда они с Джеймсом подошли ко мне.

Карлик начал отступать, когда в куполообразном пространстве возникла фигура. Стройная женщина была одета в воздушное платье без рукавов, ее бронзовые руки были покрыты татуировками. Вокруг головного убора в цветочек ее вьющиеся волосы образовывали почти идеальную сферу. Она пристально посмотрела на нас своими темно-синими глазами, прежде чем ее полные губы растянулись в улыбке.

— Добро пожаловать обратно, дорогие — безмятежно произнесла она.

В своем кафтане она, казалось, скорее плыла, чем шла к нам. Она поздоровалась с нами в свою очередь, от ее тела исходил аромат курящегося шалфея. Когда она сжала мои руки, я был удивлен, почувствовав прилив жизненных сил.

— Я знаю, зачем вы пришли — прошептала она — Однако я не могу покинуть это место. Я удерживаю энергию — Ее радужки закатились под трепещущими ресницами — Вы чувствуете это?

Я действительно кое-что почувствовал: тепло контакта и общности. Это произвело приятный, ошеломляющий эффект, но наложилось на нечто более хаотичное, как будто первое было хрупкой оболочкой, и в любой момент весь ад мог вырваться на свободу.

— Что это за церемония?

Радужки Фантазии вернулись.

 — В нашем клубе объятий по четвергам.

— Ладно... – сказал я — Мы здесь только для того, чтобы забрать кое-какие вещи, которые оставили вчера вечером, и задать вам пару вопросов.

Она улыбнулся.

— Я собираюсь призвать вас к участию.

— Участию? — Спросил я, настороженно оглядывая комнату — В этом?

— Вы вторглись в наше священное пространство, не спросив разрешения. Ваше вторжение ослабило вибрационную энергию. Теперь вы обязаны восстановить ее. Вы в долгу перед обществом — Ей каким-то образом удавалось говорить приятно и в то же время напористо, почти агрессивно. Но я отказался отступать.

— Послушайте, леди. После тридцати шести часов, которые у нас были, мы ничего вам не должны.

Я повернулся к Джеймсу, который вдохновил меня противостоять Хельге и ее приспешникам, но он лишь смущенно улыбнулся в ответ.

— Вероятно, это не займет много времени — сказал он.

Отпустив его, я повернулся к Тьяльфу. Конечно, вспыльчивый гном не собирался мириться с этим, но на его удрученном лице не было ни капли сопротивления. Он начал тереть носком ботинка огромный ковер.

Я не поверил своим ушам. Они с Джеймсом увлеклись фантазиями.

Я вздохнул и придвинулся к ней всем телом.

— Нет — сказал я, вложив силу в свой голос волшебника — В Гримстоуне убийца, а наш друг пропал. Извините, но у нас нет времени на эту чепуху.

Воркование и хихиканье внутри купола прекратились, и я почувствовал, что общая энергия вот-вот взорвется. Хотя Фантазия не переставала улыбаться, ее глаза стали ледяными, отчего по мне пробежал холодок. В своем раздражении я упустил это: Фантазия была фейри. Не полнокровная, но достаточно опасная. И, как у ребенка с бензопилой в руках, ее контроль над своими силами казался шатким.

Она шагнула ближе.

— Теперь я действительно вынуждена настаивать.

Когда ее холодная аура усилилась, я почувствовала, что мои собственные силы иссякают: не такая уж и скрытая угроза. Ропот вокруг перерос в сердитый хор. Стоило ли из-за этого сражаться с толпой в пижамах?

— Прекрасно — вздохнул я.

Глаза Фантазии снова потеплели, ледяное выражение исчезло, и в купол вернулась сплоченность.

— Замечательно! Почему бы тебе не перейти на ту сторону? Там как раз хватит места для ящика с тремя ложками.

— Что это? — спросил я.

— Я покажу тебе — пробормотал Джеймс.

— Тебе удобно? — прошептал мне Джеймс.

— Обнимать тебя и быть в объятиях Тьяльфа? Не совсем.

