Я пила воду.

- Гарма, слушай, сделай мне теплого чего-нибудь, вода быстро течет по венам.

- Сиди, Гарма, я сделаю! Стеша, это мой Сарп.

Под руками был оборотень Сарп. Начала заклинания произносить. Руки пылали, казалось, что в огне их держу, терпела, в какой-то момент я стала заваливаться в бок, Гарма резко развернулась и обхватила меня под горбом, потом вообще скинула его.

- Придут – оденем, - сказала волчица.

Я кивнула. Она держала меня.

Сарп встал на лапы, Ханна утащила мужа. А потом волчица подошла ко мне и встала на колени, кланяясь.

Я посмотрела. Улыбнулась.

- Давайте следующего.

Я пила и пила, исцелила еще четверых, осталось столько же, четыре оборотня.

- Сколько погибло?

- Наших шестеро, - сказал Гор. – врагов - около сотни.

Я подняла глаза.

- Белогор всех рвал, - сказал воин, которого залатала.

«Люблю! Люблю! Люблю! Держись, любимый! Найду тебя, держись! Не жить Халиму».

Метка загорелась, я улыбнулась.

Оборотень, что был исцелен, принес мне волчицу, положил под руки.

- Метка.. живая она... Прошу, ведьма. Она детей уносила, напали сзади, не дышит, но, может, сможешь. Истинная моя, Хара.

От холки по всему хребту сочилась глубокая рана у волчицы.

Я положила руки, волчица была холодная, тепла не было вообще, я не чувствовала. Согнулась к телу. Руки мои были как печки, надо было чем-то другим ощутить, услышать. Я скинула повязку, оголив шею и немного груди, легла рядом. Все стояли вокруг: охраняли, смотрели, молчали, думаю, еще и молились. Я обнала волчицу руками и ногами, произнося заклинания, посылая силу и тепло своё в её тело. Я понимала, она закрылась, спряталась, боится, больно ей, но волчица её сможет.

- Девочка моя, давай, иди ко мне, муж тут твой ждет, детки. Иди ко мне, иди домой, моя девочка, давай, моя хорошая.

Муж её всхлипнул.

Я запела: «Скоро солнышко проснется, снова Хара к нам вернется. Умница, красавица, чтоб Луне понравится. Коты серые, коты белые, забирайте хворь, разбудите девочку Хару. Теперь она смелая! Отважная!»

Волчица заскулила, послышался и негромкий скулёж истинного её. Она поднялась на лапы, я села, опустив руки, тяжело дыша. Я была вся в крови, силы - на исходе, но я была очень довольна, очень!

Хара стала лизать меня, слизывая мои слезы, кровь. Истинный её упал мне в ноги, целуя подол платья.

Я посмотрела еще на четверых раненых и узнала среди них Рубиля.

- Рубиля давайте.

Гор поднял волка, укладывая передо мной. Гарма молча обняла меня за талию, я утопила лопатки в её мягкое женское тело, в теплую грудь. Её держала Радина, сидя к ней спиной.

Рубиль поднялся.

- Ну что, красавчик, рано ты умирать собрался. Жениться, кто обещал? На свадьбе погулять на твоей хочу, - я пыталась шутить.

Снова пила жадно. Я выпила ведро, наверное, но в туалет не хотелось, вода во мне трансформировалась в силу похоже.

Вдруг все встрепенулись, прислушиваясь, мужчины пошли к воротам. В ворота забежал огромный черный волк, просто огромный.

- Гарма! Гарма! Я опускала голову, выискивая накидку.

- Стеша, это вожак, Даркаф это.

Его окружили, рассказывая о том, что произошло. Уловила лишь то, что в стае всё спокойно, альфу Зули отправила, сказав, что с Маришей что-то страшное стряслось. Оборотни говорили, что не учуяли посторонних, что моревом волки Халима пользовались.

Я начала лечить.

Подняв глаза к небу, просила сил, один остался волк.

Исцелив последнего волка, я посмотрела на руки. Они были увиты венами, жилистые и трясущиеся, развернула ладонями кверху, кожи не было, сплошное мясо. Я завалилась.

Меня подхватили на руки, понесли.

- Коней снарядить, амбары закрыть, одежду необходимую с собой, все в стаю. Гор, сколько волков?

- Восемнадцать волков, семь волчиц и волчата, Лара не нашли, на вышке он был. Он от застолья отказался, Рубиль должен был стоять на посту, Лар вызвался.

- Ясно.

Отдававший приказы вожак держал меня крепко, кто-то поверх укрыл плечи мои теплым одеялом.

- Бура искать надо, Даркаф…

- Найдем его, Стеша, найдем твоего Бура, нашего владыку, сильный он, вон - всю стаю Халима повалил.

- Даркаф, - я еле шевелила языком, - а что такое морево?

- Вытва это. Яд. Бывает морево – сонное. Бывает – злобу включает, бывает – запах убивает, разное...

- Ммм..

Боль в руках становилась невыносимой, я застонала, проваливаясь в небытие. Ничего поделать не могла, как не старалась удержать сознание, цепляясь за образы в голове, не получалось…

Открыла глаза. Я лежу в кровати, обстановка простая деревенская: у окна массивный деревянный сундук, у стены - шкаф, по всему периметру комнаты развешаны сухие букеты цветов и трав. Наверное, еще с прошлых лет и вёсен остались. Я вдохнула: в избе пахло чистотой и спокойствием. Почувствовала запах от белья, как в детстве у бабушки: свежестью и земляникой. Повернула голову и носом зарылась в подушку, обнимая её. Был день, солнце ярко светило.

Кисти рук были замотаны в тряпки, поднесла к носу - пропитаны каким-то травяным сбором.

Я грустно улыбнулась такой трогательной заботе, положила их на живот крест на крест, прокручивая события.

Мне надо найти мужа! Спасти его. Узнать, кто такой Халим и что ему надо от Белогора. Почему без переговоров напал, убивая оборотней, своих сородичей.

Услышала звук открывающейся двери в соседней комнате.

- Зули, надо дождаться, пусть спит, она в спальне Бурушки.

Мариша! Моя славная Мариша, значит тут рос мой любимый. Я по-другому оглядела стены.

- Гарма, как Радина?

- Тяжело, в доме ей всё отца напоминает.

- Пусть и дальше пьёт настойку, уже больше трех десятков лет прошло, еще два продержаться и ей будет легко, не оставляй её.

- Никогда, Мариша.

- А вот вы где все?!

Я узнала голос Варки, лежала тихо, слушала.

- Чего пришла? И не кричи в моём доме.

- Спит еще ведьма? Уже вторые сутки прохлаждается. Ладно, я вот что…Мариша, шли бы вы отсюда. Боязно, когда в стае ведьма, Халим заявится за ней, никого не пожалеет.

- Уходи, Варка, пока тебе хвост не отгрызла, - рыкнула Гарма.

- Ты что ли отгрызать будешь? Брюхо сначала подбери, салом завалить решила меня?

Вот стерва эта Варка.

- Что? Хорошо жилось на харчах владыки? Постель его грела, а сейчас так легко уступила медведя? В услужках у ведьмы, Гарма?

- Истинная она его, я знала, что встретит он пару рано или поздно.

- Я бы вызвала на бой! Билась за любовь!

- Это не любовь была. Варка, уходи, - Гарма шипела.

- Ведьма! Из стаи уходи, не место тебе тут, уже, может, и Белогора в живых нет. Даркаф волков к битве готовит, не к добру это, - крикнула Варка на весь дом.

Я села в кровати, разматывая тряпки, освобождая ладони. Они были абсолютно здоровые, свесила ноги, ступила на пол, подошла к окну. Лес, я увидела лес. Зеленый, живой.

Я старалась успокоиться, прислушиваясь к своей сути. Я же ведьма, я должна обладать силой, знанием, ведать, предчувствовать.

В комнату зашли Мариша, Зули и Гарма.

- Я всё слышала. Привет. Долго я спала, - вздохнула.

- Не обращай на волчицу внимания, злая она, все тебе здесь рады, ты истинная владыки, ты нам весну вернула. Ты Белогора подняла. Медведя его разбудила, волков к жизни вернула, они теперь твои вечные служки, особенно Торис, истинный Хары, - подошла Мариша ко мне.

Мы обнялись.

- Кто такой Халим? Что ему надо от Белогора? Где я могу найти мужа? Помогите мне, пожалуйста.

Женщины переглянулась.

- Пошли за стол, не емши столько, там и расскажем всё тебе, - потащила меня Мариша.

Я накинула поверх сорочки сарафан, что дала мне Гарма и, не умываясь, села за стол.

Выпила большую кружку напитка залпом, огляделась: комната просторная, с большой печкой, в центре стол круглый деревянный. Зули помогала сестре, расставляя на стол съестное: чугунок с кашей, тарелку с хлебом.