Берис на первое время устроился подмастерьем к ювелиру, чтобы поднатаскаться в художественной стороне ремесла, ибо основы изготовления металлической составляющей талисманов освоил ещё в Ласконии. Решив открыть магазин с артефактами, где продавались бы и делались на заказ наши эксклюзивные разработки, мы не хотели, чтобы третьи лица были в курсе технологии изготовления изделий. В кристаллах краца недостатка не испытывали, поэтому бизнес пошёл в гору. На меня легла забота по настройке необходимых плетений и быстрой подзарядке в особых случаях, потому как кристаллы радужника имели свойство естественного восстановления. Они впитывали в себя магию, черпая её из окружающего пространства, но это довольно длительный процесс, так что изделия со съёмными аккумуляторами шли на ура.

Моё письмо к отцу, переданное официальным послом Ласконии, положило начало сотрудничеству между двумя государствами. В нём я не забыла упомянуть о наличии у владык второго сына подходящего для Риси возраста, а как уж отец решит этой инфой распорядиться — время покажет. С послом передала сестре милую вещичку с функцией показа иллюзий, где, кроме всего прочего, имелся объёмный портрет Кастэля в полный рост. Пусть думает сама. Разумеется, факт моего возвращения в пределы Великой Асории мы с послом скрыли.

Отступление 6. Эпохальная встреча

Случайная встреча — самая

неслучайная вещь на свете…

Хулио Кортасар.

«Игра в классики»

Встреча двух личностей подобна

контакту двух химических веществ:

если есть хоть малейшая реакция,

изменяются оба элемента.

Карл Густав Юнг

Повелитель в расслабленной позе полулежал на мягком диванчике, потягивая вино из кубка и блуждая рассеянным взглядом по владениям матушки Тирсе́лии, хозяйки элитного заведения, где девушки и юноши, обученные разным способам доставлять наивысшее удовольствие, оказывали услуги, стоившие баснословных денег и доступные не для каждого желавшего.

В середине просторной залы располагалось круглое двухступенчатое возвышение. На нижней его части сидели полуодетые музыканты — флейтистка в полупрозрачном коротком платье с разрезам по бокам и юноша в набедренной повязке, отбивавший ритм на небольшом барабане, похожем по форме на песочные часы. На верхней площадке танцевали две пары. Их совершенные по форме тела медленно и сладострастно извивались, переплетались друг с другом, перетекали из одной позы в другую, заводя своим танцем зрителей, сидящих на диванчиках, что стояли вдоль стен. Условное одеяние из разноцветных лент практически ничего не скрывало. Кто хотел полного уединения, мог отправиться в удобные комнаты, но таких было мало, как будто публичность усиливала получаемые ощущения.

Асор уже полмесяца гостил у юного рикса Торгенсалинии после успешного окончания учений и заключения очередного «вечного мира» с кочевниками, хотя давно уже пора было возвращаться в столицу Великой Асории, чтобы начать приготовление к предстоящему бракосочетанию. Что-то удерживало его здесь. И дело было не в желании своими глазами увидеть, как выбранный им сын и наследник рикса Обиристио́на наденет на тонкие запястья грасии Аланаиси брачные браслеты, а будто высшая воля, которой нельзя сопротивляться, не позволяла ему сдвинуться с места.

Эту волю и силу наказания за её нарушение он и Аланаиси испытали, когда девушка вошла в беседку и предложила стакан с наложенным заклятием неудержимого влечения. Перстень-талисман повелителя, настроенный на выявление магии и ядов, приводящих к смерти, не распознал тонкое и почти незаметное плетение, которое лишь подтолкнуло уже бушевавшие в нем желания, усиленные действием крепкого вина, что притупило разум.

Как только Ланикхидар попытался вторгнуться в распахнутые перед ним врата, обоих пронзил разряд боли невиданной силы, словно в месте соприкосновения взорвалась шаровая молния. От этого моментально развеялся наведённый морок, а в голове у асора прояснилось. Неожиданно пришло понимание, что подобный контакт позволителен только с его истинной. Девушка же, вскрикнув, погрузилась в длительное забытьё.

