— Подь сюды. Хочешь большой, но чистой любви?

— Да кто ж её не хочет…

— Тогда приходи, как стемнеет,

на сеновал. Придёшь?

— Отчего ж не прийти? Приду.

Только уж и вы приходите. А то вон

сударь тоже позвал, а опосля испугался.

— А она не одна придёт, она с кузнецом придёт.

— С каким кузнецом?

— С дядей моим, Степан Степанычем.

Он мне заместо отца, кузнец наш.

— А зачем нам кузнец? Не, нам кузнец

не нужен. Что я, лошадь, что ли?

Фильм «Формула любви»

Ничто так не воодушевляет женщин,

как возможность спасти мужчину.

Октавио Пас,

«Моя жизнь с волной»

Я обернулась. Братец стоял в дверях и пламенным взглядом прорентгенивал мою рыжеволосую оппонентку. У него лишь только слюна не капала, а так присутствовали все признаки здоровой утренней мужской реакции на красивую девушку. Я ему от всего сердца посочувствовала. Разумеется, он мог запросто, используя природное обаяние и немалый опыт ловеласа, подкатить, познакомиться и охмурить неопытную селянку, пользуюсь тем, что кузнец поблизости не наблюдался. А сочувствовала потому, что после недавнего разговора с девушкой убедилась — легко братику не будет. У неё характер явно не ангельский.

— Куда я спешу, уважаемому мару знать совсем не обязательно, — снова нахмурилась огненновласая, заметив плотоядный взгляд, каким прожигал её Берис. — Я лишь хочу забрать своё имущество.

— Мы тоже спешим, прекрасная незнакомка. Может, нам пора уже познакомиться и поспешить вместе? — не унимался брат. — Разрешите представиться: Берис ри-Силь, а это мой младший брат — Вирон ри-Силь. Мы путешествуем, — произнёс он, отвесив изящный поклон, который пришлось продублировать, раз уж меня представили даме, хоть и селянке.

Девушка изумлённо посмотрела сначала на него, а затем на меня. Видимо, ей было непривычно, что перед ней склонили головы такие сногсшибательные юноши. Да ещё с подобным изяществом. Наверняка она поняла, что наш отец явно из благородного сословия, причём не отказавшийся от смесков, как нередко происходило по доброй воле или под давлением семьи, а давший им приличное воспитание. Хотя по нашим дорожным костюмам мы больше походили на представителей среднего сословия.

— Меня зовут Радо́на, дочь Зена, кузнеца, — сказала она и попыталась изобразить более или менее изящный поклон.

Он ей совсем не удался: крестьяне кланялись своим господам в пояс, как мужчины, так и женщины, а между собой они приветствовали друг друга наклоном головы. Девушка же решила нам продемонстрировать местный реверанс, которым пользовались женщины, имевшие более высокий статус.

Я закашлялась, сдерживая чуть было не прорвавшийся наружу смех. Её папочка — кузнец! Да ладно! Буквально несколько минут назад в памяти промелькнула картина из фильма, как только увидела взгляд братца, каким он уставился на сельскую фею. Осталось только пожелать ему удачи, когда Берис пригласит Радону на ближайший сеновал. У феи на поясе ножны с кинжалом, да и умение стрелять из аналога арбалета девушка нам уже показала. Интересно понаблюдать за развитием их отношений.

— Очень приятно, мара Радона. Теперь вы убедились в том, что мы не разбойники, а обычные путники, поэтому предлагаю скрасить нам дорогу своим присутствием. Она всегда становится короче, когда путешествуешь в хорошей компании. К тому же защита в нашем лице для двух юных девушек совершенно не будет лишней.

Вот же ведь, засранец! Я почувствовала, что брат включил магический дар убеждения, чтобы склонить весы в нужную сторону. Было видно, что девушка ещё не доверяла нам, но Берис, применяя данные ему от природы крохи магии, пытался и логически обосновать необходимость принятия нас в качестве спутников.

— Действительно, почему бы нам не ехать вместе, хотя бы до тех пор, пока мы не минуем этот опасный лес? — решила из солидарности поддержать брата. — Возможностей благополучно выбраться отсюда у вас намного меньше, чем у нас. Наш милостивый рикс, конечно же, борется с этой напастью, посылая разъезды на прочёсывание леса, но разбойникам почти всегда удаётся ускользнуть. Они нападают только на беззащитных путников, каковыми вы и являетесь.

