Залив полный бак, он открыл багажник и вытащил две канистры: ту, что была заполнена наполовину, и пустую, которую Олег всегда возил с собой на всякий случай. Наполнил обе до краёв. Мужик из белой гранты, в которой с трудом помещалась многочисленная семья, всё сигналил и сигналил, поторапливая Артёма, высовывался из окна и что-то кричал, размахивая руками. Но Артём не обращал внимания. Он свою очередь отстоял, пусть и этот тоже отстоит, никуда не денется.

— Фух, ну… — он вернулся в машину, довольно выдохнув. — Теперь ко мне.

Он искренне обрадовался, что им удалось заправиться, и начал выезжать на основную дорогу. Торопыга сзади, едва Артём освободил место, пулей вылетел из тачки и бросился заправляться, даже не заглушив двигатель.

— Мне надо будет… — начал Артём, но не закончил.

— Бляяяя! — Алина закричала так, что заложило уши, и резко упала вниз, за сиденье Артёма, на пол, закрывая голову руками.

— Твою мать… Тёма, гони, гони, гони! — взревел Олег, вцепившись в ручку над головой.

— Эт что? — Рома, у которого уже совсем не было сил даже оглянуться, почувствовал, как машину вдруг затрясло и весь салон залило оранжевым светом.

Артём вцепился в руль и вдавил педаль газа в пол, машина рванула вперёд, вылетая с территории заправки. Глаза его смотрели только прямо, вперёд, на дорогу, но периферическим зрением он видел, как в зеркале заднего вида разгорается оранжевый шар, поглощающий всё вокруг. По коже непроизвольно пробежала волна леденящего ужаса и… чувства вины. Но вина? Она-то тут откуда? Возможно, думал он, сжимая руль до хруста, если бы он не пожадничал и просто залил бак, не тратя время на канистры, тот водитель и его семья были бы сейчас живы? Может быть, они успели бы уехать до того, как это случилось? А может, нет. Может, судьба у них была такая, и он тут вообще ни при чём. Но мысль эта, чёртова мысль, уже засела в голове и будет теперь точить, точить, точить.

— Алина! Сядь и пристегнись! — Олег попытался схватить девушку за руку, но та лишь сильнее вжалась в дверцу, закрыв уши ладонями и не реагируя ни на что.

Артём зарулил к себе во двор, который не расчищали вообще, снега намело до колена, и машина еле пробилась сквозь сугробы, перегородив своей тушкой основную проезжую дорогу прямо у подъезда. Не было времени на правильную парковку, не до церемоний. Он с минуту посидел неподвижно.

— Тёмыч… Ты как? — осторожно спросил Олег.

— Да заебался я, — ёмко ответил он. — Лена бросила. Апокалипсис начался. Повсюду смерть.

Только он освободил колонку, как на полном ходу, прямо во время заправки гранты, в неё на всей скорости въехал мусоровоз. Гранту смяло, шланг вырвало из горловины, и под давлением из разорванной магистрали хлынул бензин, разбрызгиваясь по снегу и по горячему металлу. Высеклась искра от удара металла по металлу. Она была такой крошечной… почти незаметной, но вокруг уже стояло густое облако паров. Вспышка произошла мгновенно. Огонь пробежал по разлитому бензину змеиным рывком и за долю секунды накрыл смятую машину. Пламя рвануло вверх, облизнуло колонку, перебросилось на соседний автомобиль. Через несколько секунд раздался глухой подземный удар. Земля под заправкой будто вздрогнула. Взрывной волной выбило стекла машин и магазина заправки, оранжевый шар пламени взметнулся выше крыши навеса, а затем второй, более мощный хлопок разорвал воздух окончательно. Артём этого видеть не хотел, но благодаря зеркалам в машине это зрелище не обошло его стороной... И теперь он пытался переварить увиденное... Там же были и дети, и пожилые, и взрослые в этой машине... Целую семью как по щелчку стёрло.

— Я пошёл к себе, — он открыл дверь, впуская в салон морозный воздух. — Соберу пару вещей для нас всех. И выйду. Мотор не глушить. Пересядь за руль, Олег. Я поеду на своей.

— Хорошо… — Олег кивнул, перелезая на водительское сиденье, пока Артём, проваливаясь в снег, направился к подъезду, оставляя за спиной глубокую цепочку следов.

Эта история живет только тогда, когда есть те, кому она интересна… Если вы дочитали до этого места - значит, история вас зацепила. Подпишитесь, чтобы не потерять продолжение, делитесь мыслями по поводу истории в комментариях - мне будет очень приятно! БлагоДарю!

Знаете, чем опасны будильники на андроидах? Они не истерят. От них вы не вскакиваете, как ужаленные в сраку, от них у вас не начинается Вьетнам, они такие плавные, нежные и мелодичные, что с лёгкостью способны встроиться прямо в ваш сон. Вы будете целый час кружиться за руки с тираннозавром возле черноплодки, не подозревая, что вам уже давно пора вставать, чистить зубы и вообще хоть как-то существовать в реальном мире.

Бобе откровенно надоело терпеть разгульный образ жизни своей хозяйки. Он бесцеремонно запрыгнул к ней на кровать и сделал лизь прямо в щёку, тёплым, шершавым языком проехавшись по скуле. Потом добавил ещё пару лизей, а затем ещё в нос троечку, для верности.

— Тьфу! Боба! Тьфу! Хаптьфу! — Ева недовольно села на кровати, щурясь от яркого света - умные шторы, повинуясь сигналу будильника, плавно разъехались, впуская в спальню серый декабрьский день. Она потянулась к смартфону и тапнула по кнопке выключения сигнала, с трудом попадая пальцем по экрану. — Ну на хрена? На хрена я смотрела аниме до четырёх утра? Ещё сосисок в тесте наелась на ночь… Сидр был лишним, это точно… Как же мне херово… Бобаааа…

Боба наблюдал за этим воскрешением из мёртвых и весело вилял хвостиком. Хозяйка проснулась - значит, скоро он пойдёт какать, нюхать интересные столбы и изучать новости, которые оставили другие собаки за ночь. А это прекрасно.

У лучшего вирусолога страны сейчас лютейший отходняк, от которого голова раскалывается на части и при этом кружится как юла, а желудок напоминает о себе тошнотворными спазмами. Она кое-как спустила ноги с кровати и посидела так с минуту, чисто, чтобы заземлиться, а то Ми-8 уже уносил её куда-то далеко, но даже это простое движение далось ей с трудом. Потом она прошла на кухню, стараясь ступать мягко, чтобы не тревожить и без того ноющую голову, достала из шкафчика пакетик регидрона и развела его в пятистах миллилитрах воды, размешивая ложкой и глядя, как крупинки растворяются в прозрачной жидкости, превращая её в раствор, который должен был вернуть её к жизни. Она выпила половину залпом, чувствуя, как солоноватая жидкость спасительно увлажняет пересохшее горло, а затем трясущимися руками выудила таблетку обезбола из баночки.

После этого она сходила в ванную, где долго стояла под душем, позволяя горячей воде стекать по лицу и спине, смывая остатки сна. Вытираясь, она мельком глянула на себя в слегка запотевшее зеркало и поморщилась.

— Фу… боже… ну и рожа, — она посмотрела на своё отражение уже в чистом зеркале, которое успело немного просохнуть, на бледную кожу с синевой под глазами, на осунувшиеся щёки и тонкие губы, и её передёрнуло. — Реально можно с зомби перепутать, скажи? — Она обернулась к Бобе, который сидел в дверях ванной и преданно смотрел на неё, явно ожидая, когда же хозяйка наконец закончит свои мыльно-рыльные делишки и займётся им. — Бобс, выбирай: пошлый пожарник или мамина булка?

Она достала из гардеробной в прихожей две кофточки-попоны: одну красную с жёлтыми полосками, похожую на старую пожарную форму, и вторую, сделанную под чёрную кожанку с надписью «Мамкин Бичуган» крупными белыми буквами. Боба не любил наряжаться, это так-то не по-мужски, а Ева не любила его подолгу мыть. А сегодня у хорошего мальчика выбора тем более не было, потому что на улице было слишком сыро и грязно, чтобы гулять без защиты. Поэтому пёсине предоставили выбор без выбора, и Ева бесцеремонно и быстро натянула на него кожанку, застегнув все липучки и поправив шерсть, которая выбивалась из-под ткани.

— Ну вот, красавчик, — сказала она, почесав его за ухом, и Боба, чувствуя себя не в своей тарелке, но понимая, что спорить бесполезно, просто завалился на бок как игрушечный. — Ой, да ладно тебе! Не строй тут из себя! Так, теперь я.