- Нет, - интерес в глазах мужчины усилился, а тонкие пальцы выбили замысловатую дробь по поверхности стола, - я подобрал вас четверых: тебя, графа, чернявого и израненного волка.

- Я сам дошел, - еле слышно произнес Нижинский, не мог не поправить, когда его возможности преуменьшали.

- Других девушек или ящерок с вами не имелось, - Константин сделал вид, что не услышал, и развел руками, - кто она? – голос будто въелся под мою кожу, заставил замереть от страха.

Миг назад все казалось спокойным, сейчас настроение хозяина кардинально поменялось. Взгляд светлых глаз пронзил насквозь, белесые брови сошлись к переносице. Такого я никогда не испытывала. Боль прострелила виски, разлилась по голове и дальше по телу. Рот сам приоткрылся, чтобы ответить, я будто не могла противиться чужой воле. Мила рядом сжала мою кисть до треска костей, чем помешала мне сдать мавку с потрохами.

- Моя подруга, - пролепетала я еле слышно, безуспешно пытаясь бороться с дурнотой, - она иногда становится ящеркой, когда пугается, - ложь острой бритвой прошлась по внутренностям.

Захотелось упасть на пол и вывались из себя то, что осталось в желудке.

- Надеюсь, она найдется, - голос ввинтился в мою голову с новой силой, - я бы хотел познакомиться со всеми вами.

Еще немного и я бы потеряла сознание от боли, только крепкая ладонь последней травницы удерживала меня в реальности.

- Прошу! – звонкий незнакомый голос заставил божество отвлечься, и воздействие прекратилось, - все гости доставлены!

Я глубоко вдохнула, потому что все это время не дышала, как оказалось. Дыхание сбилось, будто я на пробежке побывала, а лоб покрыла испарина. Шутки плохи с этим молодым мужчиной. Правильно говорят – внешность обманчива. Я выдернула руку из ладони Милы и постаралась не показать, что влияние божества хоть как-то на мне отразилось. Травница лишь хмыкнула, а граф приподнял обеспокоенно брови. Я не стала ему кивать или подавать иных знаков, просто перевела взгляд на хозяина незнакомого голоса. Им оказались сани. Почти обычные, если бы не свиная физиономия на спинке. Она, как и морда посоха, оказалась вполне живой и пластичной. Черные глаза-бусины горели внутренним огнем, а зубастый рот кривился в ухмылке. Даже приплюснутый пятачок имелся.

Какие у божества интересные пристрастия к форм-фактору духов. Я мотнула головой и разглядела на полу двоих людей. Они охали и держались за бока. Их-то я узнала сразу: к нам присоединись Адриан и Тама. Очень экстравагантно. Невольно хмыкнула от того, как нелепо парни выглядели в дорогих камзолах на полу. Сани затормозили со всего маху и скинули их без зазрения совести. Вместе с тем по душе разлилось облегчение, что до конца я своих спутников не добила своей новой силой.

- Что ж, - Константин снова развел руками, ухмылка на его губах стала шире, - раз все в сборе, то приступим к ужину. Как любит повторять моя матушка, еда – это самое главное, пока я ем, я глух и нем. Я всегда ее слушался.

По телу прошлась очередная волна нехорошего предчувствия, а прямо на тарелках, будто ниоткуда, возникли сочные отбивные. В нос ударил пряный аромат, живот мигом свело от голода. Что ж, еда, так еда. Отказываться от ужина я не собиралась, внутри лишь теплилась надежда, что травить нас не планировали. Смело взяла в руки приборы и приступила к трапезе. Разговоры, страхи и все остальное – потом.

Граф Нижинский

- Вы все такие разные, - полубог перекинул ногу на ногу, пристроил локти на бархатном подлокотнике и наклонил голову, - но что-то свело вас вместе.

Молодой мужчина оглядел нас всех цепким взглядом и задержался на Лиззи. Она едва заметно дернулась, кожа побледнела, а ладони, лежащие до сил пор спокойно на ее коленях, сжались в кулаки. Только взгляда не опустила, не показала страха. Мила, которая сидела рядом, оглядела ее мимолетом, но, как во время ужина, не стала хватать за руку. Что же сын бога делал с девушкой? То же, что со мной при первой встрече? Пытался подавить волю и заставлял пригнуться к земле? Стоило уточнить при первой возможности. Отчего-то в душе зародилась тревога за бесстыжую бывшую компаньонку. Хоть после предательства Власия я старался ни к кому не привязываться. Особенно к простолюдинам.

