— Честное слово, Кудей, я даже… — Гараев покраснел и прижал руку к сердцу. — И в мыслях не было!
— Дверь зачем-то сломали, — маг указал на дверь, в которой на месте замка зияла солидных размеров дыра. — Зачем выламывать надо было? Она же внутрь открывалась, а вы её вместе с косяком… Ай-яй-яй…
— Я оплачу! — поспешно заявил физрук. — Всё оплачу!
— Софью Матвеевну напугали. Она уже спрашивала, что это за подопечный у меня, который на неё при всём честном народе кидается.
— Ох, ты ж…
— Сядьте, Андрей Владимирович, — велел маг, указав взглядом на банкетку у стены. — Потом с вами разбираться будем. Мы ещё до спаивания вот этого юноши не дошли.
«Этим юношей», разумеется, был я. Когда я услышал про прорыв Гараева, первым чувством была… Обида. Нет, не на физрука, а на себя. Какое первое правило геймера? Пока ты спишь — враг качается! И вот я, вместо того, чтобы качаться, поддался на уговоры и приехал в кабак, прекрасно зная, что это ни на шаг не приблизит меня к прорыву. Мало того, что вместо медитации я сидел и слушал слезливые признания взрослого дядьки, так ещё и сам напился. Сам! Где мой контроль? Почему не я, а этот школьный алкаш прорвался первым? И теперь я стою здесь, имея бледный вид перед Кудеем, вместо того, чтобы радоваться, как радуется этот… Эльф!
Заклинание, которым меня отрезвил наставник, было раза в два ярче того, что досталось Ааронычу. Значит, и выпил я в два раза больше него, так что ли? Головная боль и рвота воспринялась, как заслуженное наказание за безмозглость. Пока я пугал унитаз в ванной комнате, Кудей успел заняться Вершининым. Когда я вернулся в комнату, тот висел на стене, словно приклеенный. Одежды на нём не было, и как он там держался, я даже не представляю, но было ему явно очень больно. Кудей его что, за кожу подвесил?
Рот Игоря был закрыт, но не потому, что он был таким стойким партизаном, а потому что он его раскрыть не мог. Я видел, как бешено вращаются его глаза, как двигаются челюсти, пытаясь разомкнуть губы, как покраснели от усилий не только лицо, но и шея, и даже грудь, ходящая ходуном. Ни звука. Несколько раз наёмник пытался дёрнуться, но это действие приносило ему лишь новую порцию боли, и в конце концов он затих, глядя безумными глазами на мага и не обращая внимания на остальных.
А Кудей спокойно обходил комнату, разглядывая интерьер, и не глядя на пленника. Мне подумалось, что я ни черта не понимаю. Нет, понятно, что Игорёк накосячил, накосячил по-крупному, но изнасилование? У меня в голове это не укладывается. Ладно, если бы на его месте был какой-нибудь плюгавый замухрышка, с корявой рожей и вонючим дыханием изо рта, но Игорь? Ему что, бабу сложно было найти? Ему⁈ Белобрысому здоровому парню с классной фигурой и хорошо подвешенным языком сложно затащить на сеновал местную девчонку? Да они сами не против, никаких усилий даже прикладывать не надо! Ладно, Горбоносов, на него девки действительно вешались, но ведь и остальных попаданцев вниманием не обделяли. Мне, уж на что я не мачо какой, и то постоянно намекают, да времени на эти глупости пока нет. Реально, нет времени, Кудей нас совсем загонял! Был бы хоть один выходной, я бы… Да Игорёк сам неделю назад на сутки с лишним пропал, а пришёл, как кот, сметаны объевшийся! И не говорите, что это он просто отсыпался где-то. По бабам шлялся, сто пудов! Но Каринка-то тут при чём? Бред какой-то…
Проснулась Крыгина. Не просто проснулась, а с воплем подскочила на кровати, ошарашенно озираясь. Потом, увидев распятого на стене голого Вершинина, завизжала ещё громче, и выбросила вперёд правую руку. Сбоку мне было хорошо видно, как перед её ладонью сформировалась полупрозрачная полусфера примерно метрового диаметра, которая устремилась к Игорьку. Впрочем, пролетела она недалеко, потому что её, полусферу, перечеркнула шпага Кудея. От столкновения с заклинанием она пыхнула тусклыми искрами, и сфера просто развеялась в воздухе, обдав нас лёгким ветерком. Дарисвета, по-моему, этого даже не заметила, всё её внимание было приковано к голой фигуре на стене. Она было открыла рот для нового вопля, но тут же заткнулась, когда между кроватью и стеной встал Кудей.