Мы втроем лежали на груде подушек, я устроилась позади Джеймса, положив руку ему на плечо, а Тьяльф делал то же самое со мной, но его короткая рука лежала у меня на талии. Фантазия проследила за нашим расположением, чтобы убедиться, что между нами нет "энергетических разрывов", прежде чем уплыть, чтобы "занять свободное пространство". Судя по более глубокому дыханию Тьяльфа, он как будто засыпал.

— Как же я все-таки оказался в середине ложечки?

— Просто повезло — ответил Джеймс.

— Или, может быть, ты уже делал это раньше?

— Эй, Фантазия может быть убедительной.

— Ты мог бы сказать мне, что она наполовину фейри.

— Я не упоминал об этом?

— Нет. Ты этого сделал. Или что ты в нее влюблен.

— Ты можешь винить меня?

— Только если я проигнорирую тот факт, что она опаснее змеи Лоретты.

— Да, Гримстоун, это не Нью-Йорк с его четырьмя с лишним миллионами женщин. Я не могу позволить себе быть разборчивым — Он замолчал на несколько секунд — Я был не совсем честен с тобой по поводу кое-чего ранее.

— Чего? — Осторожно спросил я. Я не был уверен, что смогу вынести еще какие-нибудь сюрпризы.

— Помнишь, я рассказывал тебе, как Лиза уехала жить к своей матери и как я сказал, что справляюсь?

— Да?

— Так вот это не так — Когда его тело начало содрогаться, мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он сдерживает слезы — Я знаю, что прошло всего несколько недель, но мы обрели друг друга. Я имею в виду, я рассказал ей все, вплоть до того, как впервые овладел ею, и она ничего не скрывала. Это только сблизило нас. Не знаю, любил ли я раньше женщину по-настоящему, но я знаю, что любил ее. И если бы я мог пойти с ней, я бы пошел.

Он замолчал, чтобы всхлипнуть и перевести дыхание.

Технически, я уже обнимал его, поэтому лежала так неловко.

— Мой самый первый учитель, Ласло, сказал мне, что путь к волшебству может быть одиноким — сказал я через мгновение — У нас есть свои силы, свои обязательства перед назначенными местами. Но я обнаружил, что точно так же, как наша магия отталкивает нас, она также привлекает определенных людей. Нужных людей. Если Эллисон тебе подходит, твоя магия даст тебе об этом знать

Он сжал мою руку.

— Это прекрасно, чувак.

— И ты был прав насчет неуверенности — сказал я.

— Хм?

— Я пытался доказать самому себе, что достоин быть твоим наставником, и именно поэтому я продолжал делать эти маленькие сгибания с помощью своей магии. Я должен был быть выше этого. Мне, несомненно, тоже есть чему поучиться.

— Ты слишком строг к себе, профессор.

— После последних тридцати шести часов? Я не совсем уверен.

— Чувак, я наблюдал за тем, как ты работаешь, даже несмотря на все это. Ты серьезно относишься к своим обязанностям в этой магической сфере. Если бы не ты, я бы сказал "к черту все" и ушел вслед за Лизой. Орден знает, что делает. Ты оказываешь хорошее влияние — Он похлопал меня по руке — Я рад, что ты здесь.

Я подавил свои эмоции.

— Спасибо, приятель.

Церемония закончилась. Участники встали, обнялись на прощание и разошлись. Мы с Джеймсом разошлись, но мне пришлось разбудить Тьяльфа. Он фыркнул у моих ребер и огляделся. Осознав, что лежит на мне, он отпрянул.

— О, я, должно быть, задремал — сказал он с нервным смешком.

К тому времени, как мы все встали и потянулись, Фантазия уже была рядом с нами.

— Разве это не было блаженным подтверждением?

— На самом деле, это было довольно мило — сказал Джеймс.

Тьяльф проворчал что-то в знак согласия, но, казалось, не мог смотреть ей в глаза.

Фантазия погладила Джеймса по шее и бороду Тьяльфа, отчего щеки гнома приобрели цвет полированных яблок. Она повернулась ко мне.

— Видишь, что может произойти, когда ты говоришь "да" тому, чего действительно хочешь?