Поцелуй глубокий, жадный. Я не могу остановиться. Её дыхание сбивается, она стонет мне в рот, и этот звук пронзает меня насквозь, словно долбанная молния.
– Хочу тебя трахнуть, давай… – хрипло произношу, скользя руками по её бёдрам, пытаясь стащить с неё джинсы.
Она дёргается, пытается отстраниться, но я держу крепко. Нависаю над ней, как плита.
– Нет… Адам. Не надо… – её голос дрожит, но губы всё ещё ищут мои.
– Чего боишься? Сама хочешь, – шепчу, целуя её шею. Кожа горячая, пахнет чем‑то цветочным, пьянящим… Я уже помню этот запах из воспоминаний Глеба, но… Блядь, в живую это что-то охуеть какое безумное.
Она скулит в ответ, выгибается, и я почти теряю контроль.
Дааааа. Вот так. Малышка сладкая… Впусти меня…
Мы тискаемся, шуршим одеждой. Я снимаю с неё толстовку… Она то отталкивает меня, то снова притягивает. Её пальцы путаются в моих волосах, слегка царапают затылок – это сводит меня с ума. Я расстёгиваю пуговицу, уже почти сдираю с неё блядские штаны…
– Не могу… Адам, нет… Не могу… – шепчет она, но её тело говорит другое.
– Я бы тебе показал, что такое секс, девочка… Я бы… – шиплю, надавливая на её губы, заставляя замолчать.
Она задыхается. Глаза – тёмные, расширенные. Дыхание рваное. Наивысшая степень возбуждения. Я чувствую, как она дрожит подо мной, как её сердце бьётся в бешеном ритме.
Я почти теряю голову. Ещё секунда, и я не остановлюсь. Трусь членом о её горячую промежность. Даже через ткань там кипяток просто… И я туда пиздец хочу…
Но вдруг она резко отталкивает меня. Сильно. Так, что я отлетаю на пару сантиметров.
– Нет! – выкрикивает, тяжело дыша.
Вскакивает на ноги, подтягивает штаны. Её лицо такое красное, волосы растрёпаны, губы припухли от моих поцелуев. Она смотрит на меня в глазах смесь страха и желания.
– Не смей больше так делать… Нет…
Разворачивается и убегает в ванную. Хлопает дверью. Закрывается там.
Я остаюсь на полу. Дышу так, будто пробежал марафон. Кровь кипит, тело горит. Чё это было?! Чё за динамо, нах… Почти дожал же… Почти…
Поднимаюсь, оглядываюсь. На полу валяется её толстовка. Поднимаю, машинально встряхиваю и что-то оттуда выпадает…
Сука… Транки…
Она хотела мне их вколоть?! Вот же дрянь, а…
Злость накатывает волной. Горячая, слепая. Как она посмела?
Сжимаю шприц в руке. Она думала, что может меня контролировать? Обезвредить? Этот козлина ей их дал… Ещё и скрыл от меня. Я в ахуе от способностей этого гондона… Почему то, что надо он способен блокировать…
Внутри всё клокочет. Я готов разбить что‑нибудь. Она меня поюзала, блин… Сучка.
Иду туда и стою, пытаясь справиться с дыханием и то желание выломать эту дверь, нагнуть её и выебать прямо в жопу за всю херню…
Дверь ванной вдруг неожиданно открывается. Алёна выходит – бледная, глаза красные. Видит меня, застывает.
– Адам… – начинает она…
– Это чё? – я швыряю ей шприц. Он катится по полу. – Ты хотела меня вырубить?
Она бледнеет ещё сильнее.
– Я… я не… Нет…
– Не ври! – рычу. – Признайся. Ты хотела меня отключить, чтобы… что? Чтобы потом что… Он попросил? Чё вам надо от меня?!
– Я просто… боялась, – шепчет она. – Я не знала, как иначе остановить тебя…
– О, так ты боялась? А когда целовала меня тоже боялась? Когда стонала подо мной на полу тоже? Сука, блядь, тупая…
Она вздрагивает, отступает.
– Адам… Что ты, блин, несёшь такое?! Я не должна была это брать, но…
– Да уж, не должна! – я делаю шаг к ней. – Ты меня уже успела заебать, Алёна.
Она всхлипывает. Слезы катятся по щекам.
– Только не уходи, – шепчет, хватая меня за руку. – Пожалуйста… Останься дома.
Я так на неё злюсь… Просто пиздец. Я ни на кого ещё так не злился…
– Зачем? – холодно спрашиваю. – Чтобы ты снова попыталась меня уколоть, что ли?!
– Нет! Я просто… Я испугалась, что ты что-то выкинешь… Там за пределами дома… Вот и взяла…
Она плачет навзрыд. Плечи дрожат. И что‑то внутри меня ломается. Я не могу видеть её такой. Меня это бесит и раздражает. Я терпеть не могу, когда бабы ноют. Это ад просто какой-то… Сколько в них воды, а?!
– Хватит пиздеть, – резко говорю я.
Подхожу к ней, резко поднимаю над полом, беру на руки. Она вскрикивает, цепляется за мои плечи.
– Что ты делаешь? – шепчет испуганно. – Куда мы… Адам! Куда ты меня несёшь?!
– Куда надо, туда и несу, блядь…
Тащу её в спальню. Она не сопротивляется, только смотрит на меня широко раскрытыми глазами.
Я просто рывком роняю её на кровать. Наклоняюсь, придавливаю сверху.
– Значит так… – обхватывая её майку, просто рву ту прямо на ней, пока она всхлипывает. – Я сейчас буду тебя трахать. Столько сколько захочу, поняла меня? – смотрю на её торчащие розовые соски, и меня заклинивает… Пиздец просто…
Какая красивая…
Глава 26.
Алёна Вишнякова
В момент всё меняется… Я смотрю в его глаза и…
Они тут же становятся другими как по щелчку пальца. Он моментально отдёргивает себя от меня, а я чувствую, что вся в слезах, хочу остановиться плакать и не могу… Организм не позволяет…
– Алёна… Что… Что это… Какого…
– Глеб?! Глеб это ты?! Глеб, – тут же набрасываюсь на него, но он отторгает меня от себя.
– Это он сделал?! Что тут случилось?! – смотрит на мою рваную майку, а мне и сказать нечего…
– Это… Не то, что ты подумал… Нет, Глеб…
– Он что пытался тебя изнасиловать?!
– Нет, Боже… Конечно, нет… – бормочу, нахмурившись. Прикрываю свою грудь. Чувствую, что губы всё ещё горят и пульсируют от его поцелуев… И понимаю, что я плакала, не потому что не хотела его. Нет. Я хотела… Где-то даже слишком сильно…
– Алёна, я обидел тебя? То есть, он…
– Нет…
– Алкоголем несёт…
– Мы… Выпили… Были в клубе и…
– Чего?!
– Глеб, сейчас… Послушай… – тянусь за своей пижамной футболкой на краю кровати и залезаю в неё. – Это просто вышло случайно… Мы выпили и… Я думала о тебе… А потом мы поругались, потому что у меня в кармане он нашёл шприц, я хотела… Поставить ему… Вот он взбесился и порвал мою майку, когда мы… В общем, когда я отталкивала его…
Господи, я врать-то не умею… И меня всю трясёт…
Он видит это… Глеб ведь безумно нежный.
– Иди сюда… – обнимает меня и гладит по голове. – Прости… Алёна…
– Ты прости…
– Я хочу избавиться от него… Раз и навсегда…
Слышу это и внутри всё переворачивается… Он прав вообще-то. Он прав. Так почему же у меня такое странное ощущение в груди…
– Как?
– Не знаю… Пойду к другому врачу. Я не могу так уже… И ты… Тебе на время нужно будет уехать отсюда…
– Что?! В смысле, Глеб?! Куда я поеду?!
– Я сниму тебе квартиру, не бойся… Обратно домой ты не поедешь…
– Глеб, но я не хочу! – возмущенно говорю ему, но он так злится.
– Но придётся! Алёна, как ты не понимаешь?! Сегодня это майка, а завтра он что-нибудь тебе сделает! Нанесёт увечья! Обидит как-то. Изнасилует! Ты этого хочешь?! – он зависает, а я сглатываю.
– Он так не сделает…
– С чего бы это?! Потому что вы в клуб вместе ходили, блин?!
– Глеб! Он так не сделает… Просто зачем ему это?! Зачем?!
– Да потому что он чудовище, блин! Потому что он в моем теле как чёртов демон, нахер. Как веном сжирает меня изнутри!
– Ты несёшь какую-то чушь… Он не просто так появился… Раздвоение – это твоя психика… Она чего-то испугалась и…
– Прекрати… Прекрати заступаться за него, я тебя прошу! Это не человек даже!
– Ошибаешься… Это человек! Человек! Это ты сам! Но ты не даешь себе шанса!
– Алёна…
– Глеб, я не могу так… Я не могу просто смотреть на то, что с тобой происходит…
– Вот я и предлагаю тебе уехать отсюда. Просто переждёшь… Максимум неделю. Вернется мой доктор и мы всё решим… – категорично заявляет он, встаёт и начинает доставать мою сумку. И я тут же встаю вслед за ним.
