Лорд Жильверн с воодушевлением потёр ладони и выдал:

— Господа! Я забираю девочек в своё ведомство!

Лаборатория тут же наполнилась возмущёнными возгласами.

— Как можно?

— Это новое в магии!

— Мы должны всё исследовать!

Кто-то додумался накинуть на Люцию какую-то тряпку, и она, недовольная теперь уже тем, что от Марка скрылась вся её натуральная «красота», пыхтела и бросала на меня злобные взгляды. Опять!

— Новое, — проворчал отец Марка. — Как же. Поройтесь в архивах! — раздражённо дал он им наказ, открыл портал и убыл.

А Жильверн перенёс нас — Люцию, меня и Марка, — в … Академию. Не поняла… А как же «его» ведомство?

Всё выяснилось только к вечеру. Маг собрал нас в комнате Марка. Я впервые была на мужской половине общежития. Надо сказать, здесь было намного аскетичнее, чем у нас на этаже. И в комнатах, если судить по обстановке комнаты Марка, тоже. Возможно, девочки сами добавляли уюта. Мы же такие девочки!

Так вот. Лорд Жильверн сообщил, что каждый вечер будет забирать нас к себе в лабораторию и снимать показания уровня магической энергии и чего-то там ещё. А также делать снимки магических каналов, чтобы потом разобрать потоки магии на составляющие.

— Возможно, такой результат появился, благодаря сочетанию вашей магии, — сказал он.

Слово «возможно» звучало сегодня столько раз, что я счёт потеряла. Сплошные догадки и никакой определённости. А хотелось бы. Зато Люция светилась счастьем. Как же, её обожаемый Марк тоже будет принимать участие в этих замерах! Правда, только в качестве куратора. Это он так объяснил сам. Мол, если что — откроет портал и всех спасёт. Конечно, верилось с трудом. Но Люции было на это наплевать. Главное — Марк рядом! Ведь теперь можно было попытаться вернуть его себе. Похоже, неё от любви совсем мозги отключились.

С этого дня моя жизнь сделала ещё один крутой поворот. Теперь мы с врагиней три раза в неделю были вынуждены терпеть друг друга в лаборатории у лорда Жильверна. Я так и не поняла, каким ведомством он управляет, так как всегда переносились в лабораторию. «Доставка» была поручена Марку. Он приходил заранее до назначенного магом часа и терпеливо дожидался рядом, пока я доделаю домашние задания в библиотеке или в комнате. Марго мужественно выполняла роль компаньонки. Хотя в магической Академии нравы были свободными, но кто даст гарантии, что информация не покинет её стены? А мне ещё замуж когда-то выходить. Вот вылечу сестрёнку и пойду.

Присутствие Марка немного напрягала. Мысли всегда раздваивались: в одном направлении царила учёба, а в другом — жгучий брюнет с тёмными очами. Зато я догадалась, зачем человеку два полушария в мозгу: чтоб думать мог сразу несколько мыслей!

А кто лучился счастьем, — так это Люция. Её ничего и никто не напрягал. Девица кошкой вилась вокруг Марка, даже не замечая, как он старательно пытается пресечь все её попытки.

В лаборатории нами занимался только Жильверн. И здесь он переставал походить на доброго дядюшку, каким он представлялся Лине. Маг цеплял на меня и Люцию проводочки, подсоединял те к большому агрегату, который тут же начинал пищать и подмигивать сотней лампочек, а сам неотрывно следил за экраном, иногда нажимая на рычажки и кнопочки, коих напульту управления было великое множество.

Сама лаборатория представляла собой симбиоз лабиринта из колб, реторт и приборов с магическими полями, которые видны лишь в магическом зрении или через специальный экран. Круто! Зачем расходовать свою личную энергию, когда есть такой экран-артефакт?

Сегодняшний эксперимент заключался в изучении энергетических флуктуаций, вызванных перекрещиванием наших с Люцией энергопотоков. Звучало грандиозно! Но на деле… Для этого требовалось прикасаться друг к другу по указанию магистра. Мы с врагиней дружно морщились.

— Возможно, им следует увеличить площадь соприкосновения? — пробормотал лорд Этьен.

— Ещё чего! — взвизгнула Люция, демонстративно шарахнувшись от меня в сторону. Проводки жалобно пискнули. — И так я собственную совесть убиваю, держа эту дохлятину за руку!

— А она у тебя была? Совесть? — флегматично спросил Марк.

Люция обиженно надула и без того пухлые губы. Лорд Жильверн метнул на неё задумчивый взгляд.

— Может, вы обниметесь?

— Что-о-о-о? — девица аж подпрыгнула. — Ни за что! Ещё я с ЭТОЙ не обнималась!

И толкнула меня на стойку со стеклянными колбами… Признаюсь: я слишком зациклилась на Марке, поэтому не успела отреагировать и позорно полетела на груду стекла, пока ещё целого. А там, в колбах, посверкивали какие-то жидкости! И было бы мне счастье испытать действие этих жидкостей на себе, но Марк в одно смазанное движение — как у него так быстро всё получается? — оказался рядом, подхватив меня на руки.

Стойка с колбами уцелела, а вот аппарат Жильверна зашёлся в истерических визгах. Я такое слышала только один раз, когда гуляла с сестрёнкой по внутреннему двору замка, а из хозяйственной половины двора сбежал поросёнок. Его ловили человек десять, а этот розовый толстячок на копытцах юрко улепётывал и визжал во все свои поросячьи лёгкие.

— Поразительно! — следом завиз… ой, вскричал маг. — Это ваше перекрещивание даёт такой потрясающий эффект!

— Я думаю, нам надо поговорить, магистр, — глухо отрезал Марк. — Я сейчас переправлю девушек в общежитие и вернусь.

Не давая никому опомниться, он распахнул портал, одним рывком закинул туда обалдевшуюЛюцию и шагнул следом. А я … я поехала трансфером на нём.

С того дня эксперименты прекратились. Началась тихая война, которую негласно объявила мне Люция. Приходилось оглядываться чуть ли не на каждом шагу. Она же огневичка. То подол юбки у меня вдруг предательски загорится — это я наступала или задевала хитроумно замаскированное заклинание, затаившееся на полу, — то перед лицом неожиданно взметнётся огонь, но не ранит меня, а просто сажей обсыпает. То белая форменная блузка внезапно начинает плавиться, и, опять же, не причиняя особого вреда — иначе Люции грозило бы отчисление или большой штраф, — но мне приходилось бежать переодеваться. Сил, чтобы погасить её магию и восстановить ткань на блузке у меня не хватало. А может не силёнок, а знаний. Дома я получила начальное образование, всё больше на кулинарию нажимала. Учебников по общей бытовой магии, как таковых, в нашей библиотеке было очень мало. А в Академии я только первокурсница! Но даже в этом статусе я отвечала. Мстила элегантно и со вкусом. В прямом смысле — со вкусом! Я ж кулинарка! Вот и врагине моей доставалось: то духи её «почему-то» начинали смердеть прокисшим молоком, то туфельки источали дурманящий запах кошачьей мочи, то волосы внезапно вставали дыбом, словно пересушенные пустынным полуденным солнцем. В столовой Люция старалась сесть как можно дальше, ведь я с лёгкостью превращала её еду в зловонную кучу под смех и негодующие крики студентов. Впрочем, такое я смогла сделать только один раз. Вечером Марго обрушилась на меня с претензиями:

— Я, конечно, всё понимаю, но, Тина, все студенты остались голодными! Ужасная вонь стояла! Ты такими темпами наживёшь себе ещё врагов.

— И что же мне делать? — уныло спросила я, наблюдая, как последние крупные осенние мухи в количестве двух штук сидят на окне и потирают лапки.

— Не знаю, — огрызнулась подруга и тоже посмотрела на насекомых. Нахмурилась.

И почему в воздухе повисло ощущение, что мухи тут сидят не просто так? И у них есть планы, как меня извести?

— Но, если вы не прекратите, то тебе точно будет капец. Люция — сильная огневичка. И мстительная. С ней даже родители не справляются, а они хотели перевести её в межгосударственную Академию. Так Люция упёрлась и ни в какую!

— Конечно! Тут же Марк!

— Ну, да, — Марго немного поникла. — Бедная Нинэль, — красноречиво вздохнула.

— А кто такая Нинэль?

Ещё одна воздыхательница? И, как понимаю, одобренная родителями?

— Невеста Марка. Она учится в Академии искусств. Будет магом иллюзий, — подтвердила соседка моё предположение.