Ла‑адно. Пока дела у нас общие, но как только — так сразу…
Руса взять, если пойдёт. А не пойдёт — ему же хуже. Прихвачу одну из баб, чтобы скучно не было, и уйдём ночкой тёмною в дорогу дальнюю. Не пойдут? Да и хрен с ними, мне же легче будет.
Крест, помнится, на пересылке как‑то откровенничал на тему побегов. «Не надейся, — говорил, — на малознакомых, баб и ссученых. И на правильных пацанов не надейся, если с ними общие интересы не имеешь».
Какой у меня интерес с Горбоносовым? Ну, пацан он вроде нормальный, но только вроде, в деле я его не видел. Про армию спрашивал, про войну? Так это многим интересно. Многие спрашивать начинают, когда про наёмничество узнают: контракт, бабки, заграница, романтика… Не видели они…
А, ладно. Не про то думаешь, Горняк.
Выходит, что ни на кого положиться нельзя. Муратову бы в долю взять, но она баба, ещё и себе на уме. И старая она уже — под сороковник. Хотя, если и впрямь помолодеет на десяток лет, то будет ничего, употребительна. Да она и сейчас ничего…
Крыгину завалить бы на сеновал, вот кто сучка горячая! И должна она мне за подставу, как земля колхозу.
Не, ну как боярин ловко разрулил, а? Шалава эта, значит, ни при делах осталась, а мне отдуваться за крашеную. Какого, спрашивается, полез? Ну, хотел физрука подставить, да. А чего он? Вылез тут, как прыщ на заднице, и в паханы лезет. Но рука у него тяжёлая, видать, не зря в сборной был. Попадать под удар ещё раз не хочется.
Ну, ничего. Нормальными героями становятся те, кто выживает, а жить я буду долго. Посмотрим ещё, кто на чью могилку плюнет. Кулаками махать и человека завалить — две большие разницы. Вряд ли у кого из землян такой опыт имеется. Подождём.
Аарон Борухович Герцман
Забавно, но Крыгина, при всей своей взбалмошности и неумением молчать, задала больше всего толковых вопросов. То есть, она, кажется, и вообще вопросов больше всех задавала, но по количеству правильных опередила и меня, и всех остальных. Определённо, Карина Александровна — нужный человек в команде.
Она не то что мрачная Эльвира, которая похожа на бульдога. Крыгина скорее вроде пуделя: бегает, тявкает, под ногами путается… Бестолочь, но зла держать на эту милоту сил не хватает.
Физрука и наёмника красиво подставила, жаль, что несознательно. Или не жаль? Если бы к её внешности ещё чуть‑чуть ума, то Крыгина бы уже официальным лидером стала. А так у меня есть все шансы. Но торопиться не буду, надо посмотреть, кто на что способен. И узнать, на что способен лично я!
Предстоит бой, настоящий, с трупами, травмами и увечьями. Смогу ли я на практике применить то немногое, что нам показывали в крепости? Смогу ли ударить человека не просто кулаком в драке, а настоящим оружием, с намерением убить?
Защитит ли меня странный стёганый халат с высоким воротом, который местные называют тегиляем? Реконструкторы говорили, что «бумажный доспех» должен неплохо держать сабельные удары и стрелы. Ох, как же не хочется проверять это самолично!
Ещё совсем недавно я сожалел, что в моей группе нет силового крыла. И вот наступает момент, когда этим крылом придётся стать самому. Надо перебороть себя, настроить на… Да, на убийство. Решается не просто вопрос лидерства, решается вопрос выживания.
Впрочем, не накручиваю ли я себя? Какой смысл нас убивать у барона Ламара? Если на ком‑то из нас стоит Метка, то барон должен нас беречь, а не убивать…
Ну да, как же. Опомнись, Аарон Борухович! Сбережёт он нас отнюдь не затем, чтобы облобызать в обе щёки и отпустить. Думаю, всех пришельцев ждёт жертвенный камень и… А обязательно насиловать жертву перед убийством? Впрочем, конец всё равно один. И трахнет тебя или нет столетняя бабка перед тем, как зарезать, будет уже неважно.
Но о стратегии забывать не стоит. Пока что особых ошибок я не делал, даже умудрился не взять на себя обязательство отвечать за Крыгину. Вот и первый плюс.