— Хорошо. Но только, пока не доберёмся до Брикриста́ра. Там вы поедете своим путём, а мы — своим, — неохотно согласилась девушка.

Брикристаром назывался небольшой городок, расположенный в двух переходах от границы леса. Нам было с девушками по пути. В городке намеревались найти подходящего мага или хотя бы узнать, где такие уникумы водились, а заодно поискать проводника до Дивных гор.

— Тогда нам стоит позаботиться о верховых животных и позавтракать, если не хотим задержаться здесь до обеда, — улыбнулся братишка, а Лу издала скрипучий звук, представляющий собой что-то вроде иронического хмыканья.

Я с нею полностью согласилась: Берис не прочь задержаться не только до обеда, но и до следующего завтрака при условии, что ночевать будет в домике и не один.

От неожиданного звука девушка вздрогнула и с подозрением посмотрела на меня, схватившись за рукоять кинжала.

— Не бойтесь, мара. Это зубельхорис моего брата. Она любит покушать, поэтому обрадовалась известию о скором завтраке.

Радона расслабилась и уже с любопытством уставилась на моё плечо. Я скосила глаза в то место, где уже материализовалась Лу, являя себя миру во всей красе — с улыбкой до ушей и яркой сине-жёлтой раскраской толстенького тельца.

— Знакомьтесь. Мара Радона, это — Лулу. Лулу, это — мара Радона, дочь кузнеца Зена, — церемонно, с серьёзной физиономией, но едва сдерживая готовый прорваться смех, представила их друг другу.

— Никогда не видела зубельхорисов, только слышала о них от отца. Какая красавица! — умилилась девушка.

«Лу, тебе надо было раньше появиться, тогда бы мы столько времени на уговоры не потратили. Все женщины во всех мирах одинаковые — милые зверушки их приводят в восторг».

Мы сводили хорргов на водопой и позавтракали сами внутри домика, где познакомились с младшей сестрой Радоны — Ниро́ной. Она оказалась совсем молоденькой, кажется, даже младше меня. Тоненькая, такая же рыжеволосая, как и сестра, с пухлыми губками и большими, медового цвета, глазами. Во время завтрака девушка не сводила глаз с Лулу, наблюдая, как я кормила ящерку, и забывая при этом, что необходимо есть и самой. Ребёнок совсем. И чего их понесло через этот опасный лес?

Брат разливался соловьём, пытаясь очаровать будущих спутниц и растворить последние капли недоверия к нам, но на все осторожные вопросы о цели их путешествия Радона вежливо уходила от ответа, так что Берис на время прекратил попытки, чтобы не насторожить девушек ещё сильнее. Впереди несколько суток пути вместе.

Мы ехали рысью по лесной дороге, что иногда начинала петлять, огибая многовековых великанов с могучими стволами, которые вряд ли смогли бы обхватить даже вчетвером. Скачка не располагала к беседе, поэтому ехали молча, думая каждый о своём. Иногда любопытная Лу влезала в головы спутников, передавая в образах то, что там у них творилось. Подобное общение было для меня не таким напряжным, как внутренний словесный разговор с ней, от которого начинали ныть виски и затылок.

В мыслях Бериса была сплошная порнография, где присутствовали обе наши спутницы, а Нирона, как это ни странно, думала обо мне. Кажется, я ей понравилась, подходя по возрасту больше, чем мой брат, но существовал один нюанс — мы с ней одного пола. Моя маскировка под юношу сыграла с девушкой злую шутку, а я пока не могла раскрыться из-за соображений безопасности.

В мыслях старшей просматривалось настороженное отношение к нам обоим и тревога за младшенькую. Радона разрывалась между необходимостью принятия неожиданно подвернувшейся защиты и опасением, что за неё могут потребовать оплату в нежелательной для них форме. Страх перед мужчиной. Что бы это могло значить? Может, сёстры поверглись домогательствам или даже насилию, поэтому ринулись спасаться, выбрав путь, не слишком подходящий для слабых девушек, хотя и хорошо вооружённых. Эту загадку мне захотелось разгадать.