Взгляд Луаро менялся от снисходительно-покровительственного, когда спрашивала про его предложения, до кисло-недовольного, когда продолжила про переезд. Вот, кстати!

— И, Луаро, следи за своими эмоциями: я ненавижу, когда меня считают глупой малышкой! Может, я и сильно младше тебя, но учили меня все же хорошо. А практику нагоню со временем.

И тогда еще вопрос будет, кто из нас двоих окажется сильней. Ну ладно, знает он объективно больше, хотя бы из-за прожитых лет, но это не повод… Нет, повод, конечно, но мне не нравится, и точка!

— Я не говорил ничего…

— Тебе и не надо — взгляд очень уж красноречивый.

Вампир нахмурился, потом примирительно улыбнулся:

— Хорошо, извини, пожалуйста. Постараюсь себя контролировать. Хотя вот некоторые способности из-за голода не получается.

Это он про гипноз?

— Так вот прям и голода? Пара дней всего прошла же! И я прекрасно знаю, что вы способны неделями жить без крови.

— Способны, но чем дольше, тем хуже контроль и вероятнее срыв. А тут еще и психологически давит: еды вокруг полно, а есть невозможно…

Он сглотнул и отвел взгляд, а я вздохнула и решительно протянула руку, пока не передумала.

— Ладно, кусай. Обещанные два глотка! Понял? И даже не пытайся метку поставить!

Глаза Луаро аж вспыхнули, и я только тогда поверила, что он действительно голоден — такое вожделение было в алом взгляде, прикипевшем к моему запястью! Это ж как он сдерживался до сих пор? Вампир осторожно перехватил мою руку слегка подрагивающими пальцами, облизнул моментально увеличившиеся клыки и медленно потянул запястье к своему рту, одновременно слегка наклоняясь. Мран напрягся, но его я ухватила за плечо другой рукой, безмолвно приказывая не вмешиваться. Пусть поест, может и мозги начнут лучше соображать?

Долгое мгновение ничего не происходило, потом кожи коснулся теплый язык, рождая волну мурашек, кольнули клыки, а еще через секунду по телу разлилось жаркое томление, стремительно стекшее в низ живота и одновременно туманящее голову. Ммм… а вампирчик у меня, вообще-то, красивый…

Черт! Как я могла забыть об этой «милой» особенности вампирского укуса?!

Глава 12

Наваждение было сильным, но мимолетным. Дыхание, конечно, сбилось, но утянуть Луаро в постель (каюсь, мелькала на мгновение такая шальная мысль) уже не хотелось, а вот недовольно сопящего волка, тут же забравшего мою руку, стоило вампиру вытащить из нее свои клыки, — очень даже да. Правда, желание вполне держалось в рамках, ибо не время. Луаро, зараза, ничуть не помогал: напоследок еще и успел мазнуть по коже языком, заставляя содрогнуться всем существом. Понимаю, что это для заживления, но удержать стон удовольствия удалось с трудом.

Мран ревниво сграбастал меня в объятья и прижал к себе, давая необходимую сейчас опору и возможность прийти в себя. Триединая! Я даже не знала, что это… так… Так.

Впрочем, Луаро тоже вел себя как-то странно.

Чтобы осознать это, понадобилось время, но тем удивительнее было понимать, что он слишком долго сидит с блаженным выражением на лице. Легкая улыбка, прикрытые глаза, еще и слегка раскачивается… Ну чисто, как галюциногенных грибов наевшийся!

Зато я успела окончательно прогнать дурман и теперь изучающе смотрела на вампира. Судя по всему, с этого момента — своего вампира. Мама дорогая, что мне с ним делать-то?! И как вообще выпутываться из щекотливого положения?

Да, я хотела в тепло, но… какая разница, куда ехать, если ведьма и вампир, связанные непонятной связью, везде привлекут внимание?! Что делать? Делать что, Триединая?!

— Это… потрясающе, Хиса. Прости, я лукавил, когда говорил, что в обмен на покровительство и устроенную жизнь достаточно всего два глотка крови в день. Обычно нам требуется немного больше. Действительно немного — раза в два. Но твоя кровь… Эти два глотка утолили жажду полностью. И ты была права: приток сил тоже ощущается. — Тут вампир, говоривший все это с закрытыми глазами, резко их распахнул и с тревогой уставился на меня. — А ты? Нет недомогания, головокружения?

