И хотя она не сказала в точности того, чего он хотел, он все равно издал довольное рычание. Мерих схватил ее за талию, чтобы зафиксировать. Рэйвин пришлось переставить колени на его бедра и толстый живот, когда он приподнял ее, но она быстро направила его ствол и пристроила его у своего входа.

Он хрюкнул от встретившей его тесноты.

В тот момент, когда он почувствовал ее поцелуй, он надавил на нее сверху. Он старался быть медленным, старался не причинить ей боли, но не мог заставить свои когти не впиваться.

Он поместится, он знал, что поместится, но легче от этого не становилось. По крайней мере, ее скопившееся возбуждение и его капающая смазка помогали. Его спина выгнулась, и из горла вырвался вскрик, когда головка проскользнула внутрь.

О, блядь. Рэйвин поморщилась, ее лоно оказалось сокрушительно тесным, когда она сжалась. И все же она подалась бедрами вперед и назад, чтобы помочь себе, чтобы расслабиться, даже когда он протолкнул в нее первый выступ.

Мне нужно больше, — мысленно взмолился он. Мне нужно глубже.

Ему нужно было это прямо сейчас, чтобы успокоиться, пока он не сорвался.

Как только первый выступ оказался внутри, он растянул ее достаточно, чтобы принять последующие, и она быстро опустилась вниз, пока он не уперся в нее до самого основания.

Мерих даже не осознавал, что закрыл зрение, пока не заставил себя снова открыть глаза, чтобы смотреть и тяжело дышать на то место, где они соединились.

Дерьмо. Я внутри. Я действительно внутри нее! Она приняла его почти полностью, по крайней мере на три четверти. Извилистый узел оставался снаружи, и ее губы покоились на нем.

Она попыталась приподняться и отстраниться, поэтому он удержал ее.

— Стой.

— Ты слишком большой, — захныкала она.

Пытаясь успокоить ее, что он не «слишком большой», раз она смогла его принять, он пожалел, что разбухает в этот момент, говоря:

— Я внутри тебя.

Она поморщилась, но он не мог скрыть своего восторга от того, что погружен в эту безгрешную на вид самку. Вокруг его члена был ангел, казавшийся более неземным, чем он мог себе представить в самых смелых мечтах.

Несмотря на растущее отчаяние, Мериху не нравилось, что ей, похоже, было некомфортно сидеть на нем.

— Иди сюда, — он обвил рукой ее тонкую талию и потянул ее вверх по члену, пока нижний выступ не оказался у самого входа.

Он надеялся, что отсутствие сильного давления поможет, и выгнул ее спину, чтобы лизнуть один из ее затвердевших сосков. Она уперлась руками ему в плечи, чтобы удержаться в вертикальном положении, что дало ему свободу просунуть другую руку между ними и подразнить ее клитор указательным и средним пальцами.

Мерих боролся с каждым побуждением сделать толчок, сдвинуть ее, чтобы дать ее киске время расслабиться. Она была на его члене, и он не собирался позволять ей слезть с него, но и не собирался причинять ей боль, когда мог просто проявить чуть больше терпения.

Если да, то он получит то, что хотел. Когда она будет готова, он наконец сможет сдаться. В первую очередь именно поэтому она и была сверху.

К тому же, ему вроде как нравилось выписывать языком круги вокруг ее левого соска, прежде чем просто хлестнуть им по правому. Кажется, ей это нравилось, особенно в сочетании с тем, как он дразнил ее клитор, и в конце концов она расслабилась. Ему повезло, что она была достаточно высокой, чтобы он мог это делать — а это о многом говорило, учитывая, что он был почти семифутовым Сумеречным Странником.

Когда она начала стонать и двигать первой четвертью его члена внутри себя, Мерих отстранился. Затем, просто чтобы посмотреть на ее реакцию, он надавил на ее бедра, так что она снова полностью насадилась на него. Они оба содрогнулись. Он приподнял ее наполовину, прежде чем снова опустить вниз и застонать, приоткрыв клыки. Разбухнув от одного только этого незначительного движения, он остановился и удержал ее.

— Двигайся на мне, — потребовал он.

