Сзади прижался пышущийжаром оборотень, вклиниваясь коленями между моими ногами и Луаро, раздвигая их еще шире. Крупные ладони легли на груди, сжимая их, лаская, и я выгнулась, вжимаясь задом в любовника.

Над ухом послышался свистящий выдох, потом горячий язык обрисовал ушную раковину, а тихий шепот запустил по всему телу мурашки.

— Ты… ты уверена, киса?

Да, такой способ мы как-то еще не пробовали, но это не значит, что я не знакома с анальным сексом. У оборотней тело вообще крепкое и легко приспосабливается, а ведьмы и подавномогут им управлять. Я еще в ванной применила заклинание и теперь была готова к любому развитию событий.

Обернулась, посмотрела в шалые глаза, коротко поцеловала и, взяв одну руку Мрана за запястье, направила ее назад, к жаждущему быть заполненным второму входу.

— Сумасшедшая, но такая горячая девочка… Моя!

— Наша.

Я обернулась на тихий, но уверенный голос Луаро. Он смотрел не на меня, на волка. Тот мгновение поколебался, но выдохнул:

— Наша.

И надавил свободной рукой мне на лопатки, пригибая к вампиру, который тут же обвил руками за плечи и талию, прижимая еще теснее, запечатывая рот поцелуем, пока Мран подготавливал меня для себя.

Оу… Пусть и опыт у меня был, но все же давний, так что первое проникновение оказалось непривычным, распирающим. Впрочем, любовники не стали медлить, начав двигаться, погружая меня в пучину кипящего удовольствия. Сильнее, быстрее… Горячо… Сладко… Сейчас, еще немного…

В миг, когда удовольствие нахлынуло, погребая под собой, кожу на шее прокололи острые клыки, окончательно опрокидывая в оргазм, я в последнее мгновение истово, горячо пожелала:Люби меня, Луаро! Просто люби!

Глава 35

Проснулась я с чувством легкой усталости во всем теле, но при этом удовлетворенность была куда сильнее. Ух, вот это мы ночью отожгли!

Такого опыта у меня еще не было. Впрочем, я даже не сомневалась, что все получится и мне понравится — так оно и вышло. Но больше всего, конечно, радовало, что мои мужчины сумели договориться. Хотя бы в постели не пытались соперничать, а наоборот, как-то дополняли друг друга.

Мран прижимался сзади, обнимая обеими руками и вжимая спиной в пышущее жаром тело. Вот же руки-то загребущие! Даже во сне. Луаро по идее должен быть с другого боку, и я его даже чувствовала, вот только лежал вампир немного в стороне. Эх, а я надеялась…

Вчерашнее желание было спонтанным и абсолютно детским. Этакая вера в чудо: раз вампир не может мне сопротивляться, если приказать ему любить, наверное, должно же сработать? Глупо. Ну да ладно, со временем, может, что-то изменится.

Тут я почувствовала пристальный взгляд и открыла глаза — все равно пора вставать.

Луаро действительно лежал с этой стороны — на боку, подперев голову ладонью. И смотрел. Немного удивленно, нежно и очень внимательно. Никогда такого коктейля в нем не замечала. Даже нежность раньше была какая-то другая — уверенная, немного снисходительная, спокойная. А сейчас она была теплой, ласковой, беззащитной. Неужели получилось?! Или я просто выдаю желаемое за действительное?..

— Хиса… — Шепот Луаро был чуть хриплым, прерывистым. — Что ты сделала? Я… не понимаю, что со мной. В груди горит, и дыхание перехватывает, хотя нечему там гореть и перехватываться. И очень хочется тебя трогать — постоянно. Что?..

Да ладно?! Внутри взметнулось ликование, особенно когда Луаро в подтверждение своих слов протянул руку, обхватил мою ладонь и начал вырисовывать на ней большим пальцем какие-то непонятные знаки. И смотрел. Правда, я очень боялась, что в его глазах появится недовольство, если не бессильная злость, но нет, вроде ничего такого.

— Это не «сделала», Луаро. Я… просто вчера захотела, чтобы ты меня любил. Очень сильно захотела. Так получилось… само. Прости.

Я извинялась, но раскаяния совершенно не чувствовала. Так нам всем будет легче дальше жить, раз уж это никак не изменить. К тому же я по-прежнему не хотела любить безответно, и пусть только кто попробует меня за это осудить!

Пальцы вампира на мгновение дрогнули, но кружение по ладони почти сразу возобновилось.

— Я не сержусь, чтобы прощать. Не получается, да и не хочется. Просто очень… непривычные ощущения.

