— Это всё ты! — прорычала она, глядя на меня с лютой ненавистью. — Ты за это ответишь!

Я лишь пожала плечами. Сама не понимаю, как такое получилось. Но как бы то ни было, наблюдать яростное шипение полуголой врагини, — бальзам на душу. И вообще, она меня убить намеревалась, а я только кружевную фигню на неё накинула. Это ж чистой воды самозащита!

Неожиданно в конце коридора показалась группа парней.

— Мастер, помогите! — взмолилась Люция, со страхом шарахаясь к стене. Теперь в её голосе не было злости и ярости. Скорее, он звучал жалко.

Оберхайде, сообразив, что пришло время вновь использовать магию, бросил на девушку какое-то заклинание. Думаю, это было что-то вроде очищающего, как на чистку рыбы от чешуи. Лично мне такая мысль в голову пришла. Однако я недооценила своё «детище»: сеть затрепетала, словно смеясь, и выставила щит! Самый натуральный! Подобные ему я видела на уроках физподготовки. Первый курс наматывал круги вокруг стадиона, а старшие курсы под магическим куполом отрабатывали как раз такие щиты.

Снова повод возгордиться своим творением!

— Это не просто кружево, — пробормотал Оберхайде. — Это какая-то неизвестная магия!

— Что ты наделала? — прошипела Люция. — Что это за гадость? Тёмная магия? Тебя повесят!

— Ерунда, — отмахнулась я. — У бытовиков нет деления на тёмную и светлую стороны. Мы — нейтральны!

От бессилья врагиня заскулила и сделала попытку спрятаться за спину мастера. Тот благоразумно отпрыгнул. И правильно. Вдруг сетка и его одежду схрумает!

Тем временем группа парней подошла совсем близко. Подошла и остановилась.

— Ничё себе! — присвистнул один из них. — Вот это буф…

— Вон! — громоподобно заорал преподаватель. — На счёт «три» чтоб я вас здесь не наблюдал! Иначе — будете вечными дежурными в зверинце!

Кидать навоз до окончания учёбы ребятам не хотелось. Кинув в мою сторону лукавые взгляды, они помчались дальше, куда шли, только пятки засверкали. Мне показалось, один из парней одобрительно показал мне большой палец.

— К ректору! — чуть ли не взвыл мастер.

И мы пошли к лестнице. Предстояло лезть на последний этаж. Первым шёл преподаватель, за ним — Люция, а я плелась последней, размышляя, как я докатилась до жизни такой. Честно, даже в голову не приходило, — что буду говорить? Как у меня это получилось?

Секретарь — мужчина средних лет довольно приятной наружности, — чуть со стула не свалился, когда увидел нашу процессию. Правда, челюсть всё же потерял. Люция злобно зыркнула на него и сама первая направилась в кабинет к ректору.

Что сказать? Минут десять ректор ходил вокруг пунцовой Люции под монотонный речитатив Оберхайде, силясь понять, в чём тут дело. Потом они вдвоём пытались отделить кружево от девицы. Безуспешно, естественно. Только пальцы поранили. Сетка, оказывается, ещё и «кусалась». Чем — понятия не имею. Похоже, сами нити были снаружи острыми, как стекло. Ну, хоть жертву свою не ранили. А ведь правда… Странно это.

Ещё через десять минут в кабинете возник стихийный консилиум: были вызваны деканы всех факультетов. Я тихо сидела в стороночке, надеясь, что про меня все забудут. Возможность незаметно уйти так же тихо маячила на воображаемом горизонте. Не получилось, — Люция, после очередной попытки декана боевого факультета развоплотить кружевную сеть, взвыла белугой.

— Это она во всё виновата! — голосила моя врагиня благим матом, не стесняясь в выражениях.

Видимо, сдали нервы. А ну, сколько мужиков (только один декан женщина — с бытового факультета) и она одна! Голая! Хоть на теле сеть и присутствовала, но она же кружевная! С дырочками! А через дырочки много чего видно.

Деканы дружно воззрились на меня.

— За такое исключить надо! — заявил декан-огневик.

