— Нет, — ответила она, сделав успокаивающий вдох. — Тебе не обязательно оставаться и смотреть. Это может занять какое-то время.

— Все в порядке. Мне интересно, что ты делаешь.

Рэйвин зажала камень плоско между ладонями и влила в него магию. Он начал парить, как и ее волосы вокруг лица, когда она использовала заклинание левитации, которое позволило бы ей вращать его и работать с ним со всех сторон.

Когда он повис в воздухе, и она наконец смогла увидеть, что камень светится черным — нейтральным цветом, похожим на ее собственную серую базовую магию — ее сердце забилось быстрее.

Нет. Все хорошо. Я смогу. Я справлюсь. Она постаралась сделать еще один успокаивающий вдох. Я обещала Мериху, что мы отправимся в мой мир, и я очень, очень хочу домой. Просто не торопись. Не будь нетерпеливой, как в прошлый раз.

Рэйвин была слишком молода, самоуверенна и нетерпелива, когда делала это в последний раз. Она не повторит эту ошибку — она отказывалась это делать.

Вокруг камня образовался прозрачный шар сущности. Силой мысли она нарисовала внутри него круговые руны и символы. Сформировались разноцветные линии: белые, черные, синие, зеленые, красные и всех возможных цветов и оттенков.

Узоры по всему ее телу начали светиться, и она смогла увидеть и их тоже.

Затем наступила сложная часть, которая займет часы.

Ей нужно было сплести крошечные нити заклинания — она уже успешно делала это раньше, что едва не закончилось для нее катастрофой.

Там были тысячи микро-нитей, которые нужно было сплести в узоры. Центральным элементом было солнце, но выглядело оно необычно — как геометрическая двадцатичетырехконечная звезда.

С потом, стекающим по спине и лбу, она не знала, как долго простояла там под пристальным взглядом Мериха. Он перемещался, так как его вибрации то усиливались, то затихали через разные промежутки времени, но он ей не мешал.

Это в любом случае не имело бы значения. Она была предельно сосредоточена, настолько глубоко сконцентрирована на своей задаче, что если бы он попытался толкнуть ее, коснуться ее, сделать хоть что-нибудь, она бы осталась жесткой и непреклонной.

— Рэйвин, — позвал он, но она не ответила. Она не могла, не тогда, когда пропускала одну нить под другой, затем выводила ее сверху, только чтобы снова пропустить под следующей. — Что бы ты ни делала, оставайся внутри. Не выходи из пещеры.

Она хотела спросить почему, но ее губы не пошевелились. Если она слишком сильно отвлечется от своей задачи, то может разрушить заклинание. Она может уничтожить камень.

Несмотря на это, она прислушается к его предупреждению. Если это снова его мать, Рэйвин не хотела вмешиваться. Она закончила с подслушиванием и не хотела снова обманывать его доверие.

Работает, — подумала она, продолжая создавать заклинание солнца. Оно работает!

Черное свечение камня начало краснеть в центре.

Ладно, ладно. Красный все еще слишком слаб. Даже исходящий от него жар не был сильным. Это был эквивалент солнца температурой в три тысячи Кельвинов, хотя и всего лишь крошечная его капля.

Однако это было лучше, чем то, что она сделала в прошлый раз. Оно началось с белого, и поскольку их самое горячее солнце было синим, она целилась в него. Только не снова, не после прошлого раза.

Начало с такой низкой температуры влекло за собой собственные проблемы. Либо низкое качество камня, даже несмотря на то, что она влила в него большое количество маны, мешало ему, либо она не оставила его на солнце достаточно долго.

Несмотря ни на что, она накачала его небольшим количеством собственной магии, и он стал оранжевым — имитируя солнце температурой в четыре тысячи Кельвинов. Этого все еще было недостаточно, чтобы защитить их обоих. Этого могло бы хватить только на защиту носителя, если бы его превратили в ожерелье.

Она работала над тем, чтобы вливать в него небольшие порции собственной сущности, чтобы укрепить камень, одновременно создавая заклинание. И то, и другое должно было находиться в балансе. В противном случае он либо окажется пустышкой и будет недостаточно сильным, либо недостаток прочности камня приведет к его разрушению, если его энергия будет слишком велика.