Тут руки Мрана слегка сжались, прижимая меня теснее, шеи коснулось теплое дыхание, а потом и прижались губы. А поцеловав, оборотень пробурчал:

— Можете не шептаться, я все равно вас слышу. Вот не спится же вам! Полночи кувыркались, а все равно. И ладно вампир, но ты-то, киса? — Я фыркнула, а непривычно разговорчивый фамильяр продолжил: — А у тебя, пиявка, ощущения не непривычные, а подзабытые. Когда-то ты же мог чувствовать, до обращения. Хотя я не знал, что у вампиров такие проблемы с эмоциями.

За «пиявку» я этому паразиту двинула локтем куда-то в бок, отчего он притворно охнул. Луаро же лишь криво улыбнулся, посмотрев поверх моей головы.

— Это не у всех вампиров, так-то. Просто конкретно в нашей линии крови есть такая особенность — от сира идет. Но ты прав: я действительно просто забыл, каково это. — Тут он снова посмотрел мне в глаза. — Вот только, малышка, теперь придется смириться и с усиленной заботой, и с моим беспокойством или… ревностью. А еще у меня есть сильное желание спрятать тебя от всех и любоваться самому. Ну и баловать, да.

Смягчая свои слова, вампир потянул мою руку и поцеловал пальцы, потом извиняюще улыбнулся. А я вытянула руку из его хватки (несильной, к счастью) и погладила по щеке, отчего мужчина прижался к ладони, блаженно прикрыв глаза.

— Какое счастье, что ты не в силах спрятать и не вправе проявлять ревность. Что-либо чувствовать я тебе, конечно, запретить не могу.

Насчет последнего, правда, я уже не была так уверена. Но и экспериментировать с такими вещами больше не собиралась. Мало ли чем оно аукнется? Судя по кривой улыбке Луаро, он тоже так подумал. Про что я могу или не могу ему запретить.

— Капец, ты тиранша! — Мран на всякий случай снова поцеловал меня в шею, словно оповещая, что шутит.

А то я не понимаю. Но по бедру его профилактически шлепнула, получив в ответ новый поцелуй и легкий смешок, шевельнувший волосы на шее. Юморист. Но атмосферу разрядил, это молодец.

Луаро потянулся к моей щеке, погладил пальцами, а потом и сам приблизился, сладко целуя в губы.

Мран задышал тяжелее и потерся о мой зад бедрами, намекая, что кое-кто не откажется от горячего и приятного начала утра. Я подумала-подумала, да и решила, что тоже не против.

В общем, встали мы еще спустя час — как раз пришло время спускаться на завтрак. Обоих мужчин я в этот раз взяла с собой и с удовольствием ловила чужие взгляды: когда недоуменные, когда брезгливые (а и плевать!), когда завистливые. Последних, к слову, было куда больше. Причем Льеса настолько старательно строила равнодушный вид, что сразу становилось понятно, что она тоже относится к категории завидующих. Ну и ладно.

Когда завтрак закончился, мама вытерла губы салфеткой и посмотрела на меня.

— Ну что ж, Хиса, пора идти в ритуальный зал. А потом уже начнем обсуждать наши дела: смету и порядок действий.

Глаза сестры, радостно вспыхнувшие на словах о ритуальном зале, удивленно расширились, а потом подозрительно сощурились.

— Мама! Какие у нас могут быть дела с безродной ведьмой?!

Мама прикрыла глаза, глубоко вздохнула, а когда открыла, взгляд ее был недовольным и холодным. Сейчас перед нами сидела не близкая родственница, а старшая рода. Льеса, слава Гекате, изменение уловила и словно бы сжалась, втянув голову в плечи.

— Дочь, кажется, я слишком много упустила в твоем воспитании. С завтрашнего дня у нас начнутся занятия по этикету и нюансам взаимоотношений с ведьмами. И вампирами — на всякий случай. А пока иди к себе, пожалуйста. О твоих отношениях с Хисой мы поговорим позже.

Ух, от ледяного тона даже меня пробрало, хотя я почти уже и не отношусь к роду, что уж говорить о мелочи! Та мелко кивнула и стремительно убежала из столовой. Ух… надеюсь, мама и в самом деле сумеет что-то сдвинуть в голове упрямой в своем неприятии сестрицы. А если ее неприязнь так и продолжится… Что ж, старшей она станет еще очень нескоро, а там уже решим. В крайнем случае просто продам ей свой пакет акций, чтобы уже точно не иметь в дальнейшем никаких общих дел. А пока поработаем с мамой.