- Я поговорить! Ты можешь не думать о трахе?

- О! – его возбуждали подобные словечки, он надвигался.

Я кинула в него тряпку, он конечно же ловко увернулся, улыбаясь.

- Влад, пара слов! Серьезно!

- Иди сюда!

- Нет!

- Поймаю, отлуплю!

- Поймай сначала, рогатый! – увидела рога, что стали возвышаться над волосами.

Чувствуя дикое желание их потрогать, уставилась на них.

Влад наклонил голову, посмотрел исподлобья, надвигаясь.

Я запрыгнула на подоконник с легкостью, Влад восторженно выдохнул, понимая, что я могу упорхнуть, и тихо незаметно обхватил мою лодыжку хвостом.

Я даже не заметила, когда он вылез из него.

Так, шоу устраивать при всех не особо хотелось, но с другой стороны, мы же дома…

Я оттолкнулась от подоконника и полетела в руки демона, он с рыком засосал мои губы, по-другому не скажешь. Снова быстрый секс, снова яркий и очень чувственный.

- Влад, как ты смотришь на то, чтобы остаться в доме Белогора? В нем душа его.

- Глупенькая моя, Зеленоглазка. Ты поймёшь…Мне вообще география не важна, мой дом, где ты.

- Спасибо! Кровать вот только маленькая!

- Ндаа! И звукоизоляцию надо продумать, у меня есть толковые ребята, займусь. Кто в доме еще живет?

- Повара Сарп и Ханна, Радина, наверное, останется, или она с Гармой убежит – не знаю. Пока только повара и Мариша – все на первом, мы – на втором.

- Отлично! Всё, побежал! Люблю, ведьмочка!

Влад уже без рогов и хвоста что-то говорил своему побратиму, тот кивал головой, поглядывая в окно на меня, улыбаясь.

Спелись! Я была счастлива!

Перед обедом мы собрались женским кругом, обсуждали снова прелести истинности, но чувствовали все - витала тревога. Женщины о плохом и о будущем не говорили, потому что толком ничего не знали, кроме боя, что ожидался на убывающую луну.

- Всё будет хорошо! С нами ведьма, медведь и демон! Такой союз, что никогда отродясь не был! – Мариша разливала деловито горячий травяной чай по кружкам, успокаивая всех.

Мы с Маришей задержались взглядами. Надо поговорить с волчицей, да.

Обед перешел в ужин. Каждый сидевший за столом вспоминал недавний ужас, нет, об этом не говорили, это считывалось в воздухе, в глазах, иногда непроизвольно кто-то протяжно или прерывисто вздыхал.

Поблагодарив всех за труд и помощь, мы втроём проводили Даркафа и его оборотней. Гор еще перед обедом завел огонь в кузне, от этого стало еще теплее и уютнее. Хара с мужем сообщили, что переберутся с рассветом с детьми, пока тоже ушли в стаю. В доме владыки остались мы втроём, Сарп с Ханной, Мариша. Гарме с Кирком Белогор выделил новый дом. Радина осталась в доме владыки, Рубиль, молодые оборотни-братья Див и Драг, что исправно служили у владыки с подросткового возраста разбрелись по своим домам на территории двора. На сторожевую вышку никто не полез, не было приказа. Гор так и остался в кузнце колдовать с огнем и металлом.

Мы зашли в спальню Белогора. Влад вел себя раскрепощенно, я поняла: они многое уже обсудили.

- Белогор! Владислав!

- Так! Стефания Александровна, щас только возьмем дневники, будете нам оценки за поведение ставить!

- Влад, не паясничай!

- Говори, Зеленоглазка, что надумала твоя белокурая головка?

Я ничего не стала говорить про блондинок и их светлый ум, еле сдерживаясь. Влад захохотал, как чувствует всё. Демонюга!

- Если вы мне не будете рассказывать о своих планах, я тоже не буду о своих.

Развернулась и пошла в свою спальню.

- Ты куда? – одновременно спросили муженьки.

- Вам и без меня хорошо, посекретничаете тут, может, и я кого для души отыщу.

Меня перехватили тут же.

- Пташка, давай искупаемся, потом поговорим.

- Вы душ перед едой приняли, а наше совместное банное мероприятие, знаю, чем начнется и чем закончится.

Мужчины переглянулись.

- Ведьма! – вздохнул демон.

- Стеша! – Белогор взял меня на руки, посадил в свое кресло, сел мне в ноги на белый ковер, обхватил ступни.

- Маленькая такая! Пташка и есть! – Белогор мял мои пальчики, я их сжимала от щекотки, чем вызывала похоже какое-то дикое желание в медведе.

Он выдохнул протяжно, сжал мои ступни в ладонях, поцеловал их по очереди, разместил себе на колени.

