— Это не похоже на обычное воспаление, — Олег нахмурился и, не сводя с неё глаз, крикнул: — Эй, Артём!

— Чё орёте? — недовольный Рома вдруг подал голос, приподнялся на локтях и уставился на Олега своим покрасневшим белком единственного здорового глаза. — Слишком много шума от вас. Дайте поспать.

— Да блять… — Алина тут же поспешила зарыться в куртку обратно, как в спасительный кокон.

— Нет, нет! — Олег заметил её движение и рявкнул: — Руку не прячь! Артём, иди сюда, быстро!

— Что? — тот подошёл к ним.

— У Алины что-то с рукой! — Олег указал на девушку, которая вжалась в сиденье и смотрела на них испуганными глазами.

— А я говорил вам, что она какая-то заразная… — Рома засмеялся, но смех вышел каким-то каркающим, нехорошим. — Невры-невры… ага… щас…

На его слова никто внимания не обратил. Артём решительно распахнул дверь со стороны Алины, и девушка, не выдержав, взмолилась:

— Нет! Нет, пожалуйста! Не выгоняйте меня! — голос её сорвался на визг. — Я же откинусь одна на улице! Пожалуйста!

Артём постоял молча с секунду, глядя на неё своим тяжёлым взглядом. Она увидела его строгое выражение лица и перестала мямлить, замерла, как кролик перед удавом.

— Я просто хочу посмотреть на твою руку, — сказал он без тени агрессии. — Никто не будет тебя выгонять, ясно? Покажи мне.

Алина не знала толком своих спасителей, они ведь встретились всего несколько часов назад. Но даже за короткое время, проведённое с ними, она поняла, что Артём не бросает слов на ветер и в целом похож на хорошего и надёжного мужчину, из тех, кто не предаст и не кинет в беде. И сейчас он подтверждал. Наверное, поэтому он ей и понравился. Она несмело стянула куртку и протянула ему руку, на которой красовалось это уродливое пятно.

— Заражённый оцарапал? — спросил он спокойно, разглядывая рану.

— В душе не… — Алина поперхнулась, одёрнула себя от мата. — Не знаю… Я просто не заметила, когда это случилось. Я могла поцарапаться, когда прыгала на козырёк подъезда, или когда с него прыгала, или во дворе когда…

— Когда что?

— Ну… — она замялась, но потом выпалила: — Меня завалил один гондон. Но он меня не укусил, и я вырвалась.

Она промолчала про мужчину с трубой, который помог ей тогда.

— Надо обработать, — Артём кивнул на аптечку. — Возьми с сиденья, обработай перекисью и хотя бы пластыри налепи, чтобы не усугубить. Потом, когда до девчонок доедем, они тебе уже смогут нормальную помощь оказать. Они медики, разберутся. И больше не чеши это место, поняла?

Алина обрадованно закивала, чувствуя, как напряжение отпускает. Она не ошиблась в Артёме, он не выгонит её за вонючую царапину.

— Ром? — Артём обратился к другу, заглядывая в салон. — Рома?

— Да чё тебе? — огрызнулся тот, не поворачиваясь.

— Тебе надо повязку сменить, глаз обработать.

— Бесполезно, — хмыкнул тот. — Ведь я скоро стану Одноглазым Джеком-людоедом, агрррх! — он засмеялся и отвернулся к окну, и тогда троица увидела его надувшиеся лимфоузлы на шее с грецкий орех.

— Сам поменяю, как разгребу тачку, — буркнул Артём.

Булочка, сидевшая на полу возле сидения с аптечкой, жалобно заскулила, посматривая на Олега большими, влажными глазами. Кажется, лайка выбрала себе нового хозяина. М-да, вот тебе и хвалёная собачья преданность: и суток не прошло, как её прежняя хозяйка стала ненормальной, а она уже строит глазки другому.

— Что, моя зайка? — Олег сразу засюсюкался с ней, протянул руку, чтобы почесать за ухом.

— Раз вызвался мне помогать, то пошли, — оборвал его Артём. — Нечего тут с пушистой любезностями обмениваться!

— Есть, сэр! Товарищ майор, сэр! — Олег дурашливо козырнул, но потом вдруг замер и показал пальцем за спину друга. — Ой… Тём, кажется, у нас проблемы.

Артём обернулся.

Во двор, шатаясь из стороны в сторону, заходила невысокая и щупловатая фигурка. Ребёнку на вид лет шесть, ну максимум восемь. Маленький, худенький, в лёгкой курточке, явно не по погоде, и без шапки. Он брёл, как сомнамбула, неуверенно переставляя ноги.

