Моя магия проникает в тело кузена, его жизненные потоки сейчас стабильны, а магия матери заполняет все каналы. Пробираясь к самому сердцу, туда, где должно быть ядро, я натыкаюсь на печать матери. Я лишь слышала о ней, но не знала, что она настолько сильна.

Дракон внутри него полностью подавлен, и не зная его родословной, никто бы и никогда не понял, кем он является. Магическая печать матери оказывается не так проста, чтобы понять ее механизм мне трудятся время, которого нет.

— Лоэлия, скорее, — доносится до меня тяжелый голос Фейлонга.

Открыв глаза, я смотрю на него. Он удерживает тьму из последних сил, но наша смешанная магия все же действует лучше, тьма словно боится лишний раз приблизиться к ней.

— Я пытаюсь, это не так-то и просто, — ворчу я и снова сосредотачиваюсь на магических потоках кузена.

Распутывая сложную систему печати, я слышу, как шипит Вэнтом. Драконья энергия постепенно заполняет его потоки, я чувствую, как быстро нагревается его тело, обжигая мои руки. Наконец, ядро полностью распечатано.

Открываю глаза и медленно отпуская кузена. Он корчится от боли.

— Отойди от него! — кричит Фейлонг, хватая меня за руку и прижимая к себе.

— Вэнтом! — я дергаюсь к нему, но крепкая хватка феникса не дает мне сделать и шага.

Крик боли кузена заполоняет всю округу. Его зрачки сужаются, принимая змеиную форму, а кожа покрывается белыми чешуйками с серебристым отливом.

— Нет! Его тело не выдержит этого, — кричу я, пытаясь вырваться из хватки Фейлонга.

— Он сильный, он справится! — убеждает меня король. — Тьма вот-вот вырвется наружу, Лоэлия, помоги мне ее удержать.

Только сейчас я понимаю, что Фейлонг одной рукой удерживает меня, а другой из последних сил сдерживает печать. Истерика отступает, но меня все еще трясет от каждого крика Вэнтома.

Я показываю фениксу, что успокоилась. Он осторожно отпускает меня. Собравшись с силами, я сосредотачиваю ту новую энергию в руках. Вместе с Фейлонгом нам удается замедлить разрушение печати, но темная энергия все же прорывается в мир, но золотой барьер братьев не дает ей распространиться дальше. Ее влияние ощущаю все вокруг, кажется, будто сам воздух давит на все тело.

В этот момент в небо взмывает еще один белоснежный дракон в золотистой броне, его рев оглушает всех.

— Он справился, — выдыхаю я.

Вэнтом кружит над печатью, словно привыкая к новой силе.

— Лоэлия, тело твоего брата слишком слабое для такой силы, он не справится один. Когда печать откроется, я постараюсь взять большую часть удара темной энергии на себя. Ты страхуй, не дай ей достигнуть Вэнтома, — тяжело дыша, говорит король.

— Что? Она убьет тебя!

— Я бессмертный, помнишь, — усмехается он. — Я и так состою лишь из нее.

С трудом совладав с новой волной паники, я киваю, стараясь улыбаться.

— Пора обращаться, иначе не выдержим, — советует Фейлонг.

Я следую его совету, жар окутывает тело, и внутренний зверь вырывается наружу. Раскрываю крылья и влезаю над землей. Мое пламя впитывается в кристаллы, заставляя их выпустить последние капли магии.

— Давай! — рычит Фейлонг, чтобы Вэнтом его услышал.

Темная дымка обволакивает короля, и на моих глазах он обретает свои истинный облик.

Кузен снижается. Наши взгляды встречаются. Все переглядываются между собой.

Сердце в груди сжимается от боли.

Этот день мы можем не пережить вовсе.

Рев драконов и щебет феникса проносятся над лесом и рекой.

Мы с Фейлонгом сосредотачиваем все силы на печати, братья кружат над нами, поддерживая купол из энергии света. Кузен закрывает глаза и выдыхает всю свою магию дракону, копившуюся в нем почти тридцать лет, прямо в центр печати.

Чистая энергия света встречает с тьмой первородного хаоса. Взрывная волна оказывается такой мощной едва не сбивает меня, но мне удается удержаться.

Находясь в непосредственной близости с эпицентром событий, мне кажется, что тело горит изнутри от собственной магии, и снаружи от огня Вэнтома.

Я поднимаю взгляд на Фейлонга, он тоже смотрит на меня. На мгновение мне кажется, что наши чувства смешиваются.

Печать окончательно ломается. Поток темной энергии огромной волной врывается в наш мир, Фейлонг без промедления раскрывает крылья, впитывая ее в себя. Я чувствую, как это ломает его изнутри, вызывая невыносимую боль. Смотреть на его страдания я не могу, взлетаю над ним, разделяя его боль.

Его кроваво-красные глаза феникса со злостью и беспокойством смотрят на меня.

— «Лоэлия, не глупи! Ты не выдержишь ее влияния!» — чудиться его голос в голове, но я не отступаю.

Вэнтом продолжает вливать все свою энергию в центр разлома, и постепенно он начинает затягиваться.

Все на пределе, но никто не сдается.

Темная энергия, поглощаемая нами… Я больше не чувствую ни боли, ни жжения, просто смотрю в его глаза, стараясь запомнить этот взгляд.

Сколько проходит времени, я не знаю, но солнце близится к горизонту, когда разлом полностью исчезает, оставляя после себя глубокий кратер с обожженной землей.

Сил совсем нет, я приземляюсь, принимая человеческий облик и падаю на колени, еле дыша. Рядом со мной оказываются Декстер и Фасьен. Выглядит они уставшими, но все еще способны стоять на ногах.

Фейлонг тоже приземляется, но тоже не удерживается на ногах. Он кидает на меня обеспокоенный взгляд, но подойти не в силах.

— Вэнтом, — шепчу я в панике, поднимая голову наверх.

Белоснежный дракон прямо в небе обращается в человека. Его тело летит на землю, норовя разбиться. Я дергаюсь вперед, руки дрожат, моя магия исчерпана.

К счастью, братья тоже успевают заметить этот. Декстер взлетает вверх, успеваю поймать брата всего в паре метром от земли. Все протяжно выдыхают.

Фасьен помогает мне подняться и подойти к кузену. Я кидаюсь к нему, беру за руку и проверяю жизненные потоки.

Сердце практически не бьется, дыхание слабое, а драконье ядро полностью опустошено. Моя магия ослаблена, а тело напитано тьмой, я не способна ничего сделать.

— Вэнтом! Нет! Вэнтом! — заливаюсь я слезами, удерживая на руках тело брата.

Глава 59

Собрав всю энергию, что осталось во мне, я передаю ее брату. Его тело никогда не было способно выдержать драконью мощь, а теперь оно сильно ослаблено из-за резкого выброса всей энергии.

— Лоэлия, остановись, — шепчет Фейлонг, кладя руку мне на плечо.

— Нет! Я спасу его! — отчаянно кричу я.

Дестер и Фасьен садятся рядом, прикладывая руки к телу Вэнтома.

— В нас нет той мощи драконов жизни и смерти, но малые крупица в нас все же имеются, — вздыхает старший брат.

Они закрывают глаза, делясь с кузеном той частью своего ядра, где хранилась магия Сеар, лишаясь защиты от болезней и быстрого восстанавления после ранений.

Я тоже закрываю глаза и стараюсь восстановить жизненные потоки Вэнтома, те, что мне под силу исцелить сейчас. После смешения магии с Фейлонгом я чувствую, что мое тело тоже изменилось и стало менее восприимчиво к воздействию тьмы, иначе, я бы давно погибла после такого огромного количества ее во мне.

Когда все заканчивается, братья бессильно оседают на траву.

— Как он? — уточняет Фасьен, прорываясь на тяжелые вздохи.

Я проверяю состояние брата.

— Из-за того, что он всю жизнь жил без магии драконов, опустошение ядра оказалось не смертельно для него, но его жизненная энергия очень слаба. Если не восстановить все его потоки, он умрет, — дрожащим голосом говорю я.

— Нам нужно в Брайникл, только мама сможет помочь ему, — заявляет Декстер.

— Мы все вымотаны, до столицы лететь полдня, не меньше. Он же сможет продержаться день? — спрашивает Фейлонг.

— Думаю, его сил хватит дня на три, — отвечаю я.

— Сейчас нам всем нужно отдохнуть. А завтра утром вы сможете отправиться в путь, — советует король.

Братья переглядываются, но соглашаются с ним.