К удивлению Аронда, извозчики быстро объяснили детворе, что нужно взять с собой, затем они развернули кареты, постаравшись поставить их как можно плотнее.

С того времени, как Киран и Наоли были назначены старшими над детьми, те их беспрекословно слушались, и сейчас по указанию старших детвора собралась возле одной из карет.

Взяв Призрака под уздцы, Аронд повел его к временному убежищу. Привязав коня к дилижансу, слегка хлопнул рукой по его крупу.

— Стой смирно. Сейчас вернусь, голову твою закрою.

Призрак скосил свой черный глаз и настороженно посмотрел на хозяина.

— Что, тяжело, друг? Но ничего, потерпи. Осталось совсем немного. Пустынных земель всего ничего — край захватываем, второй день пути… Уже практически успели проехать, но, видно, не судьба…

Кинув взгляд на тревожные лица детей, ведьмак поспешил к жене. Дочери тяжело переносили жару, а тут еще эта буря так некстати.

Вириди с Зурбай сидели в карете, дожидаясь его. Девчушка до сих пор боялась Аронда. Если видела, что он приближался, вся съеживалась, цепляясь намертво своими худенькими пальчиками за платье Вириди, и ни на шаг от нее не отходила. Сначала маленькая ведьмочка представилась им как Зурбай. Но после того, как она немного освоилась, Вириди расспросила у нее, где она жила раньше, и выяснилось, что их отличницу-зельеварку на самом деле звали Лиран, а проживала она с бабушкой в Мирском государстве. Оказывается, степняки своим рабам дают другие имена. То, что она отличница, Аронд говорить девочке не стал: нужен стимул для лучшей учебы.

Открыв дверь кареты, ведьмак встретился с беспокойным взглядом жены. Лиран тихо сидела на лежаке, словно мышка.

— Защитную ткань достали? Молодцы! Давай мне Айрин.

Аронд взял дочь на руки и аккуратно положил в перевязь. Малышка бодрствовала, хмурила раскрасневшееся от жары личико, вскидывала вверх ручки, с интересом наблюдая за отцом. Аронд улыбнулся, взял крохотную ручку дочери, поднес к своим губам и поцеловал.

Вириди взяла на руки Элерию.

— А как вы их различаете? Они ведь совершенно одинаковые. — «Мышка» из-за любопытства вылезла из своей норки; черные глазки блестели в предвкушении разгадки.

— Очень просто: они нам мысленно говорят, кто из них кто. — Аронд слегка щелкнул пальцем по курносому носу ведьмочки. — А сейчас на выход.

Ведьмак вышел из кареты первым и помог спуститься Вириди. Лиран же спрыгнула на песок, не дожидаясь его помощи.

Троица поспешила к месту, где собралась остальная ребятня. Пересчитав еще раз всех по головам, Аронд дал команду выпить немного воды и накрыться защитной тканью. У одного из кучеров нашлись в запасе две защитные ткани — одной из них ведьмак закрыл голову Призраку.

Подул легкий ветерок, закружил и поднял вверх пылинки и песчинки. От вида клубящихся на горизонте красноватых облаков из песка и пыли захватывало дух. Воздух раскалился, и дышать становилось все труднее. «Одними защитными тканями не обойтись».

Ведьмак отдал Айрин Наоли, а сам приготовился встречать бурю. Даже сквозь ткань чувствовалось, как все потемнело вокруг. Давление воздуха вокруг нарастало, порывы ветра едва не сносили с ног. Накрывшись пологом, Аронд сел неподалеку и, закрыв глаза, призвал магию рода. Золотой дракон взлетел над ним, расправил чешуйчатые крылья и закрыл магией сидевших в укрытии людей.

Два часа неистовствовала стихия. Много силы отдал ведьмак на защиту людей. Когда буря стала постепенно затихать, Аронд, поблагодарив магию рода, отозвал ее назад. Золотой дракой взмахнул крыльями, скидывая с них желтые песчинки и пыль, и, сделав круг, вернулся в тело наследника рода.

Услышав истеричный визг, Аронд резко вскочил. Откинул с себя защитную ткань, выхватил мечи из ножен и приготовился защищаться.

В Пустынном королевстве уже бывали случаи прорывов тварей из низшего мира. Да, впрочем, случиться это могло в любом месте, поэтому мечи всегда были при нем.

