Потом прицепил такой‑же точно девайс и к моей одежде. На мой вопрос, что это такое и нафига оно надо, он ответил, что это глушилки. И очень продвинутые – мало того, что они глушат все звуковые волны так, что они не расходятся дальше метра. Они ещё и делают невозможным считывать то, что мы будем говорить по губам.

Само собой, что больше я вопросов про эти штуки не задавал, так как всё‑равно не разберусь, как это работает. Да и не нужны нашей команде эти приблуды. Если мы захотим приватно пообщаться, то мыслесвязь нам в помощь.

– Ну, теперь можно и о деле поговорить, – сказал Радомир, подливая мне из термоса ещё кофию. Не иначе, чтобы я добрее был… Хитрый Бобер, однако. Знает людские слабости, и этим знанием грамотно пользуется.

– Излагай, – согласился я, отхлебнув ещё глоток.

И он начал излагать. Суть я уловил сразу. Он хотел продавать мои грависферы одновременно со своими работами по апгрейду систем компенсации перегрузок.

То есть он объявляет, что может повысить для заказчика эффективность этих систем в два или в три раза – это в зависимости от типа корабля.

Само собой, люди, которые промышляют пиратством и прочими не совсем легальными способами типа контрабанды, такими вещами интересуются, особенно, если они уже достаточно богаты.

В этом случае они с радостью инвестируют свои деньги в безопасность. Ибо от системы компенсации перегрузок зависит маневренность. А от маневренности в космосе очень часто зависит жизнь.

Так что те, кто действительно ценит свою жизнь, будут охотно платить за подобный апгрейд.

Теперь нам следовало договориться о самом щекотливом – то есть о том, как мы будем делить выручку. Само собой, основная прибыль Радомира – это стоимость работ его спецов, которая, кстати, очень и очень не дёшева сама по себе.

Но и за то, что он как бы помогает мне сбывать дефицитный и редкий товар, он тоже должен что‑то получить.

Дело в том, что так я не буду привлекать внимание всяких разных любителей сесть на чужие денежные потоки, которых тут не мало.

Ну, что делать – всё, как везде. Если у вас есть прибыльный бизнес – то непременно найдутся те, кто попробует его отжать. Полностью, или частично.

Ну, или принять самое деятельное участие в распределении прибыли от этого бизнеса. При этом не рискуя и не делая никаких инвестиций.

А в данном случае я как бы и вовсе не причём. У Бобера уже есть и репутация, и крыша, которая регулярно берёт взносы, как абонентскую плату. И в детали не лезет. То есть никто ему никаких вопросов, типа, где взял, задавать не будет. А наша команда так и останется в тени. Это мне, само собой, нравилось.

Спорили мы не особенно долго. Он хотел брать три процента от стоимости сфер, которая будет выставлена покупателю. Но я настоял немного на ином.

При том, что предлагал он, я не увидел его интереса продавать эти шары максимально дорого. Но это можно было легко исправить.

Я настоял на том, что с самого начала мы обозначаем сумму стоимости сферы, с которой он не получает ничего. То есть совсем.

Но это цена не самая высокая. То есть накрутить что‑то сверху вполне реально.

И вот эту накрутку‑то я и предложил делить. Пополам. Мы прошли в кают‑компанию, там сели за стол, и продолжили торговаться, допивая кофе из его бездонного термоса.

В конце концов, порог цены мы определили и ударили по рукам. После чего Бобер выделил одно своего парня, а я предоставил Гвидо. Он выполнял и роль охранника, и роль оператора нашего антиграва, на который мы и погрузили эти чемоданчики. Они были достаточно лёгкими, и сгодилась бы и простая погрузочная тележка‑антиграв. Но у нас не было ничего, кроме этой штуки. Так уж сложилось исторически.

У видев антикварный антиграв, Бобер на меня глянул очень искоса, и снова взял меня за локоток…

Гвидо и работник Радомира уже давно ушли вместе с чемоданчиками, а Бобер всё пытал меня, как это мне так повезло разжиться такими полезными штуками… Ну и уговаривал антиграв продать. Но я решил, что не стоит пока торопиться с продажей – штука в хозяйстве нужная, уже доказавшая свою очевидную полезность.

