Судя по тому, что вибрация от планетарных движков стала ощущаться гораздо лучше, пилот был занят по самое «не хочу»… Так что отвлекать его пока не следовало. Поэтому я подключил свою нейросеть к интерфейсу нашего транспорта и дал команду на то, чтобы извлечь всю доступную инфу о текущем состоянии наших дел.

А дела обстояли далеко не лучшим образом.

Для перехода в варп‑режим нам было нужно набрать хорошую скорость. А её мы сейчас набрать не могли. Вернее, нам этого не давали сделать.

Нас преследовал патрульный фрегат «Титан Машинри». И не только преследовал. Но и довольно интенсивно обстреливал наше корыто. А мы, само собой, уклонялись, как могли.

Пока дистанция между нами была довольно приличной – но она быстро сокращалась. И при этом догонявший нас фрегат выпускал ракеты одну за одной, вынуждая нас вилять и не позволяя встать на разгон.

Наш пилот показывал чудеса мастерства. Он отстреливал магнитные и тепловые ловушки, крутил петли и дёргался из стороны в сторону, но… Детально изучив обстановку, я пришёл к выводу, что как только этот фрегат приблизится к нам на дистанцию выстрела из бортового бластера, так наша печальная песенка будет спета. То есть наш транспорт просто разнесут в пыль, и никакие щиты не помогут…

Такой исход меня не устраивал. То есть совсем. В конце‑то концов, у меня большие планы, и так глупо погибать во цвете лет я не собирался.

Так, а что я могу сделать? Сейчас – ничего, так как всё зависит от нашего пилота.

Но как бы наш пилот ни был опытен и искусен – финал нашего противостояния с этим фрегатом сомнений не вызывает.

Вражеский корабль превосходит нас и по скорости, и по вооружению. Его энергощит превосходит наш по всем параметрам…

А это значит, что наши слабенькие орудия не пробьют щит фрегата, и убежать мы не сможем… Куда ни кинь – всюду клин… Вот так вот оно получается…

Значит надо как‑то обнулить превосходство нашего оппонента над нами. И сделать мы это можем только одним способом.

Мы должны сдаться. И сделать так, чтобы нас не уничтожали, а взяли на абордаж…

Тут появляются кое‑какие варианты…

Эти ребята могут выслать катер с абордажной командой – для нас этот вариант очень так себе. Потому, что тогда фрегат будет всё‑равно контролировать наш кораблик.

И даже если мы уничтожим всех, кто высадится для захвата нашего транспорта – это нас не спасёт. Фрегат просто уничтожит нас, когда станет понятно, что абордаж провалился.

Да, это не вариант…

Значит надо сделать так, чтобы фрегат пошёл на стыковку с нами. А как?

– Доминатор, сможешь ли ты, имея образцы голоса человека достоверно имитировать его речь?

…Да, но имитация не выдержит серьёзной проверки с анализом характерных обертонов, особенностей артикуляции и прочих деталей…  

Вот же зануда…

– Насколько возможно будет распознать подделку на слух?

… На слух это распознать невозможно. Для этого необходи…  

– Спасибо, я всё понял, – мне было достаточно того, что на слух выявить подделку не получится.

Не думаю, что в условиях, когда идёт штурм вражеского корабля, кто‑то будет ставить под сомнение достоверность голоса командира штурмовиков или любого из его подчинённых.

Теперь мне нужно ещё одно – а именно понять наши возможности по подавлению связи противника. Хотя, что это я?

У нашего Чижика отличный постановщик помех шестого поколения. Я не думаю что у тех, кто полезет нас штурмовать, в скафах будут блоки локальной связи, которые смогут через эти помехи пробиться…

По крайней мере сам фрегат, что висит у нас на хвосте, далеко не последней модели…

В ходовой рубке фрегата «Молот Титанов» помимо пилота сидел ещё один человек. Он напряжённо наблюдал за колонками цифр, бегущих по монитору, и нервно барабанил пальцами по подлокотнику кресла:

– Синдо, – обратился он к пилоту, – что скажешь?

