Глава 12. Подготовка и побег

Нет такой большой и сложной проблемы,

от которой нельзя было бы сбежать.

Автор неизвестен

Такая-сякая, сбежала из дворца.

Такая-сякая, расстроила отца!

Мультфильм «По следам

бременских музыкантов»

— Вы хорошо держитесь в седле, ваша милость, — после нескольких занятий соизволил-таки похвалить Берис. — Предлагаю завтра отправиться в Тис. Мне сказали, что молодняк уже пригнали.

— А зачем? У нас полно отличных скакунов. Можно взять любого из дворцовых хо́ррег.

— Дорога полна опасностей. Лучше молодого воспитать под себя, чем использовать подавитель. И вам придётся уговорить его величество, чтобы позволил оставить рог. Обученный боевой хоррг в дороге — хорошая защита от разбойников и диких зверей.

— Хорошо, я сейчас же поговорю с отцом.

На этом мы закончили занятия и отправились в хоррегу, где в стойле я под чутким руководством брата самостоятельно расседлала животное, похожее на лошадь. Высокородные девушки и женщины никогда не утруждали себя подобным. Это работа слуг. Но раз мы собирались путешествовать вдвоём, то должны были заботиться и о средствах передвижения. Берис не только продолжил тренировки по верховой езде, а с первых же дней принялся учить седлать и рассёдлывать, чистить и кормить тонконогую безрогую хоррга́ри.

Своё название хоррги получили, видимо, за то, что издавали характерный гортанный звук, когда злились или были чем-то недовольны. Животные отличались, на мой взгляд, весьма экзотичной мастью — этакая помесь полосок зебры и пятен леопарда на общем гнедом фоне разного оттенка. Выглядело очень красиво и опасно из-за слегка выступавших из-под губ клыков и рога во лбу, который обычно спиливали. У жеребцов он вырастал примерно до семидесяти сантиметров, у кобыл — не более десяти.

В диком виде хоррги водились в горах, и как наши земные горные козлы могли подниматься почти по отвесной стене. Их раздвоенные копыта с шипованной окантовкой имели мягкие подушечки в середине. Они буквально охватывали камни и цеплялись за небольшие выступы в скалах, а шипы восстанавливались при стирании, поэтому местных лошадок не подковывали. В еде особо не привередничали, а их схватки из-за самок в брачный период заканчивались обычно смертью более слабого или неопытного противника, который если не предпочитал отступить и сбежать, спасая жизнь, поедался победителем.

Нрав у хорргов не очень дружелюбный. Если всадник по каким-то причинам не нравился, то сесть на такое животное удавалось только после добавления в пищу или воду угнетающего волю зелья, но этого надолго не хватало, поэтому существовало лишь два основных способа: артефакт подчинения или подружиться. Первый, разумеется, был более распространён — не у всех хватало терпения, умения и желания, если честно. Мы с братом, как говорится, решили помучиться. Вот такую животину мне предстояло расположить к себе. Хоррг Бериса по имени Ле́лис уже два года служил брату верой и правдой.

— Отец, я хочу выбрать для себя молодого хоррга из тех, что пригоняют для армии с горных пастбищ. И чтобы рог у него не отпиливали, — без предисловий сообщила родителю, пользуясь его благодушным настроением после сытного обеда.

Рикс с удовольствием наблюдал за моими успехами и хвалил за целеустремлённость и силу воли. Робенхаор всегда выполнял просьбы, должным образом мною обоснованные.

— Зачем тебе полудикий и необученный? — удивился папахен. — Это может быть опасно. Ты не настолько хорошо освоила верховую езду, чтобы укрощать и привязывать к себе молодое животное.

— Берис обещал помочь. К тому же, мне, как будущей асорэ, такой защитник пригодится. Путь в Ара́су долгий и опасный. Мало ли что может случиться.

— Но я и мать будем тебя сопровождать вместе с большим отрядом лучших гвардейцев для охраны, и ещё много кто захочет из придворных увидеть твою коронацию. У всех есть свои отряды.

— Хочу поразить Светоча Асории, — опустив глаза и смущённо улыбаясь, добила рикса беспроигрышным аргументом.