Даже не смотря на то, что Боберу так и не удалось выцыганить у меня антиграв, разошлись мы довольные друг другом. Документы, в которых будут закреплены условия нашей сделки мы договорились подписывать дистанционно, в электронном виде.

Ну, мы же сейчас в полном составе убывали вниз, на поверхность планеты Латоти‑3. Чтобы лично ознакомиться, так сказать. И, может быть, не только посмотреть, а наметить какие‑нибудь объекты недвижимости для покупки…

Ну и вообще… Тут были сосредоточены фирмы, которые занимались теми разработками, которые гласно или негласно совсем не поощрялись правительствами Центральных миров. А потому заниматься этими темами в Империи было нельзя… Несчастные случаи всякие… Природные катаклизмы и прочие случайности косили ряды любознательных учёных, пытавшихся заниматься запретными темами.

Тут, конечно, тоже было не особенно спокойно. И иногда случались техногенные катастрофы и на третьей, и на четвёртой планетах… И многие из этих катастроф наводили на мысли о том, что к ним кто‑то руки приложил…

Причём этот кто‑то действовал весьма изощрённо и изобретательно.

Но, всё‑таки, в этом плане тут было намного спокойнее. В других системах исполнителями подобных безобразий выступали именно охотники за головами и прочие авантюристы.

Но тут контроль был налажен – и это навело меня на мысли о том, что Совет Капитанов не так уж и прост, и помимо всего прочего имеет очень неплохую службу безопасности, которая контролирует этот гадюшник. И ежели что, то выжигает крамолу быстро и решительно. И безжалостно.

Хотя бывали в истории системы совсем нерадостные времена. Лет десять назад сюда нагрянуло аж сразу два флота империи Арвар. Эти рабовладельцы решили немного поживиться, следуя старому, как сама Вселенная, лозунгу «Грабь награбленное!»

Тогда вторжение было замечено очень оперативно – такая масса кораблей просто не могла скрытно попасть в систему. И, не взирая на то, что эскадрильи сверкающих золотом кораблей империи Арвар вывалились одновременно сразу из трёх вормхоллов, сообщество пиратов смогло отбиться.

Но цена свободы была высока. После нескольких сражений, в которых регулярные флоты империи Арвар были разгромлены, в Совете Капитанов образовалось аж четыре свободных кресла.

И последнее из них было занято меньше года назад – так как для того, чтобы войти в Совет Капитанов надо было обладать и военным, и экономическим могуществом.

И могущество это должно было быть велико, так что далеко не все желающие могли воплотить свои желания в жизнь.

Ну это ладно – мне пока туда в любом случае рановато соваться – там все по взрослому. А я пока, если честно, из себя мало что представляю.

Но желание есть. Осталось дождаться, когда помимо этого желания появятся и возможности…

Итак, вся наша команда, собрав те вещички, без которых жизни себе не мыслила, бодрым шагом топала к терминалу. Тут уже шла регистрация на рейсовый шаттл до поверхности.

Следует отметить, что народу здесь собралось изрядно. И, что меня поразило – большинство из них никоим образом на пиратов похожи не были.

Вполне себе толстенькие и гладенькие бюргеры из зажиточных мест. И барышни с ними были такими… холёными. И ни разу на валькирий, типа той же Коломбины, не походили.

Туристы, в общем. Привезли сюда свои денежки, чтобы оставить в этой системе всё, до последнего кредита. Волноваться за них не стоило. Отъём денег тут был поставлен грамотно, и денежки меняли владельцев сугубо на добровольной основе.

Как это ни парадоксально, но самое безопасное место для этих травоядных было именно тут, в волчьем логове… И именно отсюда они увезут особо яркие и приятные воспоминания, милые сувениры и мягкий субтропический загар…

Мы же едем не за этим. Мы едем осмотреться, и понять, как мы сможем встроиться в это общество.

И я уверен – у нас всё получится.