– Ну, что тебе сказать, флаг‑майор… – пилот просто наблюдал за тем, как искин, на которого он переложил управление кораблём, преследует нарушителя, – от нас пытается удрать довольно резвый транспортник.

– Так ты хочешь сказать, что он может от нас уйти? – возмутился тот, кого пилот назвал флаг‑майором.

– Разве я это сказал? – пилот усмехнулся, – я просто отметил то, что этот кораблик довольно быстр для транспортника. Судя по силуэту и сигнатурам это класс «Фенрир» – на таких обычно теневые дельцы контрабанду возят…

– Контрабанда – это я люблю, – флаг‑майор хищно улыбнулся, – ты ведь именно поэтому не стремишься разнести его на молекулы?

– Всё‑то ты понимаешь, Зафар, – хмыкнул Синдо, – такой догадливый – аж тошнит.

– Да, я такой, – гыгыкнул флаг‑майор, – значит, нагонишь этого кабанчика, а потом мы с ребятами будем его потрошить?

– Надеюсь, что именно так всё и произойдёт. – пилот тоже был «за», ибо это был очень денежный вопрос.

За поимку контрабандистов и захват их товара платили хорошие премии. А потому к подобного рода корабликам патрульные относились почти бережно.

Если нарушитель будет уничтожен – то премию, конечно заплатят… Но она будет меньше раза в три, чем могла бы быть, если бы корабль и груз были захвачены в целости и сохранности.

Так что имело смысл брать этих деятелей вместе с грузом… Если не получится – то в расход их, конечно. Но это потеря денег. А терять деньги никто не любит.

Да и эти жулики почти никогда не пытались отбиться. Все они хорошо понимали, что покуда ты жив – всегда есть шанс сбежать или как‑то купить себе свободу. А вот если ты умер – то для тебя всё кончено. Так что за жизни свои они цеплялись, как клещи…

* * *

Пока я машинально жевал эрзац‑стейк, план спасения наших нежных шкурок у меня полностью созрел. И я даже предусмотрел тот нехороший случай, когда фрегат не будет стыковаться с нашим корабликом. Вполне возможно, что это у них наглухо запрещено…

Но ладно. Сейчас надо переговорить с парнями, а потом пообщаться с пилотом и согласовать наши действия. Или поставить его перед фактом? Тоже вариант…

А Гвидо у нас спит в медкапсуле сном праведника… Да, придётся обходиться без него, хотя с ним всё было бы намного проще. Но деваться некуда – будем работать с теми, кто остался в строю…

– Тихий, ответь! – я, как всегда, решил говорить с Тихим, как с самым спокойным и адекватным членом моей команды.

– Слушаю, – тут же отозвался он. В его ответе тоже сквозила лёгкая тревога. Тихий, естественно, осознавал степень угрозы. Но его умение владеть собой даже у меня иногда вызывало лёгкую зависть.

– Поручи Дрищу присмотреть за нашим гостем, а сам бери Чижа со всеми его девайсами, и дуйте ко мне. Совет держать будем.

– Понял. Три минуты. – Он был лаконичен, как всегда.

Через три минуты Тихий и Чиж уже сидели на диванчике в моей каюте. Наверное, можно было совещаться и по мыслесвязи – но я предпочитал общаться, глядя в глаза собеседнику, если это возможно. Так обратная связь гораздо лучше. Невербальные сигналы и всё такое прочее…

Кроме того, я заметил, что когда я общаюсь глаза в глаза – мне удаётся полнее доносить свои мысли до слушателей. Мне так проще и легче убеждать их в правильности того, что я предлагаю. Не иначе как харизма в этом случае помогает – а она у меня уже на уровне 9,4 процента…

Я изложил парням разработанный мною план. Не сказать, конечно, что они были в восторге от него, но ничего другого никто предложить не мог. Мой план был авантюрным, дерзким, но, всё‑таки выполнимым – если нам повезёт, конечно…

Да и от ребят много не требовалось. Тихий должен был прямо сейчас заняться постановкой мин около шлюза и в коридоре, ведущим в ходовую рубку. Ну и установить гранатомёт напротив выхода из шлюза. Только так, чтобы он сразу в глаза не бросался… Прикрыть его чем‑нибудь, в конце концов.