…Синхронизация с внешним пакетом «Коломбина»: 98,7 % (отклонения в пределах допустимых норм)…  

…Время окна: Окно открыто – обратный отсчёт: 300 секунд…  

…КАНАЛ «Коломбина» – Активен – ожидается подтверждение контакта…  

Я сформировал сигнал и отправил его в канал «Коломбина».

…Время пошло…  

Мне пришлось с головой погрузиться в поток данных, так как было кристально ясно, что сейчас каждая секунда на вес золота. Любая ошибка, любая задержка может свести на нет всю нашу тщательную подготовку.

Наша группа продолжала уверенно двигаться вперёд, петляя по лабиринтам тоннелей станции. Пока нам удавалось избегать встреч с патрулями, в чём была немалая заслуга Коломбины. Её данные оказали нам неоценимую услугу, позволив построить почти идеальный маршрут.

Выход из вентшахты в тесный, холодный, но уже неплохо освещённый коридор, ведущий к серверному залу, стал решающим моментом операции. Мы были собраны, насторожены и готовы ко всему. Нервы у всех были напряжены. Наступала решающая фаза нашей миссии. Если верить тактической карте и разведданным, на этом участке мы могли встретить минимум два патруля, которые могли нам здорово помешать. Но…

Что я могу сказать? Благодаря тому, что мы скрупулёзно придерживались графика, группа оказалась в этой точке в самое удачное время.

Именно в этот момент со стороны сектора, который находился с противоположной стороны дата‑цента, раздалось несколько взрывов. Тут же по всей базе поднялась тревога. Заорало всё, что могло орать – сирены, баззеры… Холодный голос искина начал монотонно зачитывать для персонала инструкции о порядке действий по тревоге…

Основной свет погас, уступив место мерцанию красных аварийных ламп, которые бросали на стены кровавые блики. В общем, поднялся изрядный кипиш.

Я даже довольно улыбнулся – Коломбина не подвела. Хорошо, что забрало шлема было затемнено – никто ничего не увидел. И никто не стал задавать вопросов – чему это я так радуюсь в столь ответственный момент.

Взрывы, кстати, были прямым следствием действий Коломбины, которая поставила мины в одно из сервисных помещений, и дала сигнал на подрыв, когда мы подошли к дата‑центру. Эти взрывы позволят нам попасть в серверную не встречая сопротивления. Ведь все патрули смещаются прямо сейчас туда, где громыхнуло.

По мыслесвязи я услышал удивлённого Быка:

– Это что, тоже наши? Диверсанты? Мы что, не одни сегодня сюда в гости пошли?

– Нет, это не наши. Но всё произошло весьма кстати. Используем этот переполох в своих целях. Действуем быстро – нам подвернулся шанс. И с нашей стороны будет крайне глупо не использовать эту возможность на все сто. – пришло время для резких движений, однако. – Теперь слушай мою команду! За мной. Бегом – марш! – и первым сорвался с места…

Чиж мгновенно приступил к работе – быстро подключил свою станцию к центральному серверу. Его пальцы уже во всю летали по сенсорам консоли, вводя коды доступа. А время утекало. Пронзительное тиканье таймера обратного отсчёта отмеривало секунды. И их становилось всё меньше.

Я занял своё место у входа в дата‑центр и изготовил свой масс‑ган к стрельбе – ведь в любую минуту могли пожаловать люди «Титан Машинри». Я шарил глазами по уходящему вдаль коридору. Вспышки аварийных ламп плескали на стены багровым.

А Доминатор не давал мне отвлечься:

… Таймер: 214… 213… 212…  

Мы хорошо знали, что меньше, чем через четыре минуты произойдёт полная активация всех защитных систем базы. Ребята волновались, но каждый чётко выполнял свою часть работы.

Но самым главным из нас сейчас был Чиж – именно от него зависело, когда мы сможем начать движение к точке эвакуации.

– Чиж, что у нас там? – это Гвидо.

– Загружено тридцать семь процентов… – Чиж буквально вибрировал от волнения. Он ощущал ответственность. Сейчас мы все зависели от того, насколько он эффективен.