Мран фыркнул и заворчал:

— А я говорил, что надо его при…

Договорить волку я не дала, накрыв его губы ладонью и немедленно получив в эту самую ладонь поцелуй. Мррр, умничка.

— Никто никого прибивать не будет. И со мной все в полном порядке. — Это, кстати, несколько странно, но, может, действительно дело в том, что крови совсем мало отдала? — Не о том ты переживаешь, Луаро. Есть мысли, как нам выкручиваться из ситуации?

Под вопросительным взглядом красных глаз я высказала свои опасения. Волк напрягся еще сильнее, сжимая мои пальцы, а вампир мягко улыбнулся.

— Вот теперь я верю, что тебя учили хорошо, Хиса. И рад, что ты понимаешь сложность положения. А еще очень надеюсь, что ты понимаешь: просто так срываться и ехать на юг, как тебе хочется, нельзя. Сначала необходимо вернуться в столицу, чтобы я хотя бы смог завершить свои дела. Понимаю, что в нынешних обстоятельствах я не могу тебе диктовать, но позволь объяснить…

— Чего это нельзя срываться и ехать?! А заманить Хису в свое гнездо — вообще зашибись план!

Держать ладонь на губах Мрана постоянно — неудобно, так что оборотень не замедлил воспользоваться возможностью высказаться. Вот только беда в том, что я и без пояснения понимала правоту Луаро, хотя это понимание не мешало мне беситься от необходимости ехать не туда, куда хочется.

— Потому что, волчик, это равно вывешиванию красного флага перед сцеуванским быком: сразу привлечем нежеланное внимание. Его сородичей, — я кивнула на клыкастого, — так точно. Луаро же не рядовой вампир, чтобы его исчезновение никого не заинтересовало. И вот тогда все точно начнут копать, что, как и почему. Сир, опять же — его точно надо в известность ставить о планах сменить место жительства, и как-то объяснить, с чего это вдруг, чтоб отпустил. — Тут я с сомнением посмотрела на Луаро: — Он у тебя как, адекватный? Или может пойти на принцип и не отпустить?

Вампир криво улыбнулся.

— В принципе адекватный, но чтобы отпустил, понадобится веская причина. Что до предложений… У меня есть одно, и оно, пожалуй, единственное, что может сыграть в качестве уважительной причины, если ты не хочешь обнародовать нюансы нашей связи. — И он прав: я не хочу. Но не думаю, что он тоже горит желанием раскрывать свою зависимость, ибо тогда риск смерти кого-то из нас (если не обоих) заметно повышается. — В общем, я нашел только один способ выкрутиться и избежать большинства вопросов: сделать вид, что мы безумно влюбились друг в друга.

— Да ты оху…

— Мран! Помолчи, пожалуйста.

Я хоть и заткнула фамильяра, но мысленно-то была с ним согласна! Вот только и вампир прав: любовь — штука такая, не выбирает, когда и к кому прийти.

Видя, что я молчу, Луаро продолжил с большим воодушевлением:

— Сама посуди: все это очень хорошо ложится в нашу ситуацию. Допустим, на тебя напали дикие оборотни. Стая даже — из-за того, что ты наполовину оборотень. Фамильяра по какой-то причине рядом не было. Я, как порядочный и законопослушный гражданин, пришел на помощь, но оборотни были слишком сильны. Вдвоем мы все же справились, кого-то убили, кто-то сбежал, но меня серьезно ранили, а ты спасла. Ну и завертелось. Я, конечно, не слышал о таких парах, но это не значит, что их никогда не было. Может, скрывались, тем более раньше с терпимостью проблематичнее было. В конце концов, даже если будет первыми такими, что теперь?

— Вот как раз быть первой в чем-либо мне и не хочется, — проворчала я, стремительно анализируя слова вампира. Очень логичные и стройные, так их! — И так уже собрала кучу особенностей, не пойми с чего. А ты романы писать не думал? Больно гладко-складно у тебя получается, и быстро. Или заранее все это продумал?

Луаро криво улыбнулся и мотнул головой.

— Вообще не думал. Голова словно в тумане была от злости на ситуацию и непонимания, как дальше быть. Надеялся, что все же удастся тебя соблазнить роскошью, и все само решится.