Придворный лекарь, осмотрев грасию, подтвердил, что непоправимого не случилась, но некоторое время девушка вряд ли сможет покинуть постель, так как ходить ей будет затруднительно. После разговора со старейшим жрецом Храма, который осмотрел стакан и сообщил о применённом магическом воздействии, повелитель принял решение поскорее выдать девицу замуж, хотя её вполне могло ждать более суровое наказание. Благодаря хлопотам вдовствующей асорэ, гнев правителя несколько утих.

— Сын мой, пожалей девочку. Она любит тебя и только поэтому решилась на подобное, — с нежностью глядя на него, произнесла матушка.

— Хорошо, но чтобы до её бракосочетания она не попадалась мне на глаза.

«Скучно. Как же скучно», — думал асор, глядя то на танцующих в центре, то на таких же посетителей заведения, как и он, принимающих ласки прямо в общем зале и не стеснявшихся себе подобных.

Лица у всех дорогих гостей скрывались под масками, сохранявшими тайну своих хозяев и удобных настолько, что даже не мешали и не соскакивали с лиц при очень активных действиях обеих сторон.

Танцы, поначалу заводившие его, уже приелись. Приелись умелые руки и губы, владелицы которых сейчас трудились над его мужским достоинством, находящимся во взведённом состоянии, стараясь довести клиента до финала, ведь если клиенту понравится, их и так немалое вознаграждение заметно увеличится.

Повелитель уже привык, что подобные удовольствия сопровождала постоянная, хотя и несильная боль. Метка богов не забывала напоминать, что ему не стоит переходить границы дозволенного. Юноши перестали интересовать асора, как только Ами ушёл от него в лучшие миры, хотя сразу же появилось множество претендентов на открывшуюся вакансию, а женщин он мог использовать лишь ограниченно. Всё говорило о том, что близилось время, предначертанное богами. Кто же его истинная? Красива ли она? Как произойдёт их встреча? Эти вопросы не давали повелителю расслабиться до конца. Он чувствовал, что обе девушки, склонившиеся над ним и поочерёдно сменявшие друг друга, уже начали уставать.

«Наверное, пора их заменить на других», — подумал асор, но тут незнакомое ощущение в левой части груди, где по коже змеился светло-розовый узор, прокатилось волнами, охватывая всё тело и отдаваясь в пах. Девушка почувствовала изменение в состоянии клиента и заработала активнее.

Взрыв непривычно яркого наслаждения, смешанного с усилившимся болевым сопровождением, принёс давно ожидаемое облегчение.

Когда Ланикхидар пришёл в себя от пережитого, когда перед глазами перестали вспыхивать искры, а дыхание уже не было рваным и почти восстановилось, он заметил, что среди девушек, не задействованных в организации досуга гостей, началось какое-то странное оживление. Повелитель, ещё находившийся в расслабленно-блаженном состоянии, бросил ленивый взгляд на двух вновь прибывших юношей, которые, видимо, и стали причиной этого оживления.

Один из них — щуплый, среднего роста, совсем юный, с ни чем не примечательными чертами лица, каких вокруг тысячи. Именно он получал наибольшее внимание от девушек. Второй — высокого роста смесок с благородным идеальным профилем. Оба вели себя раскованно, со смехом целуя девушек в подставляемые ими губы и щёки, отвешивая комплименты и хлопая по аппетитным задам. Самое странное, что эти двое не надели маски, как остальные. Им безразлично, что могут узнать, или тоже наложили фальшивые образы на внешность?

Даже его временные подруги на несколько мгновений отвлеклись на новеньких, но затем снова продолжили отрабатывать оплаченное дорогим гостем время.

Асор прикоснулся к пульсировавшей приятным теплом шее и негромко спросил, обращаясь к девицам:

— Кто эти двое?

— О, это такая же тайна для всех, как и ваше имя, прекраснейший мар. Все называются вымышленными. Эти юноши такие выдумщики! Мы долго учили их труднопроизносимые имена: Мистерикс и Вольфмесси, — ответила та, рот которой был временно свободен. — Они весьма искусны в любовных утехах и невероятно щедры. Когда мне посчастливилось обслуживать их, то потом даже неудобно стало брать дополнительное вознаграждение. Такого наслаждения не испытывала никогда, — мечтательно прикрыла глаза девушка, но затем спохватилась: — Прошу меня простить, я не имела права вам этого говорить, — немного испуганным голосом произнесла она, опасаясь, что обидела неосторожно вырвавшимися словами дорогого гостя.