Время шло неумолимо долго. Никак не получалось определить, день на дворе или вечер. Ирлиндора обещала казнить свою наследницу на закате, только вот сколько осталось ждать? Умирать Эйриана, разумеется, не хотела, но иметь хотя бы малейшее представление о времени нужно каждому. Вдруг закат вот-вот наступит, а она не готова? Хотя, если Ирлиндора будет сопровождать ее вместе со стражами, то улизнуть точно не получится. Вот если бы рядом были друзья… Интересно, успеют ли они прийти на помощь? Жив ли еще Раэдгар? Никак, к сожалению, не выяснишь без личной встречи…

Со стороны выхода послышались шаги. Неторопливые, уверенные и размеренные. Так обычно вышагивала правительница расколотого королевства. Завидев Ирлиндору, стражи сразу уважительно поклонились и расступились по сторонам от дверей.

Остановившись прямо у тяжелой решетки, Верховная Жрица вздохнула и окинула пленницу осуждающим взглядом. Под действием темных чар в своей любимой ученице женщина сейчас видела лишь врага для всего народа, и совсем не подозревала, кто несет вред на самом деле.

— Доброго дня, Эйриана, — с ехидцей произнесла правительница. — Точнее, уже вечера. Надеюсь, тебе хорошо спалось?

— Доброго вечера, Ирлиндора, — похожим тоном ответила ей Эйриана. — Спалось плохо, к сожалению. Камеры совсем неудобные, и холодно здесь. Еще трудно уснуть, когда за тобой наблюдают…

Жрица скривила губы в фальшивой жалости.

— Прости, не было времени обустроить всё достойно наследницы. Да и теперь в этом нет особого смысла. Очень скоро состоится твоя казнь, так что удобная мебель больше не понадобится.

— Мебель не понадобится, вы правы… — вздохнула Эйриана. Сбылись ее худшие опасения — на дворе все-таки уже вечер и времени осталось мало! Придется перейти к наступлению… — А вот вам прийти в себя очень не помешало бы!

Ирлиндора чуть не захлебнулась от возмущения. От пленницы, которую вот-вот казнят, она ожидала мольбы о пощаде, извинений, но никак не упреков.

— Я чувствую себя гораздо лучше, чем раньше. Я счастлива! Скоро и народ Эльвериона познает всю прелесть новой жизни!

— И чем же она была плоха до этого?

— Ничем. Но господин Фейрагнор дал мне понять, что наши сородичи способны на большее. Жизнь каждого станет еще светлее и прекраснее! Почему же ты так яростно противишься этому? Ты не желаешь своему народу лучшего будущего?

— Каждому эльфу Эльвериона я желаю всего самого светлого, но с найхаширами нас всех ждет только смерть и забвение. Не будет никакого будущего!

— И откуда такая уверенность? — недоверчиво фыркнула Жрица.

— Помните фолиант, который я принесла из Лориэндара? В нем изложены истории из прошлого. И там очень хорошо видно, кем являются найхаширы на самом деле. Кровожадными тварями, питающимися невинными душами!

— Твой фолиант — рассадник ереси! — с презрением отозвалась Ирлиндора и поморщилась, будто лизнула кислую дольку лимона. — Под защитой барьера Света мы замерли в развитии как народ. Господин Фейрагнор обещал помочь решить эту проблему. Наш народ зацветет ярче прежнего! Разве это плохо?

— Я скорее поверю, что нас всех перебьют, — твердо возразила Эйриана, высоко подняв подбородок. — Не будет никакого светлого будущего, наши души станут кормом чудовищам. Лишь те немногие, кто успеют сбежать, спасутся и да, заживут новой жизнью. Только вот ждет ли их счастье? Очень сомневаюсь.

Черты лица Ирлиндоры исказились от ненависти, глаза засветились сероватым отблеском.

— Все, мне надоело слушать эти фантазии! — решительным движением женщина указала на дверь камеры. — Ты пойдешь со мной. Время казни пришло.

Стражи отперли дверь и повели закованную в цепи пленницу по пути, указанному правительницей. Выбравшись из подземелий, Эйриана послушно пошла за наставницей, не забывая попутно оценивать обстановку. Жизнь во дворце как будто остановилась — всюду только стражи дежурили и вокруг никого из прислуги. Животворная энергия все так же струилась вверх к шпилям, почти ничего не оставляя жителям дворца. Светильники вокруг стали еще тусклее и погрузили дворец в неприятный глазу полумрак. Конечно, за время пребывания в Лориэндаре луминара немного привыкла к подобной обстановке, но она ведь не там сейчас! В Эльверионе никогда не бывало настолько темно!

