Чтобы все, кто покатушки нашей компании увидит, понимали, что люди мы не совсем бедные. Любим комфорт, не чужды роскоши, но и безопасностью не пренебрегаем. Поскольку глайдер был даже бронирован, хоть и легко.
Ну, как я и ожидал, остановились мы на самом дорогом варианте. Я бы даже сказал, неприлично дорогом.
Но, с другой стороны, нужно было и побаловать немного себя, любимых. Хоть несколько дней насладиться пляжным отдыхом. Живём‑то один раз…
Другое дело, что и это время нужно было провести с пользой, так как в планах было объехать весь материк, изучить, что тут и как…
Нужно было найти те места, где, с одной стороны было бы относительно комфортно, а сдругой – не особенно накладно. На то, что на этой планете нашей команде нужна резиденция, никто не возражал. Так что к вопросу о том, где она должна находиться следовало отнестись максимально серьёзно…
Мы сняли домик примерно на неделю. И, едва подписав договор, в едином порыве собрались на пляж…
Ну, а что вы хотели от тех, кто море в своей жизни видел в первый раз?
И последний, кстати, самый благополучный год, мы провели в тренировочном лагере, затерянном среди красных песков, а после этого мы жили, вообще, как глисты в стальных кишках орбитальных станций.
А тут море, солнечный свет, лёгкий ветерок, ласкающий кожу, и шорох огромных листьев каких‑то тропических деревьев…
После того, как мы вволю наплавались, нанырялись, и вернулись домой наш отдых продолжился.
Барбекю. Мясо, жареное на открытом огне. Штука бесподобная. Особенно для тех, кто всю свою жизнь питался всякой фигнёй.
Я еще в вопросах еды был самым избалованным из нашей компании – мне доводилось иногда есть натуральные продукты…
А вот парни вообще кроме синтетики ничего не ели. Ну, были конечно, исключения и тут – но в общем, жареное на углях мясо – это для моих парней было чем‑то из ряда вон.
Помимо мяса мы запаслись и овощами, зеленью, лёгким красным вином. Натуральным. Сухим. Таким, которое под мясо просто идеально пьётся…
В общем, этот вечер каждый из нас мог с полным правом назвать лучшим в своей жизни. Конечно, потом можно было испытать и иные удовольствия. Но сейчас мы никуда не торопились, а просто наслаждались жизнью…
* * *
Как это обычно со мной бывает, планам моим не суждено было сбыться. То есть, всё опять пошло не так, как я планировал. Всё, что сделать надо, безусловно, будет сделано. Но потом. Ибо, опять произошло то, чего я, признаться, и не ожидал вовсе.
А дело было так.
Наступило утро. Ласковый ветерок, мягкое солнце, птичьи трели… И даже просыпаться было приятно, ибо новый день сулил нам новые радости и никаких неотложных вопросов не просматривалось.
Это я так думал. На самом деле Вселенная заготовила нам на это утро очередную каверзу.
Едва я успел умыться, как прозвучало несколько тактов какой‑то заводной песенки… Это кто‑то нажал кнопку звонка, что была закреплена около калитки.
И вот этот кто‑то с улицы чего‑то от нас хотел. Мы, вроде как, никого и не ждали, но вот – звонят – откройте дверь, как говорится, и никуда от этого не денешься.
Можно было, конечно, притвориться, что дома никого нет, но это уже совсем какое‑то детство… Так, гадая про себя. кто бы это мог быть, я отправился к калитке, чтобы посмотреть, кому там с самого утра неймётся.
К калитке я подошёл, даже не обращая внимания на то, что одет я был, скажем так, очень по домашнему – в просторные шорты и пластиковые шлёпки.
Рассудив, что это не я куда‑то ломлюсь, а совсем даже наоборот – ко мне кто‑то ломится, я посчитал, что по поводу одежды переживать не стоит. Если я кому‑то срочно понадобился, то и так сойдёт…
Распахиваю калитку, и… И выпадаю в осадок.
Перед калиткой стояло несколько человек. И все они, кроме одного, были чёрными.
Того, что вечно отирался рядом с нашим кораблём на станции, я узнал сразу – этот шнырь мне постоянно попадался на глаза.
Рядом с ним стояли двое. Огромный чернокожий амбал, одетый в широченные шорты и пёстрой расцветки гавайку.