Она скользнула вверх по его члену, затем опустила бедра обратно. Он не знал, в какой момент начал вонзать когти в ее задницу, но он крепко сжал ее ягодицы. Одно из ее коленей соскользнуло с него, и ей пришлось подтянуть его обратно, чтобы продолжать двигаться. Она издавала тихие стоны, откинув голову назад и опираясь на его живот.

Каждый издаваемый ею звук был высоким, сладостным и достаточно сильным, чтобы разъедать его изнутри. Теперь, когда ее возбуждение вернулось в полную силу, она пахла чудесно, и чем дольше он вдыхал ее аромат, тем больше пьянел от него.

Он не думал, что когда-либо испытывал столь глубокое удовольствие. Она обхватывала его до самого основания, такая горячая, что почти обжигала, и ее податливая мягкость щекотала каждый выступ и толстую вену на нем. Этого было недостаточно. Не для Мериха, который изо всех сил пытался удержаться от толчков. Рэйвин сейчас использовала его член, стирая его решимость, но он хотел увидеть, как она доведет себя до оргазма. Он отчаянно хотел глубже.

— Быстрее, — ему нужно было быстрее, если она не могла принять его глубже. Он мог бы изменить ее тело так, чтобы она приняла каждый дюйм его естества, но он не хотел этого делать. Она поглотила большую его часть; он возьмет то, что сможет, не меняя ее безвозвратно.

Рэйвин попыталась ускориться. Ее нога снова соскользнула, поэтому она опустила другую, чтобы отталкиваться от кровати пальцами ног. Когда это не сработало, она подогнула их под себя поверх него и попыталась использовать его руки для опоры. Она с шипением втянула воздух и отдернула руки, когда напоролась на его иглы, и он исцелил ее.

— Я не могу, — воскликнула она. — Ты слишком большой.

Его тело было слишком огромным по сравнению с ее.

Она могла быть высокой, но он был в два, а то и в три раза шире нее. У него были широкие бедра, поэтому ей было трудно двигаться, сидя на нем верхом должным образом. Его живот был круглым, и хотя это было хорошим местом, чтобы опереться руками, упираться в него коленями было неудобно. Не помогало и то, что она не могла полностью сесть на его член, так как не поглотила его целиком.

Мерих помогал ей, но каждый раз, когда двигались его руки, его бедра тоже порывались двигаться. Он скрежетал клыками, пытаясь оставаться неподвижным под ней.

Блядь, она так вкусно пахнет. Так приятно ощущается. Так сладко звучит. Из его груди вырвалось тихое рычание. Мне нужно больше.

Ее груди подпрыгивали в такт движениям, привлекая его внимание, прежде чем оно было украдено тем, как она скакала на нем. Фиолетовый оттенок на краях его зрения плясал и темнел.

— Быстрее, Рэйвин, — потребовал он, как раз в тот момент, когда подался вверх и почувствовал глубокий удар о свой член. Его глазницы на мгновение вспыхнули красным, когда она издала стон.

Он сделал это снова, и она вздрогнула от спазма киски. Его угол изменился, попадая в какое-то чудесное для нее место. Затем ее движения стали неглубокими, короткими и невероятно медленными. Он был лишь наполовину внутри нее, когда она просто терлась о головку и выступы на разбухшем месте.

Спина Рэйвин выгнулась дугой, она откинула голову назад, и с ее влажных губ сорвался сладкий, эйфорический крик. Она сжала его, когда ее лоно свело судорогой и затрепетало, заливая его член своей смазкой. То, как она выглядела, заметно дрожа… ее запах, ее крик, сжатие, которое он почувствовал, и все это в то время, как она застряла, едва двигаясь на его члене… Терпение Мериха лопнуло.

Его иглы и мех встали дыбом, когда приступ агрессии пронзил его и вцепился в пах, словно набор злобных когтей. Он рванулся вперед, чтобы обхватить ее руками: одна поддерживала ее плечи, другая оставалась на заднице. С рычанием Мерих прижал ее к своему торсу и вонзился членом сквозь ее оргазм.

Ее крик оборвался, дыхание перехватило, когда Мерих начал вбиваться в нее. Его толчки были быстрыми, жесткими и безжалостными, но даже когда она перестала сжимать его и обмякла в его руках, он не остановился. Оставаясь внутри ее рая, он перекатил их, повалил ее на кровать, схватил снизу за бедра и широко раздвинул их, неистово толкаясь. Стон смешался с его непрекращающимся рычанием.