Звуковая волна разошлась по пространству, сбивая пули, магию, остатки работающих артефактов. Вертолёт в небе качнулся, но удержался и взлетел повыше, продолжая съёмку.

Мне пришлось прикрыть глаза, чтобы защитить их от поднятой пыли, но, когда я их открыл, высший демон изменился: теперь его руки стали ещё мускулистее, вокруг глаз горело пламя, подпитываемое Даром, а за спиной раскрывались гигантские крылья.

А затем он чуть наклонил голову, улыбнулся и… в следующую секунду два десятка наёмников перестали существовать. Атерон пронёсся мимо на такой скорости, что лишь краем глаза было заметно движение.

Зато обезглавленные люди, орошая кровью землю, умерли и упали.

Исключением стал сам Горчаков: он был в той же линии людей, но его откинуло в сторону, а сам он закричал от боли, сжимая обугленное запястье.

Очередное движение Атерона, и ещё одна группа солдат ликвидирована, превратившись в падающие на землю трупы. В этот раз он разорвал их пополам.

— Видишь, Шторм? Ваши попытки остановить нас с самого начала были обречены на провал.

— Ага. Только вот разок мы тебя уже прогнали. Да и судя по тому, что ты нас не трогаешь — ты всё-таки нас опасаешься, — флегматично ответил ему, сжимая в руке трубку.

Энергетический меч, свежая разработка, жрал очень много ресурсов, но позволял резать практически всё, что угодно, как мясницкий нож тёплое масло.

— Левее! — крикнул мне Контролёр, и я едва успел дёрнуться: Атерон пронёсся мимо, а его когтистая лапа прошла рядом с моей щекой.

— Мазила! — прокричал ему вслед, чувствуя, как сердце выпрыгивает из груди.

Атерон развернулся, зацепившись за фонарь, но стоило ему двинуться к нам, как Привалов атаковал его огненными шарами. Размером с апельсин, но, пожалуй, сотня штук в хаотичном порядке — от такого даже демон не увернётся.

Так и случилось: десяток «апельсинок» влетели в морду Атерона и тот сбился с шага и зашипел. От боли?

Действительно, на его лице проступил кровавый подтёк, а глаза сузились в бешенстве.

— Боги… вечно с вами морока. А ведь сами кормитесь с мира, но другим не даёте.

— Мы не кормимся! — выпалил Кирилл, чем вызвал смех. У Атерона и у меня.

Скосив взгляд через плечо, я сказал Привалову:

— Ты уверен, наследник Князя?

Лицо парня изменилось, но тут же стало злым:

— Люди для меня не пища! — рявкнул он, и я почувствовал боль, которая электрическими разрядами прошла по телу.

Ого-го, малыш быстро учится: он уже вызывал божественную ярость!

— Бей! Бей его! — проорал я, выставляя перед собой щит.

Привалов понял и бросился вперёд, сжимая в руке свой артефактный меч. Атерон, уже без сверхскоростей, тоже побежал к нему навстречу.

Кирилл на моих глазах напитал клинок Даром, что тот засиял невероятно обжигающим блеском. Глаза заслезились.

Но демон не отступил, а наоборот выпустил когти, покрыв их смесью рубинового и фиолетового цветов.

Черех мгновение они схлестнулись и началась самая странная рукопашная битва, которую я видел.

Кирилл фехтовал, уворачивался, бил наотмашь и финтил. С его рук срывались языки пламени, а глаза перестали быть голубыми, превратившись в небольшие костры.

Атерон воевал когтями, используя иногда Дар, уклоняясь и нанося удары такой силы, что кости дрожали у меня.

Я же стоял в сторонке, пытаясь отдышаться и судорожно найти решение. Боец средний. Да, могу обхитрить и завалить кого-то типа Пожирателя миров. В команде противостоять нескольким фрагам поменьше. Выстраивать защиту дома.

Но вот лезть в рукопашку с богом, который в несколько раз больше меня, а уж по грубой силе превосходит всё то, что способна предложить планета?

В очередной раз пожалел, что не успел закончить свой проект, но сейчас нет времени на жалость и «если бы». Привалову нужна помощь. Мне нужна помощь.

— Кефир! Ты где? Нужна помощь! — проорал я в мыслях.

Ответ пришёл медленно, словно продираясь через густой кисель.

— Я не могу. Слизь.