Но тут на мою защиту встала леди Брианна Кассади — мой декан. Всегда выдержанная и утончённая леди шипела рассерженной кошкой:

— А как же! Щас прямо! Так я и дала вам, мужланам, выгнать талантливую студентку! — она сдула со лба каштановую прядь и вновь ринулась в неравный бой: — Это какой силой нужно обладать, чтобы сотворить ТАКОЕ! Вы, опытные маги, отнюдь не слабосилки, и не можете ЭТО снять с девушки!

Деканы озадаченно запыхтели.

— Леди Брианна права, — подал голос ректор. — Такими талантами не раскидываются. Свяжусь-ка я с одним специалистом, а вы все можете быть свободны!

— Ну, уж нет! — решительно заявила декан бытового факультета и основательно уселась в кресло, показывая, что она тут надолго. — Я свою студентку в обиду не дам!

— Да никто её не собирается обижать! — простонал ректор.

— Вот я это и проконтролирую! — сурово сдвинула брови леди Брианна.

Она откинулась на спинку кресла и элегантно закинула ногу на ногу.

— Пожалуй, я тоже останусь, — провозгласил декан боевиков. — Сдаётся мне, тут пахнет новым направлением в магии. Хотелось бы застолбить себе место у истоков.

Ректор вздохнул. Он знал, что спорить с деканом бытовиков — себе дороже. В глазах умудрённого многолетним педагогическим опытом мужчины мелькнуло двоякое выражение: вроде бы и гордость за свою студентку, и одновременно опасение. За неё же.

— Что ж, раз так — оставайтесь. Но учтите, это может затянуться.

— Ничего, — боевик последовал примеру коллеги и уселся в кресло. — Мои оболтусы только счастливы будут прогулять пару.

Люция, затянутая в кружевную сетку, издала очередной жалобно-злобный стон. Нити сетки, по-моему, стали толще.

— А мне что делать? — вопросила она дрожащим голосом. Ох, ну и притворщица! — Я так и буду голой ж… голяком стоять?

— Можешь сесть.

Ректор отреагировал мгновенно:

— Нет! Стой на месте! — заорал он. — Не хватало мне ещё мебель покупать, — и принялся настукивать сообщение на переговорный артефакт.

Минут через пять в кабинете открылся портал и из него вышел… лорд Жильверн! Обалдеть! Только императора тут не хватало!

Зря я так подумала.

После небольшого совещания магов, лорд Жильверн связался по переговорному артефакту-серьге с самим Его Величеством!

Император, появившись из портального пламени, удивлённо приподнял бровь:

— Леди Ромеро?

Я присела в книксене. На реверанс уже не хватало никаких сил — ни моральных, ни физических.

— Тут такое дело, — начал Этьен, понизив голос.

А потом и вовсе отвёл императора в самый дальний угол и что-то горячо ему рассказывал, то и дело, кивая в мою сторону. Император сначала недовольно хмурился, потом его лицо приобрело заинтересованный вид, а в конце он, вообще, хлопнул в ладоши и постановил:

— Тогда сам и разбирайся! Даю добро!

Лукаво подмигнув мне, Величество величественно покинуло кабинет ректора, шагнув в портальный огонь. Лорд Этьен де Жильверн, напротив, хищно оскалился, открыл свой портал и закинул туда нас с Люцией, как нашкодивших котят!

— О, бездна! — простонала Люция, как только огонь выпустил нас из своих объятий.

На этот раз я полностью поддерживала её.

Просто сейчас мы стояли посередине большой лаборатории под десятком изучающих нас мужских глаз.

Следом переместились и наши деканы. Думаю, им тоже было интересно, как же эта кружевная фигня на Люции снимается. И заодно проконтролировать, каким будет обращение со студентками, вверенными их попечению.

Спина мгновенно покрылась холодными каплями. Страшно! Последние четыре года я вообще из замка не выходила, можно сказать, от людей отвыкла. Только-только начала привыкать к студенческой жизни, а тут столько учёных мужей на один квадратный метр! То, что окружающие нас мужчины были учёными, сомнений не вызывало: белые халаты, куча всяких аппаратов, которые пищали, завывали и подмигивали.

— И что теперь? — икнула я со страхом в голосе.

Хотя и так понятно, что боюсь. Икают от голода или от страха. Я, вроде как, позавтракала.

Лорд Жильверн слегка подтолкнул меня вперёд и усмехнулся. Его глаза искрились каким-то новым опасным азартом.