Казалось, будто путь наверх займет вечность. Каменная лестница тянулась ввысь, словно змея, обвивающая дерево. Каждый шаг давался все труднее. Эйриане хотелось замедлиться, чтобы хоть немного оттянуть грядущий ужас, но стражи позади тут же ее подгоняли. Чем выше она поднималась, тем сильнее ощущала потоки энергии. Похоже, догадки оказались верны — именно сюда сейчас стекался Свет со всех уголков Эльвериона. Вокруг царила настолько гулкая тишина, что было слышно, как внутри башни гулко завывал ветер. Как будто сама башня говорила: «Опасность! Опасность!».

Ирлиндора уверенно шла вперед, не обращая внимания на усталость. Благодаря темному дурману хаши с каждой пройденной ступенькой она все сильнее предвкушала, как призовет в Эльверион господина Фейрагнора и шагнет вместе со своим народом в новое будущее.

На самом верху башни Верховная Жрица отозвала стражей и осталась наедине с ученицей. Она знала, что всех луминар всегда воспитывали покорно служить наставнице, а значит Эйриана не посмеет воспротивиться ее воле…

— Вот мы и пришли, — Ирлиндора с благоговением посмотрела на огромный сияющий кристалл, концентрирующий в себе энергию для барьера. — Совсем немного осталось до исполнения великого обещания! Но, увы, одна я не способна завершить ритуал, — Жрица повернулась к ученице и коснулась своего артефактного кулона. Такого же, как у всех ее подопечных, только чуть крупнее, и украшали его серебристыми и жемчужными драгоценными камнями в знак высшей власти. — Ты и другие хранительницы осколков Алуссарила — главные ключи на пути к цели. Благодаря этим кулонам я присоединю силы луминар к общему потоку! — сказав это, женщина повернулась к огромному кристаллу и коснулась его сияющей ладонью.

В это же мгновение Эйриана почувствовала внезапную слабость, головокружение и тошноту. Её зрение затуманилось, сознание стало стремительно проваливаться в темноту, а камень на ее шее начал тускнеть. Собрав последние силы, она сдернула медальон с шеи и рухнула на колени. Когда Свет в кулоне угас, луминара с тревогой посмотрела на священный кристалл. Тот ярко сверкнул под действием чар, а потом тоже начал тускнеть.

— Еще немного! Господин, я жду вас! — ликовала Ирлиндора, будто настоящая злодейка. Барьер, окружающий Эльверион, быстро замерцал и через несколько секунд исчез, превратившись в тысячи маленьких искорок. Теперь все жители увидели мрачное небо, заросшее пугающими тучами, из которых к ним начали спускаться уродливые крылатые существа.

Через заграждение на шпиле башни Эйриана, хватаясь за изнывающую от боли грудь, в ужасе смотрела, как хаши, издавая довольный клекот, пикируют в самый низ и превращаются в миниатюрные точки. Что происходило внизу, луминара старалась не думать. И так понятно, что худшие ее опасения все-таки сбылись. Теперь эти чудовища не остановятся, пока не закончат начатое больше тысячи лет назад и не уничтожат Эльверион…

Ночью Раэдгар почти не спал. Мысль о столь масштабном нападении врагов никак не давала ему покоя. Разведчики все чаще докладывали о всплесках энергии в районе дворца Эльвериона, что вызывало еще больше волнений.

«Как эти ублюдки умудрились незаметно провернуть такое?» — недоумевал генерал, выслушивая очередной доклад. Как и все служащие Лориэндара, он знал, что хаши умные твари, но никогда не догадывался насколько… Эти бешеные ведь не просто устроили очередную жатву, они втерлись в доверие к Ирлиндоре и поработили ее разум! А ведь раньше ничего подобного за ними не наблюдалось…

Что касается Фаринора, благодаря его помощи удалось не только продумать портальную сеть, но и получить ценные данные об Эльверионе. Новых карт расколотого королевства в распоряжении генерала не было, а старые подходили разве что детям истории рассказывать. Теперь же Раэдгар знал обо всех выгодных для сбора войск уголках неподалеку от дворца, чему очень радовался — так вероятность успеха операции явно повысится.