- Хватит, - процедил сквозь зубы Тама, - благодарим.

- Тогда жду вас на ужин, тетушка Аксинья будет счастлива, она скучала.

- Охотно верю, - парень поджал губы и без прощаний захлопнул дверь прямо перед самым носом потомка кочевников.

В гостиной повисло тяжелое молчание, только часы в углу громко отсчитывали секунды.

- Ничего не хочешь объяснить? – тихо поинтересовался Адриан.

- Только после того, как ты о себе расскажешь, полностью, - оскалился Тама и без пояснений скрылся за дверью одной из комнат.

- Приплыли, - выдохнула я и без сил упала на мягкий диван.

Идти до комнаты или ванной совершенно не хотелось. Ноги гудели, голова разламывалась, а в душе поселились тревога и грусть. Без Агнеши стало пусто и тоскливо. Ее колкие замечания здорово поднимали настроение.

- У каждого свои тайны, - заметил граф и направился в комнату, которая предназначалась мне, - и стоит их уважать, Адриан, советую тебе привести себя в порядок и подготовиться к разговору. Нам необходимо обсудить дальнейшие действия.

- Снова планы, гр…Ал? – поинтересовалась я лениво, перекинула ногу на ногу и посмотрела на мужчину с вызовом.

- Без планов мы уже десяток раз чуть Подземному царству души не отдали, - поджал он губы, в глазах заклубилось привычное раздражение.

Оно прокатилось по моему телу волной мурашек и осело приятным теплом внизу живота. Как и прежде.

- Так ведь не отдали, - улыбнулась я краешком губы и намотала локон на палец, всем видом показывая, чего мне на самом деле сейчас желалось.

Взгляд графа потемнел, прошелся по моей фигуре, отчего стало еще жарче. Он действительно изменился после Заколдованного леса. Выпрямился, безобразный шрам на лице побледнел, волосы стали стремительно отрастать, как и щетина на щеках. Может даже стал выше ростом, я снова узнавала в отчаявшемся калеке статного графа, которого уважали, боялись и безропотно подчинялись. Сердце вновь часто забилось в груди, дыхание перехватило. Только силой воли удержала себя, чтобы не подскочить с дивана, не рвануть завязки его плаща и не повалить на пол.

- Я согласен с тобой, Ал, - задумчивый голос Адриана заставил вздрогнуть и прервать зрительный контакт, - мы ни разу толково не обсуждали, как нам перебраться через дикие степи и попасть в Республику.

Совсем забыла про нашего юного попутчика. Парень стоял у окна и усиленно прятал глаза, на щеках выступил неровный румянец. Снежный волк, он все прекрасно почуял, только как реагировать, не знал. Это выглядело так мило, что захотелось потрепать парня по спутанным золотым кудрям. От него вряд ли удастся скрыть наши непростые отношения с Нижинским.

Я поджала губы и поднялась с дивана.

- Тогда отмывайтесь, обсуждайте, а я успокою нашего вредину, - прищелкнула я языком и пристально вгляделась в глаза графа на несколько мгновений.

Желание там сменилось глухой яростью. Он понял мою провокацию. Только никак реагировать не стал. Просто отвернулся и скрылся за дубовой дверью. Стало немного обидно. Даже растерялась от собственных чувств. Неужели, я пыталась вызвать его ревность? У нас совсем не такие отношения.

- Может, тебе удастся что-то разузнать? – прошептал Адриан, когда проходила мимо него.

Он выглядел совсем ребенком сейчас. Не удержалась, потрепала его по макушке и озорно улыбнулась.

- Может, и удастся, - подмигнула весело, - только с чего ты взял, что я все тебе расскажу?

Парень насупился, поджал губы, в глазах закипело возмущение. Я расхохоталась и поспешила в комнату, где прятался Тама. Оказалось забавно выводить из себя нашего младшего члена команды.

Бывший разбойник стоял у узкого окна, как волчонок только что, и бездумно смотрел на улицу. Его взгляд замер, будто парень не видел ничего перед собой. На одной из кроватей валялись кожаный жилет и ремень с ножнами.

- Я не был здесь десять лет, - тускло сообщил он, даже не повернулся в мою сторону, - это…необычно.