Робенхаор покачал головой, подумал, а затем согласился. Наверное, решил, что асор действительно сильно удивится, потому что женщина на боевом хоррге — явление воистину уникальное.

Убедив родителя, я с Берисом отправилась в королевский питомник, куда с предгорных пастбищ пригоняли молодых двухлеток для отбора в королевские конюшни и для нужд армии, достигших возраста первой объездки. Половозрелыми хоррги становились примерно к трём годам. Сейчас они ещё не представляли серьёзной угрозы — подростки, у которых рог не дорос до максимального размера. Самое подходящее время для налаживания дружеских отношений.

Ранним утром мы выехали из королевского дворца и направились в сторону Восточных ворот столицы. Специальный наряд для верховой езды, напоминавший чем-то платье-амазонку, радовал относительным удобством и являлся единственным видом одежды для «леди», где разрешались штаны. Разумеется, не облегающие ноги, а широкие, заправленные в сапожки из тонкой мягкой кожи. Спасибо, что здесь не изобрели дамские сёдла-убийцы.

Нас сопровождал небольшой отряд из четырёх гвардейцев и двух боевых магов, призванных охранять мою персону. Вот, к слову, ещё одна проблема, которую нужно решить к моменту побега — избавиться от лишних глаз и ушей во время поездок за пределы дворцовой территории.

Примерно в двух часах езды от столицы находился упомянутый братом накануне населённый пункт. Часть жителей занималась исключительно объездкой и воспитанием хорргов для короны. Здесь же проходили практику новобранцы, которые обучались всем тонкостям верховой езды и боевого маневрирования в составе отряда на уже объезженных молодых хорргах. Поселение состояло из жилых домов, стойл и казарм. В городке имелась вполне обычная инфраструктура из продуктовых лавок, магазинчиков с готовой одеждой, цирюльней, общественных бань, ателье, мастерских шорников и даже заведения с общедоступными девицами.

Сурового вида мужчина провёл нас к загону, где носились хоррги с ещё не отпиленными лобовыми наростами. Именно такое животное мне и требовалось. Берис заранее объяснил все нюансы выбора четвероногого товарища, поэтому я спешилась и в одиночку подошла к жердям ограждения, положив в карман сдобную булочку. Вторую пришлось скормить Лулу, чтобы она не ревновала и не топталась по плечу, чувствуя божественный аромат любимого лакомства.

Сопровождавшие остановились метров за пятьдесят от загона, чтобы не мешать процессу, но маги были настороже. Они вмешаются, если для меня возникнет опасность. Попросив Лулу снять защиту и не терять бдительности, начала двигаться вдоль ограды, всматриваясь в хорргов. Мои манёвры не остались без внимания. То один, то другой, проносясь мимо и «кося лиловым глазом», обдавали волной любопытства, которую я ощущала благодаря открывшимся способностям. Глаза у них действительно лиловые. Без шуток.

Прошло какое-то время, пока не заметила, что один из хорргов тёмно-гнедой масти с чёрной блестящей гривой и длинным хвостом чаще других пробегал мимо. Он замедлялся, втягивая нервными ноздрями мой запах. Или запах булочки, что более вероятно.

«Нравишься», — услышала мысленный голос Лу.

— Откуда знаешь?

«Слушай. Ощущай».

Сконцентрировалась. Я действительно почувствовала, хотя к тому моменту ещё не овладела магическим даром. Учить меня некому, кроме Лу, которая в меру сил пыталась по методу «тепло-холодно» прояснять некоторые моменты. У неё понимание шло на уровне инстинктов, а это словами выражалось с трудом, ведь моя девочка тоже молодая и неопытная.

Наконец решилась. Когда гнедой притормозил возле меня в очередной раз, вытащила из кармана булочку и предложила хорргу. Он остановился и потянулся клыкастой мордой к руке. Жуть какая! Сердце затрепыхалось и ухнуло куда-то в район живота.

«Нельзя страх, — услышала в голове возмущённое шипение Лулу. — Закрыла. Нельзя долго».