Те части тела, что не были прикрыты одеждой были перевиты устрашающего вида мускулами. В общем, этот тип выглядел угрожающе. Да и морда у него была на редкость свирепая. От правого виска наискосок к верхней губе тянулся уродливый шрам.
Я подозреваю, он этот шрам не сводил именно потому, что тот придавал его, и без того мрачной, физиономии ещё более зверское выражение.
Рядом с ним стоял гораздо более светлый мулат, упакованный в костюм‑тройку. Дорогая сорочка, дорогой галстук – и совершенно постная физиономия. Рыбьи глаза, по которым можно безошибочно узнать чиновника. Ему наплевать на всех, кого он перед собой видит, потому и глаза у него как у снулой рыбы. Мертвы, мутны и равнодушны…
Поодаль стояла та самая красавица с волосами цвета платины. А рядом с ней стояла ещё одна женщина – не такая молодая и не такая красивая. Но тоже чёрная. Лицо её было грубовато, но своеобразный шарм у неё тоже был. Наверное из‑за немного раскосого разреза глаз…
А за их спинами стоял ещё один товарищ, тоже цвета тёмного шоколада. Но тот поедал глазами стройную обладательницу платиновых дредов и ни на кого более не смотрел.
– Алексей Князев? – вопрос был задан бесцветным голосом и таким тоном, что возражений и вовсе быть не должно.
Я, в общем‑то, отказываться и не собирался – в этой системе я пока ещё не накосячил… Хотя… Хотя инцидент по прибытии у нас всёж таки был. На нас напали, причём, это были арварские корабли.
А вот эти шоколадки очень напоминают уроженцев Империи Арвар. Так что может быть ноги отсюда и растут…
– Да, я Алексей Князев, – глаза этого утянутого в костюм и галстук чинуши не выражали ни‑че‑го. И пота на его лице видно не было. А солнышко, кстати, уже пригревало.
Чем‑то он мне напоминал не живого человека, а силиконовый манекен:
– Чем обязан? – спросил я, глядя в тусклые глаза.
– Позвольте, я представлюсь, – голос этого типа звучал ровно и эмоций в нём я не почувствовал вообще никаких. Хотя моя способность «Эмпатический сканер» уже была раскачана почти до 65‑ти процентов.
– Авигдор Санти, – он представился, так и не дождавшись моей реакции. Ему, похоже, было совершенно всё равно, что я думаю по поводу их вторжения в моё личное пространство.
– Так что за цирк вы тут устраиваете, и кто все эти люди? – я обвёл взглядом всю эту стрёмную публику цвета дёгтя, что скопилась у нашей калитки.
– Ржавый, что это тут такое? – раздался из‑за моей спины свистящий шёпот Гвидо.
– Потом, – буркнул я, скосив глаза на него.
– Потише, сахарок, – это уже мускулистый амбал в гавайке голос подал. Судя по всему, он ещё и расист, вдобавок ко всему.
Не нравится мне это вот всё. Но, посмотрим, с чем же они всё‑таки сюда пришли – ну не ради же того, чтобы меня сахарком обозвать, правда же?
– Алексей Князев, – теперь голос этого чинуши звучал почти торжественно, наверное, он собирался мне сказать что‑то действительно важное, – я присутствую здесь, чтобы быть свидетелем вашей реакции на получение вызова, который будет сейчас адресован вам уважаемым Бонгани Пхукунци… Прошу! – он посмотрел на чёрную гору мышц в гавайке, видимо, давая понять, что сейчас самое время рассказать о наболевшем.
– Я вызываю тебя на дуэль! – пафосно объявил чёрный пират с уродливым шрамом через всё лицо.
Да, теперь в моей голове всё встало на свои места и мозаика окончательно сложилась.
Вся эта компания чернокожих – это те самые мерзавцы, что набросились на нас, стоило нам только появиться в системе Латоти. И это те самые мерзавцы, которым мы таки дали прикурить.
Один корвет мы точно уничтожили. Но и тем, кто отделался просто повреждениями различной тяжести, тоже пришлось не просто.
И теперь, похоже, эти ребятишки хотели отыграться… Точно! Вот этот самый Пхукунци набрал в грудь побольше воздуха и продолжил, смешно пуча свои глазищи:
