От родителей Кирилла возвращаюсь с твёрдым убеждением: больше туда ни ногой. Исхитрюсь и придумаю причину. Не придумаю — и ладно. Хватит заслуживать их любовь. Нет её. И не будет.

Но пока нужно выяснить, будет ли у меня это «больше».

Получить еще раз бесплатный талон к онкологу через рядовую районную поликлинику даже не надеюсь. Иду платно. И врач на приёме одобрила:

— Вы правы. Мы одни и те же принимаем и здесь, и в государственном онкодиспансере. Только там огромная очередь, и я смогла бы вам уделить совсем мало времени.

И неожиданно она меня успокаивает. Нет прямой связи между мастопатией и онкологией. И даже наоборот. С мастопатией женщины внимательней к здоровью молочных желез. Чаще обследуются и поэтому реже запускают опухоль, если она все же возникает. Советует регулярно пальпировать, хотя тут нам обеим смешно. Грудь у меня при скромном общем весе большая, тяжелая. И что там можно прощупать на начальных стадиях?

Прощаясь, врач напутствует меня уже неофициальным тоном:

— Займитесь личной жизнью.

И делает многозначительную паузу. Она считает, у меня нет секса? И мастопатия возникла на фоне недотраха?

— Что вы, у меня замечательная личная жизнь, хороший муж, — начинаю я зачем-то убеждать её. Или себя?

Но доктор только грустно улыбается мне в ответ.

В семье очередной стресс. Нет, это не про моё здоровье. Тут всё ровно. Никто не волнуется. Это про младшую любимую. Родители боялись, что принесу в подоле я, слабая мозгами и внешне неприглядная. Но это сделала моя сестра. Умница и красавица.

У неё еще в институте начался роман с преподавателем, действующим судьёй с немалым чином. Мужчина был в возрасте. Давно и прочно женат. И блядовит.

После института он трудоустроил её к себе помощником. Чтобы, как говорится, не отходя от кассы.

Как допустил опытный потаскун беременность у любовницы? Это странно.

Еще на первом курсе я провела с сестрой беседу на предмет предохранения и даже выдала ей таблетки экстренной контрацепции. Не понадобятся — и хорошо. Но пусть будут. Очень не хотелось, чтобы она повторила мой печальный опыт, о котором, кстати, я никому кроме мужа не рассказывала.

Но сестра была влюблена. И очень-очень хотела замуж. Явно знала кобелиную натуру своего любовника, который, к слову, вполне успешно размножался со своей законной женой одновременно с развлечениями на стороне. Но Светлана всё равно лезла к нему, как кошка к валерьянке.

Беременность случилась. Грешным делом подозреваю, что сестра протыкала презики. Родилась девочка. Чиновный папашка ребёнка официально не признал. Но время от времени сестре помогал. Особенно в карьере.

И произошло совсем уж невероятное. С моим братом.

Их семья в полном составе приехала в гости к родителям. Какие-то тихие. Пришибленные. И похудевшие, словно оба вернулись в студенческую форму. Братец в глаза никому не смотрел. Косил затравленно. Как оленёнок, загнанный охотниками.

Схуднуть, как оказалось, было от чего.

Мой образцово-показательный братец на стороне заделал ребёнка. И пытался скрыть. Но шило из мешка вылезло. И очень больно кольнуло.

Как он объяснял родителям, его сотрудница хотела от него ребёнка. Убеждала, что мечтает просто родить для себя. А кругом одни алкаши и придурки. И только он, мой братец, достоин посеять своё генетически правильное семя, некурящее и непьющее. В её утробе. И он посеял. Дело-то нехитрое. И даже приятное.

Посеял и забыл бы. Да не вышло. Дама захотела материальную поддержку.

Дело дошло до суда и даже до экспертизы ДНК.

Стыдоба! Братец, зная, что младенец его, уходил в несознанку упорно, как нашкодивший ребёнок.

Сейчас жена брата решала как им быть. Разводиться или нет? И как себя вести с новой наследницей образцовых генов.