В книгах уже во второй главе главгерой вырывается вперёд, таща за собой команду. Но в реальности такой выскочка первым принимает на себя все шишки, а я на это не согласен. Обстановка непонятная, зачем лезть вперёд? Лидеры нужны в сложной ситуации, для принятия ответственных решений. Но что, если решение будет неправильным?
Вот сегодняшний пример глупой спешки: Игорёк вылез со своим желанием принизить Гараева, и чего добился? Физрук авторитет не только не потерял, но и приумножил. Крыгина хотя бы пару дней будет ему в рот заглядывать и разрешение спрашивать. А наёмник заимел проблему на ровном месте. Случись конфликт, боярский сын вызовет на бой не силача Гараева, а ровесника Вершинина. Или нет? В средневековых понятиях о чести современному человеку ничего не понятно.
О, понятия! Слово‑то какое, «понятия». Сразу уголовщина на ум приходит. А кто у нас знаком с УК РФ? Муратова. Ага, вот кого надо обязательно приблизить, хотя бы как переводчика с фени на человеческий. И к Вершинину присмотреться, у него тоже паучок на шее. Значит, если и не сидел, то о «понятиях» знает хотя бы на уровне дворовой шпаны.
Ах, какой интересный пасьянс получается. Кто сказал, что мы сборище неудачников? Ерунда! Для кого‑то попадание на Новую Землю и станет неудачей, но только не для меня. Уже за сегодняшний день открылись два перспективных направления дальнейшей жизни: торговля и политика. Впрочем, в здешнюю политику пока рано лезть, а вот в торговлю — сам бог велел. Неужели выпускник юрфака с фамилией Герцман не сможет сделать карьеру в средневековой торговле?
Или же действительно осуществить детскую мечту о море? Ветер в вантах, белоснежные паруса над головой, чайки за кормой… А так же пираты, штормы, теснота и прочие прелести парусного флота. М‑да…
И есть ещё магия, о которой рано говорить до определения уровня силы. Но вдруг «выстрелит»? Ведь если мы везунчики, то почему Аарон не может быть самым везучим?
Но это всё дела будущие, а на носу у нас… Эх, выжить бы…
Дархан Имранович
Вот и пришло то, о чём я мечтал всю сознательную жизнь. Завтра настанет день, когда я узнаю своё предназначение. Не всякий самурай может увидеть путь в тумане будней.
Не знаю, кто помог мне попасть сюда: боги, демоны или слепой случай, но я благодарен судьбе за этот шанс. Спасибо отцу Игнатию, рука моя твёрда, а дух мой станет крепче стали. Я взгляну в глаза смерти и рассеку её клинком… Или же умру окончательно? Пусть будет так.
«Прими своё гири», —
Лес весенний шепчет мне.
Кровь даст жизнь земле.
Кошмар какой‑то, а не стих. Жаль, я не наделён талантом Басё, и после меня не останется даже этого неуклюжего хокку, но это единственное, о чём можно жалеть перед боем.
* * *
Утром на земле лежал туман, который нехотя развеялся с прилетевшим ветерком. Лес просыпался вместе с восходящим солнцем: защебетали птицы, ветер принёс облака и запах влаги.
Лагерь оживал: часовые разводили угасший огонь и ставили на него котлы, слышалось ржание лошадей, требующих свежего корма. Кто‑то вылил на спящего котелок ледяной воды из родника, и теперь по лагерю носились двое: шутник и его жертва, веселя остальных.
Котырев, одетый лишь в рубаху, свободные штаны и мягкие сапоги, устроил боярину Широкову учебный поединок. В руках у него была не шпага, а длинный меч с рукояткой под две руки и крупным позолоченным оголовком. Семён ловко нападал, меняя стили и кружась вокруг князя, но тот скупыми движениями отклонял клинок, время от времени делая короткие выпады.
Земляне, разбуженные звоном оружия, стояли в отдалении и с завистью смотрели на фехтовальщиков.
— Вы чего тут застыли? — недовольным тоном пробасил Василий, появившись у них из‑за спин. — Марш в обоз, и чтоб через пять минут были одеты в броню. И оружие захватите, буду из вас людей делать.