- Мне не важно, что у тебя тут произошло, - пожала я плечами, хоть меня разрывало от любопытства, - нам дали кров, возможно, удастся договориться о повозке или присоединиться к торговому каравану. Этого достаточно.

- Правда? – Тама резко обернулся, в его глазах вспыхнула надежда.

- Нет, - не смогла я соврать, - но я готова подождать, пока ты сам все не расскажешь. Если когда-нибудь захочешь.

Парень шумно выдохнул и тяжело опустился на кровать, сгорбился, голова его поникла.

- Я предполагал, что прошлое может настигнуть, - произнес он тихо, - не ожидал, правда, что так быстро.

Плотно прикрыла дверь, чтобы никто не подслушал, и осторожно присела рядом, сцепила между собой пальцы и замерла в ожидании. Захотелось обнять Таму, но я не стала, не к месту.

- Мы познакомились не при прорыве, - решилась сознаться я.

Если хотела откровенности, стоило самой быть честной.

- Я догадывался, - парень поднял мерцающие в полутьме комнаты глаза, - решила обменять информацию на информацию?

Я опасалась, что прошлое заставит Таму оставить нас. Еще одного спутника терять я была отчего-то не готова. Расставание с Агнешой далось тяжелее, чем ожидала, с бывшим разбойником, боюсь, придется горше.

- Решила быть честной, - пожала я плечами и отвернулась.

Парень продолжал смотреть на меня, кожей ощущала его изучающий взгляд.

- Только обещай одно? – прошептала я через силу.

- Что?

- Что ты не убьешь меня за то, о чем узнаешь.

- Все так страшно? – яркое удивление заставило поморщиться, - но ты не бойся, - привычно хмыкнул Тама, - я девчонок не трогаю, не в моих правилах.

- После моего откровения можешь и нарушить, - повела я плечом.

Все оттягивала неизбежное, пыталась «надышаться перед смертью».

- Ладно, трусишка, - на мою талию легла его рука, а в плечо уткнулся жесткий лоб, - расскажу тебе свою историю сначала. В этом городе вряд ли хоть что-то удастся скрыть.

Я сглотнула, получилось громко, и замерла в ожидании. Близость Тамы отчего-то ощущалась привычной, правильной. Никаких романтических чувств я не испытывала, только любопытство и тепло в груди, как к старшему брату.

- Все началось с моей матери, - шумно выдохнул он, оно прошлось щекоткой по плечу и шее, ведь голову так и не убрал, пристроился на мне тяжестью, - она – потомок степняков или кочевников. Кто как называет. В детстве и юности ей пришлось трудно, таких как нас, не любят, обходят стороной и пытаются всячески задеть. Как это так? Мы же пару сотен лет назад хотели завоевать Империю. Она, Гуюк и Бату – ее родные братья, то есть, мои дяди – достаточно натерпелись. Они рано осиротели, скитались по городам, пытались найти оставшихся степняков. Не вышло. Все осложнялось тем, что наш род тянется от одного из ханов-завоевателей. В семье чтили память предков и желали возродить былую мощь. Снова не вышло, - Тама шумно выдохнул и поднял голову, вынудив меня повернуться к нему.

В глазах парня плескались обреченность и злость.

- Никогда этого не понимал, - продолжил он, не отрывая от меня горящего взгляда, отчего сердце предательски участило свой стук, - после долгих скитаний и мучений они остались в этом городе, Аспаре. Здесь отношение к кочевникам проще. Город испокон веков стоял на границе со степями, в незапамятные времена тут правил восточный князь, которого подозревали в сговоре с кочевниками.

- А говорил, что ни лешего историю не знаешь, - вырвалось у меня тихое.

- Это не та история, - он легко улыбнулся и приложил палец к моим губам, - не перебивай, а то передумаю рассказывать.

Я резко выдохнула, по коже пробежался табун мурашек.

- Когда мать с братьями обжились, то родился я, - продолжил он, провел пальцем по моим губам, будто невзначай, и опалил жарким дыханием, - старший сын. Отца я не знал, но догадывался, что он тоже из потомков степняков. Я ненавидел свою суть, меня душили ярлыки, которые окружающие вешали на нашу семью. Когда родился Борис, стало и вовсе невыносимо.