Разводиться жена брата не хотела. Она была женщина практичная, твёрдо стоящая на земле. И понимала, что блядунов вокруг будет много, а вот работящего и "всё ради семьи" найти уже не получится. Нет таких в свободном выгуле. Все несколько существующих экземпляров на коротком семейном поводке.

Брат готов был биться головой о стену и ползать на коленях. Похоже, буквально ползать, не образно. Только бы жена его простила. И готов был принять все её условия, даже требование полностью отказаться от общения с дочерью.

Меня потрясли мои родители. Они безусловно осудили поступок сына. Но! Было по их мнению огромное НО. Они обвиняли еще и невестку. Оказывается, она регулярно отказывалась принимать участие в корпоративах с мужем. И тем самым подтолкнула своего супруга, доверчивого и с чистой душой, к адюльтеру! Во как! Надзирать нужно было за взрослым мужиком. А если жна недоглядела, то и мужу не грешно присунуть.

Я негодовала! Кто угодно мог такое проделать, но не мой брат! Ну, почти кто угодно. Мой муж тоже такого проделать не мог бы. Я так считала.

И потом, изменять — это одно! Но открещиваться от своей дочери, убегать от ответственности — это другое. И что подлее? И как вывернули родители! Жена виновна в том, что муж не удержал хуй в штанах. Да вы серьёзно?

Кирилл отмалчивался. Он не делал никаких оценок. Не осуждал брата. Не предлагал никаких решения. И очень внимательно слушал меня. И, похоже, ему не нравилось то, что он слышал.

Брат всё же не развелся. Но жить ему придётся в положении вечно виноватого.

Кругом набирал силу трешак.

Погиб старший сын Кирилла. Самоубийство.

Не могу поверить.

Мы пересекались с ним почти каждое лето, когда приезжали к родителям в отпуск. Мальчик рос красивым. Умным. Но каким-то потерянным. Временами напоминал телесную оболочку, лишенную воли и жажды жизни. Игроман, как и наш сын.

Однажды Кирилл после встречи в кафе с первой женой и сыном со смешком рассказывает об очередном заскоке бывшей. Она познакомилась с сектой, которая пропагандирует идею перерождения через самоубийство.

— Вроде умная женщина, а реально какую-то пургу несла про перерождение. Сын над ней смеется.

Инна действительно умная. Дура бы так не смогла устроиться. Она после развода быстро вышла еще раз замуж. И никогда не работала. Сидит дома. Философствует. Оформляет альбомчики в рамочки. Быт привычно сгрузила на нового мужа. Она как и раньше, украшение дома. Такого же грязного и неуютного как её первый дом. Умеет же... Тут крутишься как белка в колесе: заработать, обслужить всех, себя не запустить и всё равно плохая, недостойная.

Сын купил видеолекцию от секты, просидел за ней всю ночь, а утром выбежал из дома, взлетел на крышу соседнего и, даже не притормозив (по камерам проследили каждый его шаг), бросился вниз.

За время этой видеолекции мозги критично настроенного молодого и здорового парня вывернули на изнанку.

Кирилл едет за много сотен километров в военную часть, где наш Семён служит срочную. Отпрашивает его. Отец и сын летят через всю страну, чтобы постоять у могилы. На похороны, конечно, опоздали.

Инна горюет. Но утешается: на выходе из церкви она встретила мать с младенцем на руках. Это её сын переродился, она уверена. Ну, пусть так... Если ей так легче.

Кирилл обращается в милицию, даже едет в Москву и бьётся там по коридорам, пытается возбудить уголовное дело по факту доведения до самоубийства. Безуспешно. Более того, ему настоятельно рекомендуют: "не лезь, целее будешь".

Через пару месяцев по телефону Кирилл долго собачится с Инной. Та просит денег на памятник. Кирилл не отказывает, но выдвигает разные условия, торгуется по цене:

— Деньги тебе в руки не дам, только через моих родителей.

Всё это довольно мерзко. И Инна отстает от него.

Всегда поражала двойственность мужа. Он плакал, когда развелся с первой семьёй. Плакал из-за сына. Но тут же принялся судиться, чтобы урезать размер алиментов для этого сына. Не пожалел больших денег, чтобы слетать на могилку. И торгуется за гораздо меньшее для надгробия.