- Расскажете, что? – продолжил мужчина, все еще пленяя девушку взглядом.

- Ты обещал назвать свое имя, - напомнил я глухо.

Ужин прошел в молчании, хозяин не задавал вопросов, никто из моих спутников или Мила не пытались завести разговор. Особенно после присказки полубога перед началом трапезы. Я опасался сперва, что в блюда что-то подсыпали, только опасения не подтвердились. Никто не упал замертво, не забился в конвульсиях. Поведение юноши вызывало только вопросы и тревогу. Чего желал полубог? Зачем помог нам? Почему ни разу не спросил о деревенских жителях, от которых мы сбежали?

Ведь кроме него некому было пленить прожорливых тварей. Свою силу он продемонстрировал наглядно. Наверное, на сущности тоже нашел управу.

После ужина полубог лично отвел нас в малый зал с диванами, камином и стеллажами с книгами. В отличие от холла, комнаты, коридоров и обеденного зала, которые я успел рассмотреть, малый зал напоминал уютную гостиную. На полах лежали темно-бардовые ковры, кресла, обитые алым бархатом, выглядели привычно, окна занавешены тяжелыми шторами, мягкий рассеянный свет от магических светильников и тихое потрескивание камина расслабляли. Мебель выглядела деревянной. Та, которая наполняла обеденный зал, коридоры и холл, вырезана из особой породы ледяного хрусталя. Этот редкий материал стоил бешеных денег и имелся только в императорском дворце. Даже в замке Белого бога не нашлось ни одного предмета из такого же минерала. Хоть я досконально бывшее жилище изучить не успел.

- Константин, - отвлек меня от раздумий полубог, - первенец Черного бога и хозяйки подземного царства к вашим услугам, вы можете не представляться, - добавил с ухмылкой, когда я открыл рот, чтобы назвать свое имя в ответ, - мне неинтересно.

Я поджал губы, чтобы не объяснить зазнавшемуся юнцу, как стоило разговаривать с представителями знати. Не хотелось снова валяться на полу. Видно, Луиза заразила меня своей дерзостью.

- Как скажешь, - повел я плечами и продемонстрировал безразличие.

Полубог, наконец, перестал сверлить взглядом бывшую компаньонку и посмотрел на меня. Пока им всецело не завладело безразличие, я успел уловить толику разочарования в голубых глазах.

- Ты знал Фелисию, не так ли? – продолжил я допрос.

- Много вопросов, - поморщился тот, а в висках появилась резкая боль, - сперва я хочу узнать, как вы все сошлись, потом вы мне поведаете, откуда знакомы со старухой-травницей, - Мила на этих словах дернулась, а ее щеки покрылись неровным румянцем, - и как смогли сбежать от любителей дикой магии.

Вот он и подошел к самой волнующей теме. Значит, все понял с самого начала.

- А отвечать мне будет… - молодой мужчина выпрямился, во взгляде загорелся азарт, а тонкий палец описал окружность.

Тумур и Адриан затаили дыхание, Мила поджала губы, а Луиза, все еще бледная и напряженная до предела, лишь чуть заметно свела брови.

- Ты! – звонко выкрикнул Константин, странное имя для полубога, и указал на самого юного из нас – Адриана.

Парень вздрогнул, его кадык дернулся, а щеки побледнели, как у Луизы. Он и так после схватки с вожаком стаи выглядел неважно. Несколько глубоких царапин пересекало лицо, мы стали даже чем-то похожи, раны на голове и обеих руках крепко перевязаны белоснежной тканью, на которой виднелись бурые пятна, выраженная хромота. Показалось, что парень вот-вот потеряет сознание.

- Я недавно с ними, - произнес он несмело, голос звучал выше привычного, - не обо всем знаю.

- Ты почти растерзал моего ручного вожака, щенок, - хмыкнул полубог, - зачем смущаться?

- Я не смущен, - во взгляде парня разгорелось раздражение, - могу рассказать только часть, где я встретил остальных.

- Прошу, - Константин насмешливо склонил голову и откинулся на спинку кресла.