— Ой, — сказала Крыгина, более осмысленно оглядываясь вокруг. — Простите.
— Чёрт знает что, — проворчал Кудей, пряча клинок в ножны. — Что у вас там творится, на Старой Земле? Вы там совсем мозги растеряли что ли? Ненормальные попаданцы какие-то, честное слово. Один без бутылки прогрессировать не может, другая начинает заклинаниями кидаться, по сторонам не глядя, третий напивается, как портовый грузчик… Что за бардак?
— Я просто растерялась, — начала всхлипывать блондинка. — Я… А он… Я думала, всё!
— Не заметно, что вы думали, Карина Александровна, — возразил маг. — Иначе нам с Андреем Владимировичем не пришлось бы вмешиваться. И воздушную стену вы должны были ставить не сейчас, а раньше. Я вас чему учил? Почему вы, одарённая, защищались при помощи кулаков? Вы хотели своего противника до смерти насмешить?
— Ты, это, Кудей, — подал голос физрук. — Чего ты на неё накинулся? Ты бы хоть спросил прежде, что с ней, да как.
— Я прекрасно знаю, что с ней, — ледяным тоном заявил маг. — Нежелание учиться и желание весело провести время, ища приключений на свою пятую точку. Видимо, я слишком мало вас загружаю практическими занятиями, давая время на сон во время медитаций. Придётся это исправить.
— Я защищалась! — обиженно возразила блондинка. — Я его даже кинжалом ударила!
— Кинжалом? — Кудей обернулся к Вершинину, окинул его взглядом. — Это вон ту царапину на ноге вы называете ударом, Карина Александровна? Боже мой, какой позор! Я две недели учу вас применять магию, а вы в критической ситуации хватаетесь за зубочистку. И даже воспользоваться ей толком не можете.
— Он мне нос сломал, — пожаловалась Великая, трогая лицо. — Ой, я наверное, страшная сейчас, да?
— Нет, — покачал головой Кудей. — Вы не страшная, вы жалкая. Именно так выглядят неудачницы, и мне стыдно, что все вокруг будут говорить, что вы моя ученица. Идите в ванную и приведите себя в порядок. Живо!
Блондинка шустро соскользнула с кровати, стараясь не глядеть на молчаливое распятие, и проскользнула в санузел. Слава Свету, цивилизация добралась до этого мира в виде септиков и нормальных унитазов! Старгород, несмотря на название, в этом плане был, как говорили, впереди планеты всей.
Дверь за горе-волшебницей закрылась, и тут же открылась снова. Выглянуло залитое кровью и слезами лицо, обрамлённое причёской типа «взрыв на макаронной фабрике», и Каринка гнусаво и пискляво наябеднячела, кивнув на настенную инсталляцию:
— А ещё он меня опоить хотел! И шлюхой обзывал, а вас всех… гомосеками, вот!
— Опоить? — Кудей живо повернулся, снова осматривая комнату, потом скомандовал. — Валерий Андреевич, посмотрите под кроватью, если не трудно.
Я распластался на полу, вглядываясь в полумрак. Ага, что-то есть! Придвинулся к низкому краю, просунул руку, нащупывая. Так, это что? Рукоять, острый край… Каришкин кинжал? Ну, точно. Взялся за него, попытался дотянуться до другого предмета… С лёгким перестуком к лицу подкатилась небольшая склянка. Со вздохом облегчения я встал, протянул находки магу. Тот осмотрел сначала кинжал, хмыкнул при виде засохшей капли крови на кончике лезвия, отложил его в сторону.
Склянка удостоилась гораздо большего внимания. Кудей подошёл к светильнику, тщательно осмотрел её снаружи, недовольно хмурясь. Посмотрел жидкость на просвет, легонько потряс. Потом аккуратно вытащил из узкого короткого горлышка пробковую затычку, помахал ею под носом и сказал:
— Ого!
Вставил пробку назад, плотно закупорив бутылочку, перевёл взгляд на Вершинина. Лицо мага выражало какую-то смесь брезгливости и понимания. Вслух он более ничего не сказал, уселся в кресло в углу комнаты и положил шпагу поперёк вытянутых ног. Локти поставил на подлокотники кресла, соединил пальцы домиком и принялся легонько стучать ими по кончику носа. Я переглянулся с Гараевым, тот пожал плечами. Из ванной вышла Крыгина, с радостной улыбкой начала:
