— Что «она»? — Лирария обхватила плечи подруги в надежде ее успокоить.

— Я все слышала… Верховная Жрица в сговоре с найхаширами!

— Наставница Ирлиндора? Не может быть!

— Я сама не поверила бы, но морду найхашира ни с кем не перепутаешь! Ирлиндора послала стражей арестовать нас. Хватай сумку! Нужно бежать!

Едва Эйриана это сказала, как в дверь раздался громкий стук.

— Именем Верховной Жрицы откройте! — двое стражей усердно ломились в комнату, но девушки подперли дверь своим весом.

— Что теперь делать? — пискнула Лирария. — Через дверь не сбежать, а прыгать из окна высоко!

— Надо что-то придумать. Не впускай их!

Главный дворец Эльвериона действительно был высоким. Его шпили уходили высоко в небо, а верхушке самого высокого из них сиял магический кристалл — проводник энергии для барьера. Покои луминар располагались настолько высоко, что при прыжке из окна не было никаких шансов выжить. Если только у земли вдруг не появится мягкая подушка…

Долго девушки сопротивляться не смогли. На помощь двум вооруженным стражам пришло еще несколько, и вместе они уже с легкостью вышибли дверь. Удар был такой силы, что луминары отлетели на пол.

— Вы арестованы по приказу Верховной Жрицы Ирлиндоры, — объявил старший страж. — Следуйте за нами.

Окажись девушки где-нибудь в саду, они могли бы попытаться сбежать, но сейчас каждая из них понимала, что другого пути нет. Даже клинки Дэлтхара у них забрали, так что сопротивляться при всем желании не получится.

Вздохнув, луминары покорно спрятали руки за спины.

— Вы не понимаете, Эльвериону грозит опасность! Ирлиндора в сговоре с чудовищами! Они уничтожат нас!

Но стражи как будто воды в уши набрали и игнорировали какие-либо попытки девушек оправдаться. Каждую из пленниц отвели в подземелья дворца и посадили в отдельную камеру.

— Никогда не думала, что окажусь в таком темном и жутком месте, — причитала Лирария, недовольно лязгая цепями.

— Поздравляю, теперь мы преступницы в глазах собственного народа, — с иронией усмехнулась Эйриана. — Не представляю, какое чудо должно случиться, чтобы мы сумели выбраться из передряги живыми и здоровыми.

— Думаешь, Ирлиндора захочет убить нас?

Наследница Эльвериона горько вздохнула.

— Именно. Обрушение моста и сломанный малый Алуссарил — часть вражеского плана. Мы должны были умереть еще в тот день…

— Значит, мы очень везучие, раз до сих пор наши сердца бьются, — прошептала Лирария. — Только я не понимаю, зачем наставнице понадобилось дружить с найхаширами?

— Они что-то говорили про обещание светлого будущего. Не удивлюсь, если эти твари одурманили ее разум.

Младшая луминара вздохнула и снова лязгнула цепями.

— Эх, если бы мы только могли выбраться из тюрьмы и рассказать всё друзьям из Лориэндара… — взгляд девушки упал на подаренный Зарталором браслет, и ее неожиданно осенило. — Точно!

— Ты что-то придумала? — Эйриана удивленно посмотрела на подругу.

Цепи оказались короткими, но Лирария смогла вывернуться, чтобы показать подруге артефакт.

— Зарталор подарил мне на прощание браслет и сказал, что если я попаду в беду, нужно будет сжать в руке камешек и закрыть глаза. Магия должна привести меня к нему…

— Тогда используй его, — твердо произнесла старшая луминара.

— Еще чего! Я не могу тебя оставить!

— У тебя нет выбора, подруга! Нам не сбежать из тюрьмы, а завтра к закату, если ничего не предпринять, найхаширы вторгнутся в Эльверион!

Лирария икнула на эмоциях.

— Откуда ты знаешь?

— Подслушала тайком их разговор, но нечаянно выдала себя и Ирлиндора услышала шум. Поэтому нас и арестовали…

Младшая луминара растерянно смотрела то на подругу, то на браслет и размышляла, что делать. Бросать Эйриану одной среди этих жутких камер ей не хотелось, но только она теперь, получается, могла хоть как-то предупредить Зарталора с Раэдгаром об угрозе для расколотого королевства.

— Хорошо, я пойду и приведу подмогу. Мы освободим тебя!

Камеры находились друг от друга на расстоянии, никак не дотянуться, чтобы взяться за руки.

— Поспеши, сестренка! — поторапливала Эйриана соратницу.

— Дождись меня, я скоро!

— Угу, обязательно…

Крепко сжав камешек на браслете, Лирария зажмурилась и представила себе образ Зарталора. Тело девушки на мгновение озарило темной дымкой, а потом она растворилась в воздухе, будто ее здесь и не было. Лишь цепи, со звоном упавшие на пол, намекали, что в камере недавно кто-то находился.

Подруга исчезла как раз вовремя — вдалеке у входа в подземелье послышались шаги. Видимо, кто-то решил проведать пленников. Будет непросто, конечно, объяснить, куда испарилась одна из них, но ничего не поделаешь. Вряд ли Ирлиндора придет ее убивать прямо здесь и сейчас. Или же наоборот? Похоже, вот-вот станет ясно…

Глава 27

Как Эйриана и догадывалась, проверить исполнение приказа в этот раз явилась сама Ирлиндора в сопровождений двух стражей. Несмотря на попытки показать собственное величие, Верховная Жрица сейчас вела себя, как самовлюбленная злодейка, а взгляд её утратил обычную ясность и проницательность.

Завидев, что одна из камер пуста, Ирлиндора подбежала к решетке, где томилась старшая из ее учениц.

— Где Лирария? — без предисловий спросила она, сверля взглядом пленницу.

Эйриана демонстративно пожала плечами.

— Не знаю. Заснула ненадолго, глаза открыла — ее нет. Да и если бы знала, думаете сказала бы?

В воздухе повисло напряжение. Стражи беспокойно переминались с ноги на ногу, а Ирлиндора покраснела от бессильной ярости. Мало кому понравится утратить контроль над ситуацией.

— Посмотри, как низко ты пала: сидишь в тюремной камере, лязгая цепями, но при этом все равно умудряешься огрызаться и лгать, — процедила Жрица сквозь зубы. — Неужели тебе нравится?

— По крайней мере, я не заключила союз с жестокими убийцами, — с иронией ответила луминара. — Найхаширы оставляют за собой лишь смерть. С ними вы точно не добьетесь светлого будущего.

— Можешь рассказывать небылицы про добрых темных эльфов сколько угодно. Скоро народ Эльвериона отвернется от тебя. Никто не поверит ни единому твоему слову! Каково же осознавать, что некому заступиться за твою жизнь?

— Зато я сохранила чистоту души, — Эйриана гордо подняла подбородок. — Вы, как я вижу, не можете похвастаться тем же.

Последняя фраза вызвала взрыв гнева у Ирлиндоры. Уж от кого, а от собственной ученицы оскорблений она не ждала. Да и в Эльверионе плохо говорить о правительницах не принято…

— Молчать! — выкрикнула она, пытаясь сохранить достоинство. — Предупреждаю в последний раз: перестань вести себя вызывающе и откровенно лгать!

Эйриана лишь усмехнулась. Выходка одурманенной чарами наставницы ее позабавила.

— А когда вы расскажете жителям правду о том, что попали под влияние чудовищ и хотите уничтожить Эльверион?

Эти слова окончательно вывели Ирлиндору из равновесия. Дыхание женщины участилось, в глазах вместо привычных доброты и спокойствия читалась настоящая ярость. На мгновение Эйриане даже показалось, будто во взгляде наставницы прослеживаются черты найхаширов. Последние сомнения развеялись — проклятые чудовища каким-то образом подчинили себе волю правительницы Эльвериона и ее стражей.

— Не хочешь — не говори, — прорычала Ирлиндора, со злостью пошатав руками прутья тяжелой железной двери, запирающей камеру. — Завтра на закате с приходом господина Фейрагнора состоится твоя казнь! А если Лирария додумается вернуться, то ее ждет та же участь…

— И это все, что вы скажете? А как же Свет, наставница? Как же жизнь ради всеобщего блага, которой вы нас свято учили? Все это теперь ничто?

Эйриана увидела, как Верховная Жрица на секунду замерла, словно колеблясь, а потом снова скривила ту же самую недовольную гримасу и стремительно вышла из подземелья, оставив стражей дежурить возле камеры пленницы.