Первое, что увидел ведьмак, так это пустые глазницы. От песчаного бархана, на который он недавно забирался, чтобы посмотреть на горизонт, практически ничего не осталось, теперь из него торчал лошадиный череп. Сперва Аронд решил, что на них пыталась наброситься нежить, но, присмотревшись, понял, что это просто останки животного.

— Все отойдите к первому почтовому дилижансу, — проговорил он, с прищуром рассматривая голый лошадиный череп. Хотя сам скелет не представлял никакой опасности, змеи могли облюбовать остов для своего жилья.

«Не повезло кому-то. Песчаная буря похоронила под собой путника. Почему он отправился один через пески, так и останется тайной. Нужно сначала освободить погребенных заживо, а затем сжечь и развеять их прах. Только, пока буду их откапывать, сжарюсь на солнце. Нужно привлечь магов воздуха — как раз будет им небольшая практика. И лучше это сделать, когда дневное светило скроется за горизонтом. Не хочется, конечно, раньше времени детский разум травмировать, но другого варианта нет».

Но в последнюю минуту ведьмак все-таки передумал и решил, что откапает лошадь сам. Подойдя к черепу, он ударил по нему своим мечом и проследил взглядом за тем, как тот быстро скатился с песчаного холма.

Аронд расковырял лишь половину туловища, а нательная рубашка уже вся взмокла от пота. Идея была хорошей, но после бури работать было очень сложно. В воздухе до сих пор кружили мелкие песчинки песка, дышать было трудно — не спасала даже повязка на лице, да и на зубах чувствовался песок.

Оставив свою затею до вечера, Аронд направился к жене и детям. Они стояли все вместе в ожидании его дальнейших указаний. Извозчики хорошо знали свое дело и, не дожидаясь его, уже смазывали колеса телег.

Аронд подошел к Вириди; его губы тронула едва заметная улыбка.

— Не волнуйся. Но придется нам всем немного задержаться. К вечеру жара спадет — откопаем из песка заживо погребенных людей. Сколько их там будет, не знаю… Сожжем все останки и дальше путь продолжим. Небо после бури будет чистым. Ночь проведем в пути, а к утру доедем до Тархи. Обогнем большое горное озеро, а там и перевал. Отдохнем, заночуем, а после обеда уже будем на землях Ривского королевства. Сейчас все расходимся по своим каретам — достаем еду, воду и перекусываем, а вечером посмотрим, как маги воздуха будут постигать азы управления своей стихией.

Извозчики, подхватив коней под уздцы, расставили их в том порядке, в каком они двигались всю дорогу.

Аронд снял защитную ткань с головы Призрака, обнял его за шею.

— Устал, друг… Ну, потерпи еще немного. Скоро будут тебе воды прохладного озера. А вот сочной травы придется ждать до горного перевала. Один берег Тархи покрыт безжизненным песком, другой — скалистыми горами.

Погладив голову коня, ведьмак залез в свой дилижанс. Он поднял лежак, взял бочку с водой, откупорив ее, перелил воду в кадку и отнес Призраку. Конь жадно припал мордой к воде.

— Пей, дружок. Извини, что мало. На вечер последняя кадка осталась, так что потерпи до озера.

Напоив коня, Аронд проверил кареты, убедился, что все едят, и заглянул к Вириди. Жена кормила грудью Айрин. Элерия, обхватив свою стопу пальчиками, весело гулила.

— Поела уже? — Губы ведьмака разошлись в радушной улыбке.

Услышав голос отца, Элерия замахала в нетерпении ручонками.

— Сейчас, моя красавица, я тебя на руки возьму. Вот уж непоседа растет, гроза всем мальчишкам. — Если б Аронд только знал, насколько его слова окажутся пророческими.

Наигравшись, Элерия уснула у него на руках. Осторожно, чтобы не разбудить дочь, он положил ее в люльку, полюбовался уже спящей Айрин, вздохнул и посмотрел на жену.

— Не кушала еще?

Вириди устало улыбнулась. Качнув в отрицании головой, она откинула крышку сундука, вытащила из него корзину с продуктами и разложила их на небольшом столе.

— Девочки, садитесь к столу. Ты бы тоже перекусил немного. — Черные глаза заботливо смотрели на Аронда.

— Кушайте. Я к сыновьям пойду, там и перекушу.

Оставив жену и дочерей, ведьмак направился к своей карете. Даже в таких мелочах он приучал сыновей к выдержке. Голод и жажда раскрывают худшие стороны в человеке, а уж пустыня так и вовсе обнажает их.