- Влад, в этом кресле я когда-то сидел обезноженный, проклятье шло от ног, вызывая боли, и я не мог ступать. Смелая пташка из другого мира с тяжелым горбом на плечах, с тряпкой на лице излечила меня. С первых минут я понял, что смогу всё, лишь бы слышать голос пташки рядом. Смогу всё!

Стеша, нам предстоит бой, не схватка – бой. Халим обзавелся многотысячной армией волков-людоедов, вырастил их в клетках. Они молоды, им от двадцати до тридцати. Оборотней Осии в разы меньше. Это рассказал Лар перед смертью. Он рассказал и то, что Халим пятьдесят волчиц сгубил, используя их как инкубатор. Кого-то насиловали, кто-то из волчиц добровольно зарабатывал таким промыслом - рожали. Беременность обычных волчиц длится 60-67 дней, в помёте может быть от шести до семнадцаты волчат. Многих волчат Халим купил на невольничьих рынках за пределами Осии, большая часть в стае Халима не оборотни, а просто волки, выращенные убивать. Дикие волки слабее оборотней, но их огромное количество, они злы, голодны, и в них нет ничего человеческого.

Влад – демон-уравнитель, ему предстоит большой путь по исцелению Велионии. Большой путь. Сначала - бой!

После боя примем решение, как мы увеличим дом. Стеша, мы бы всё тебе рассказали, милая моя, смелая моя, пташка моя, без твоего доверия и одобрения нам трудно. Невозможно…никак.

- Хорошо сказал, медведь! Честно сказать, я таких целей себе не ставил – исцелить Велионию. Но, если мою семью кто заденет, я исцелю…Я так исцелю…У меня никогда никого близкого в жизни до этого не было, я не подпускал никого просто к себе.

Я понимала Влада, и у меня никого не было. Влад назвал нас семьёй…уже второй раз. Посмотрела на своих мужчин. Я сидела в кресле владыки, сам Белогор был на полу у моих ног, демон-уравнитель с Земли, что обрел здесь семью, оставив всё в своём прежнем мире, нашел меня. Я ведьма. Тут без комментариев…

Я хочу сегодня зачать! Я хочу родить сыновей! Сыновей, да. Чтобы дети взяли божественную мужскую силу, мужественность, ум, щедрость своих отцов! Были собой и их продолжением. Потом дочек! Дочерей, чтобы мы научились еще большей нежности…

На моем лице, наверное, отображались какие-то эмоции и думы, потому что мужья зачарованно смотрели на меня, не моргая.

Я захватила ворот платья, порвала его, спустила, оголив грудь. Белогор шумно сглотнул, у Влада показались рога.

Я встала, опустила платье с трусами по талии и бедрам, перешагнула, попадая в руки Белогора. Он, закрыв глаза в блаженстве, обхватил меня, укладывая на ковер, целуя в губы. Спиной я чувствовала приятный мех, обжигающие ласки груди, поцелуи на животе, палец внутри, я отдавалась, тело пело. Открыла глаза, попадая в черный омут, Влад подсел, провел рукой по лицу, бровям, губам, ввел большой палец мне в рот, я обхватила его, всосала.

Губы мои стали полнее, я вообще с каждым днем хорошела. Женщина в любви и в сексе – это красивая женщина, да.

Влад наклонился к лицу, тяжело дышал, вводил в меня палец, проводил по зубам, губам, заводясь сильнее. Белогор таранил меня, и я стала дрожать, чувствуя подступающий оргазм. Открыв рот, ушла в экстаз, Белогор вышел из меня, следом член Влада, его быстрый темп, мокрые поцелуи.

- Ведьма! Охуенная! Страстная! Горячая!

Меня перевернули, сзади вошел Белогор, я высунула язык, покрутила тазом, от чего медведь мой простонал, быстро кончая. Я взяла в рот член Влада, он зафиксировал мои руки хвостом, поднимая их над головой и входил в рот. Я от такой позы прогнулась сильно, грудь тряслась. Потом меня посадили верхом на демона, я ухватилась за его рога, скакала как на Черном, остановилась в какой-то миг, покрутила языком в стороны, приглашая член медведя в ротик. Два члена! Отлично! Небольшой перерыв, мне кто-то подает кружку с напитком, я пью, встаю на четвереньки и шагаю по ковру. Слышу рычание и мат, и Влад захватывает мои ягодицы, разводит в стороны и вылизывает между булочек, с каким-то одержимым воем. В это же время Белогор ласкает грудь, крутит соски, размазывает смазку и сперму по моей промежности, по губам половым, задевая оголенный и очень чувствительный клитор. Я прогибаюсь, оттопыривая еще сильнее таз, чувствуя твердую головку у ануса. Останавливаюсь, поднимаю взгляд на Белогора, видя в нем дикую похоть, темно-синие омуты, тяжелое дыхание, мокрую от пота грудь и насаживаюсь сама на член со стоном. Влад кричит. Захватывает бедра, замирает. Во мне всё пульсирует, всё. Я пульсирую вся.