— Да что ж за жизнь-то такая… — Олег негодовал, сжимая лопату. Так хотелось, чтобы это был обыкновенный и просто уставший мальчишка, который убежал от зомби и искал помощи от взрослых. Но нет, действительность была жестока. Помощи взрослых он не искал, а вот мясо - да...

— Я разберусь, — коротко ответил Артём, захлопнул дверь со стороны Алины. Олег тоже закрыл свою дверь и на всякий случай приготовился атаковать мелкого лопатой, хотя ему бы этого очень не хотелось.

Мальчик увидел двоих, что к нему приближались, и начал открывать рот, издавая странные, гортанные звуки:

— Хм… хххээм… хммм…

Он зашипел, как котёнок. И Артём заметил, что мальчик при виде него ускорился, и координация движений стала более чёткой. Если до этого он просто брёл медленно и пошатываясь, то сейчас пусть и ненамного, но увеличил свой шаг, целенаправленно двигаясь к ним. Артём пошёл навстречу, и когда до паренька оставалось метра три, он вдруг наступил на что-то в снегу и чуть не завалился, потеряв равновесие. Чья-то рука схватила его за голень мёртвой хваткой, и из-под снега вылезла почему-то голубоватого оттенка женщина. Наверное от холода посинела. Она раззявила рот и потянулась к его ляжке, норовя вцепиться зубами. Артём не теряя ни секунды, врезал ей концом лопаты прямо по переносице. Кровь хлынула фонтаном, окропив его джинсы тёмными брызгами. Но женщине было всё равно: она даже не замедлилась, продолжая тянуться к ноге. Тогда он, рванув ногой, ударил её ещё раз уже по руке, но это не помогло. Ещё секунда, и она бы вцепилась в него, если бы не подбежавший Олег, который со всего размаху огрел её лопатой. Лопата, описав дугу, врезалась женщине снизу вверх, попала по подбородку с такой силой, что шея захрустела, и она завалилась обратно в снег, дёргаясь и пытаясь встать, но вот сломанная шея помешала - не могла голову повернуть.

Артём быстро кинул свою лопату в снег, выхватил нож и, протянув руку, остановил мальчика, положив ладонь ему на лоб. Тот тянул руки и шамкал ртом в попытке укусить его, стремился, но не мог достать.

— Мне жаль, что с тобой это случилось, — тихо сказал Артём, глядя в эти пустые, ничего не выражающие глаза. — Спи спокойно.

Одно точное движение, и мальчик обмяк, падая в снег. Олег стоял в ужасе, отвернувшись, не в силах смотреть, как Артём упокаивает заражённого мальчонку. Он посмотрел на женщину, которая барахталась в снегу, и уже не мог заставить себя подойти к ней, чтобы окончить её мучения.

— А с ней что будем делать? — спросил он несмело.

Артём, не отвечая ему, подошёл к женщине и, так же как и мальца, упокоил и её. Потом вытер лезвие о снег, убрал нож в чехол на поясе и посмотрел на Олега:

— Откапываемся. И гляди под ноги и по сторонам в оба. Может, тут таких подснежников ещё до хрена.

— Как-то странно, не находишь? — Олег всё ещё переводил дыхание, косясь на тело женщины, которое уже начало запорашивать свежим снегом.

— М?

— Когда мы были в клубешнике, там набились замерзшие зомби в тамбур. А почему эта не нашла себе угол, чтоб отогреться?

— Так тут же все подвалы закрыты, — сухо прокомментировал Артём, уже вовсю орудуя лопатой. — Ключа от домофона у неё наверное нет, а если бы и был, она бы не смогла им воспользоваться, попросту не догадалась бы как. Там, в тамбуре, зомби просто повезло, что дверь закрылась не до конца из-за снега. А эта, видимо, шла, шла, упала уже обессиленная, ну и уснула… Пока я на неё не наступил…

— А… Блин, что ж на парковках тогда происходит? Или в метро?

— Метро поди уже закрыли.

— Действительно… — Олег посмотрел на друга с детской беспомощностью. — Как же ты с этим справляешься?

— С закрытым метро? — Артём усмехнулся уголком рта.

— Да нет, я про убийства… — Олег запнулся, подбирая слова. — Просто я ударил эту женщину… точнее, зомби-женщину, лопатой, и… мне стало не по себе. Стало плохо, откровенно говоря.