Я же прокручивал в голове возможные варианты развития событий, ещё раз проводил анализ маршрутов отхода и возможные точки, где есть вероятность встречи с патрулём. Рука лежала на рукояти масс‑гана. И приятная тяжесть оружия внушала спокойствие в этой острой ситуации.

Мы продолжали оставаться в дата‑центре. Чиж работал, а остальные занимали позиции и были готовы отразить возможное нападение.

Кроме того, я следил, как по трёхмерной схеме станции двигается отметка Коломбины – она тоже решала свои задачи. Сейчас она очень резво двигалась к сектору, где был расположен архив.

И тут её сигнал пропал. В моём мозгу тут же пронеслась череда возможных сценариев – от технической неисправности до прямой опасности для союзника.

Спустя секунды три сигнал Коломбины снова загорелся на схеме. Я уже было выдохнул, но тут я услышал в динамиках шлема её голос:

– Нарвалась на тревожную группу. Придётся драться. Я их сделаю, но мне нужно дополнительное время. Ускорьтесь. Отвлеките силы охраны на себя.

Тут надо было найти решение. Если мы начнём шум раньше, чем это было предусмотрено планом – завалим миссию. Если не зашумим – то я лишусь ценного актива – Коломбины. И времени на подумать не так много…

– Чиж, что с загрузкой? – появилась идея, но нужно было знать точно, на каком этапе находится перекачка данных.

– Шестьдесят один процент. Медленнее, чем мы ожидали. Мне нужно минимум полторы минуты. – Чиж говорил отрывисто. Было видно, что нервы у него на пределе.

… Таймер: 30… 29… 28…  

Значит и нам самим нужно дополнительное время… Ну что, тут хоть круть‑верть, хоть верть‑круть, а шуметь придётся…

Я принял решение и отдавая приказ, почувствовал, будто разрубаю нить судьбы и выхожу из точки бифуркации по новому вектору:

– Бык, приготовь плазменные гранаты. Взорви их у выхода из коридора 7‑Г. Точечным подрывом создадим контролируемое обрушение – заблокируем основные пути подхода охраны. Дрищ, прикрывай его. Это даст нам дополнительные 120 секунд.

Риск был значительным, почти отчаянным. Но этот шаг был оправдан. Время – единственный ресурс, который определяет, что нас ждёт в финале этой игры – жизнь или смерть.

Громыхнул взрыв, и вдаль по коридору унеслась огненная волна пылающей плазмы. Обрушение опорных балок вызвало падение потолка, и это надёжно закрыло основной путь подхода к дата‑центру со стороны центральных секторов станции. Всё тряслось, сыпались обломки, поднимая клубы пыли, искрили рвущиеся провода… Шум получился знатный.

Огромный завал и пылающий огонь были серьёзной преградой, позволявшей нашей группе выиграть драгоценные секунды.

– Загрузка девяносто процентов, – доложил по мыслесвязи Чиж. Девяносто процентов – это хорошо, значит скоро мы сможем уйти.

И в этот момент, словно нарочно, Коломбина снова вышла на связь:

– Операция завершена. Я взяла, что хотела. Ухожу. И вам советую спешить. Местные не по детски разозлились и расчехляют своё ПВО. А это значит, что если будете мешкать, то ваш корвет окажется при отходе под плотным огнём. Удачи!

– У меня всё, – это был доклад Чижа. Короткий, но очень важный для всех для нас.

Я тянуть не стал, и не успел Чиж договорить, как я уже отдавал приказ на отход.

Кстати, пока Чиж потрошил сервера, Дрищ и Тихий без дела тоже не сидели, а творчески минировали дата‑центр. Так что, после того, как мы отсюда уйдём, наших преследователей будет ждать славный фейерверк.

Благодаря тщательному планированию операции мы отходили, не встречая препятствий, и уже скоро садились в свои капсулы.

Когда мы попали на борт корвета, то там почти всё было готово к старту. Так что мы, едва выбравшись из капсул и сняв скафы, тут же пристегнулись к противоперегрузочным креслам. Первый пилот объявил, что старт будет очень резким, так как уходить надо весьма быстро, иначе всё может плохо кончится.

Наш кораблик несколько раз дёрнулся, резко набирая скорость. А потом взревел варп‑двигатель, и мы с огромным ускорением рванулись к выходу из системы…