Ей не приходило в голову, что Мериха не было уже долгое время, пока она работала над совершенствованием этого баланса.

Затем, когда камень засветился слабым белым светом, отражая каплю солнца температурой в десять тысяч Кельвинов, даже Рэйвин почувствовала жар кончиками пальцев.

Она перестала вливать в него собственную сущность и сплела последние нити, довольная тем, что обе закончились рядом друг с другом.

Как только она закончила, камень перестал светиться и упал ей в руки. Вместо того чтобы просто колотиться, ее сердце настолько переполнилось страхом и неуверенностью, что все, что она могла делать долгое время, — это просто держать его.

Теперь нужно его испытать.

Либо он сработает, либо нет. Она боялась результата.

Сделай это. Все, что тебе нужно сделать, это активировать его.

Она заставляла себя, но лишь кусала губу.

Ее уши дернулись, проверяя, здесь ли Мерих. Она ничего не услышала и не знала, рада ли этому или нет. Она не хотела причинить ему вред, но ей также было страшно делать это одной.

Она закрыла глаза, нахмурив брови и крепко сжав камень. Затем открыла глаза и активировала его.

Взрыв жара и света отбросил ее в кромешную яркость.

Глава 34

Мерих не смог сдержать рычания, как только вышел из пещеры.

Мало того, что его потревожили, так его еще и отвлекли от наблюдения за Рэйвин. Он был совершенно очарован тем, что она делала, учитывая, что мог видеть все.

Он не ожидал этого и думал, что она будет просто стоять там, не давая почти никаких подсказок о том, что происходит.

Вместо этого он видел, как магические круги формируются на шаре сущности. Он видел, как она сплетает нити. Он видел аппетитную капельку пота, стекающую по ее виску, челюсти, прежде чем она, наконец, скрылась в глубоком вырезе ее платья. Какая дразнящая капля.

Вместо того чтобы с благоговением наблюдать за ней, его оттаскивал прочь… тот, кому он предпочел бы врезать по лицу, чем разговаривать.

Опасность таилась рядом, и лучше было дать ей то, что она хочет, пока не стало слишком поздно. Будем надеяться, что если он ее прогонит, она не вернется.

Не было нужды соблюдать осторожность, приближаясь к длинноухому, седовласому мужчине с демоническими клыками. Мерих был полностью защищен внутри своего барьера, и абсолютно ничего не мог сделать даже он.

Разве что быть назойливым — вот почему он решил, что этот красноглазый рогатый ублюдок стоит там.

Его ухмылка, обнажившая пасть с клыками, жутко похожими на акульи, сверкнула. Он знал, что Мерих придет.

Потому что он понимал Мериха лучше, чем большинство.

На противоположном от входа в пещеру краю своего барьера Мерих скрестил руки на груди и задрал кончик морды, повернув голову так, чтобы все еще видеть его.

Он был благодарен, что они находились в месте, откуда было трудно заглянуть внутрь его дома. Он не хотел, чтобы полудемон увидел Рэйвин.

— Хватает же тебе наглости заявляться сюда, — с рычанием предупредил Мерих.

— Разве так встречают старого друга? — усмехнулся Джабез, небрежно махнув рукой.

— Мы перестали быть товарищами, когда ты променял меня на Катерину, и любая симпатия между нами исчезла в тот момент, когда ты натравил на меня своих Демонов.

Щека Джабеза дернулась, вероятно, из-за упоминания Катерины.

— Да, ну, — беспечно произнес Джабез, переплетая когтистые пальцы. — У всех нас есть свои причины.

— Выглядишь как дерьмо, — ответил Мерих, и желваки на его челюсти сжались в ответ.

Несмотря на его темно-серый цвет лица, имевший такой же эльфийский серый подтон, как у Рэйвин, мягкие морщинки под глазами казались более глубокими и походили на синяки. Было очевидно, что он не спит, да и вообще выглядел… не в себе.