— Попроси Ангелину тебя почистить. И помоги, ты знаешь, как с ними воевать.

— Я не… не получится, — он всхлипнул. — Поздно.

— Ты… ранен?

Лис как-то странно усмехнулся, как шутке мертвеца про мертвецов.

— Ангелина уже ушла.

— Куда⁈ — воскликнул я, не давая осознанию осесть в душе.

Но всё равно начал крутить головой. И увидел.

Демидова кралась, прикрываясь горящими и дымящимися деревьями, постоянно огладывалась на схватку между будто бы выросшим Приваловым и бушующим Атероном.

Шла она к фиолетовой тюрьме, в которой пленили наших друзей. Как сказал демон, они или станут его марионетками, либо умрут от истощения, поддерживая барьер.

Фиолетовая слизь скрывала, что происходит внутри, но пока полусфера стояла, я верил, что артефакторы держатся. И девушка шла к ним.

Только что она может сделать? А если она коснётся этой слизи? Действует ли Дар наружу или только внутрь?

Я открыл рот, чтобы крикнуть, но не смог проронить ни слова. Если меня услышит Атерон -увидит Ангелину и та пострадает. Если не предупредить — она пострадает.

Что делать?

Я шагнул в сторону девушки. Перешёл на бег. Вдруг успею?

Машу руками, привлекаю внимание. Ангелина крадётся, смотрит на Атерона, но не видит меня.

Зато я вижу, как она достаёт свою иглу, как прикрывает глаза, концентрируя Дар. Молодец! Она не станет трогать гадость руками, издалека атакует, снимет слизь и у ребят появится выход!

Я замедлил бег, оглянулся посмотреть, как там Кирилл.

А Привалов держался наравне с демоном, пылая силой и яростью. Да, гнев божий — та ещё мощь.

Снова обернулся в сторону Ангелины, как раз, чтобы увидеть, как синяя линия вонзилась в фиолетовую слезь, как забурлила эта жидкость, покрываясь пузырями. Словно её кипятили на большом огне.

Что произойдёт дальше я понял за секунду до катастрофы. Не успел ни крикнуть, ни прыгнуть, ни даже испугаться.

Пузыри фиолетовой слизи резко вздулись и расплескались по сторонам. И крупная капля влетела Демидовой прямо в лицо.

Я замер. Мир замер. Даже грохот битвы за спиной замер.

А затем раздался смех. Довольный, живой. Открытый.

— Ух, долго же вы доходите. Даже до ловушек, — совершенно спокойным голосом сказал Атерон.

Я обернулся и увидел, как он сжимает Кирилла в кулаке. Как игрушку. Игрушечного солдатика. Привалов обмяк и не подавал признаков жизни.

— Дальше будет проще, — довольно сказал он, и я дёрнулся назад, но не успел.

Ангелина, одним прыжком оказалась около меня — воспользовалась моим артефактом — и резко ударила меня по кадыку. Боль накрыла мир, а затем сверху прилетел ещё один удар, вырубая мне сознание.

Однако пришёл я в себя очень быстро: огонь горел, Кирилл болтался в кулаке Атерона, артефакторы сидели под фиолетовой слизью.

У меня болела голова, но я всё же повернул голову. Ангелина стояла с ровной спиной, гордая и неприступная, а рядом с ней, возвышаясь в два раза — демон.

— Не тронь её! — крикнул я, только прозвучало это едва слышно.

Но всё же демон услышал.

— Да успокойся, Шторм, — сказал он расслабленно, как существо, выполнившее свою задачу. — Мне она нужна лишь для одной цели.

Видимо он что-то прочитал в моих глазах, потому что в ту же секунду заржал.

— О, небеса! Вы, людишки, даже боги, такие предсказуемые. Нет, не буду я её жрать и тем более, — он с отвращением посмотрел на девушку, — трогать её. Мне нужны только её знания. Ваши знания.

Я понял. Ему нужны артефакторы. Чтобы понять, как с нами и нашими разработками бороться.

— Так что мы пообщаемся и всё. — Только вот это «всё» прозвучало как приговор.

— Только тронь её и тебе…

— Остынь, Шторм. Был бы человеком — вскрыл бы тебе голову. А так ты бог, почти коллега мне. Как и твой дружок, — он помотал Приваловым в кулаке, как куклой. Его голова безвольно дёргалась. — Так что начнём с твоей прислужницы, а затем пройдёмся по остальным.