Полные губы Орланда разошлись в улыбке, а голубые глаза блеснули в веселье. Он подмигнул сыну и вышел из покоев.

Вспышка света в кабинете ректора оказалась неожиданной для уставших королей. Они с изумлением рассматривали вышедшего из портала короля Орланда Дар Мирского.

Он бросил на них безразличный взгляд своих холодных небесно-голубых глаз и, посмотрев на Аронда, расплылся в радушной улыбке. Хотя от вида потухших глаз мужчины и его почерневшего от переживаний лица королю улыбаться особо не хотелось, но пришлось играть.

— Дорогой сват! — Раскинув руки, Орланд обнял растерянного Аронда. — Решил первым сообщить тебе радостную новость. Вчера наши дети решили прогуляться порталом, но в них кто-то запустил магическим заклинанием. Из-за этого настройки портала сбились, и они оказались в безлюдном месте высоко в горах. Им посчастливилось наткнуться на пещеру отшельника. В одной из ниш твоя дочь нашла неказистую чашу, стала протирать ее и случайно порезала палец. Затем мой сынок решил поискать, обо что Элерия порезалась, и тоже рассек себе палец. Потом они вместе испили из этой чаши воды, и, к их обоюдному удивлению, на их руках проступила брачная метка единорога — хранителя моего королевства. Как оказалось, чаша была не простой, а венчальной, и Богиня Ирида решила соединить судьбы наших детей сегодняшней ночью.

С каждым словом Орланда лапа, сжимавшая душу ведьмака, ослабляла хватку. Глаза Аронда заволокла мокрая пелена; сглотнув подступивший к голу ком, он подошел к окну. Его маленькая непоседа, его егоза жива… Это самое главное. Плотина на его глазах прорвалась, и слезы облегчения потекли горячими ручейками по щекам. Призвав магию, Аронд высушил мокрые щеки, повернулся и едва заметно улыбнулся другу.

— Все-таки моя девочка окрутила твоего красавца, — подыграл он Мирскому.

Мужчины весело рассмеялись и обнялись, по-братски похлопывая друг друга по плечам.

Когда-то Аронд спас его сына, и сейчас Орланд возвращал ему ту душевную доброту, которую он отдал тогда, не задумываясь.

Вспышка света портала снова озарила кабинет, и из него вышла Вириди. Не замечая никого вокруг, со слезами на глазах она бросилась к мужу.

— Аронд! Где наша дочь⁈

Слезы горошинами сорвались с ее длинных черных ресниц и заскользили по щекам. Аронд прижал жену к себе и поцеловал в макушку.

— Не волнуйся. Она в гостях у короля Мирского государства.

Вириди вскинула заплаканное лицо, захлопала мокрыми ресницами и, почувствовав на себе чей-то взгляд, резко повернулась, с изумлением посмотрев на высокого красивого мужчину. Во взгляде его небесно-голубых глаз читалось нескрываемое восхищение ею.

— Аронд, не знал, что у тебя супруга — такая красавица. Давно бы с ней познакомился. А мой сын и не догадывается, какой бриллиант попал к нему в руки.

Щеки Вириди покрыл легкий предательский румянец: на нее мало кто вот так открыто смотрел, да еще с таким мужским преклонением.

— Орланд, не смущай мою жену. Лучше отведи ее к дочери, успокой материнское сердце.

— Это неслыханная наглость — разговаривать в присутствии двух королей, словно их нет! — не вытерпев, выразил свое недовольство Кэмбел.

Ваир сделал вид, что не слышал яростного выкрика своего гостя.

Светлые брови Орланда сошлись вместе. Он медленно повернулся, расправив и без того широкие плечи, и с брезгливостью посмотрел на худощавого мужчину с орлиным носом и хищным взглядом. Холодный, пробирающий до костей небесно-голубой взгляд короля Мирского государства молчаливо спрашивал: «А ты вообще кто?»

Кэмбел сглотнул и посмотрел на Ваира, ища у него поддержки. Но тот, взяв какую-то книгу, молча перелистывал страницы, показывая тем самым, что он не собирался встревать в разговор двух королей. Да и не лишился он еще ума, чтобы перечить королю Мирского государства, у которого армия в три раза превышала армию королей северных и южных земель вместе взятых. И северянин отступил, подчиняясь силе противника, стараясь скрыть внутреннюю ярость.

Хмыкнув, Орланд повернулся и посмотрел на Аронда с искрами веселья в глазах.

— Я провожу твою супругу к дочери и сразу же вернусь. Разопьем с тобой бутылочку вина из твоих погребов — в моих такого не водится.

Активировав портал, Дар Мирский пропустил вперед Вириди и сам вошел следом. В кабинете надолго повисла могильная тишина. Нарушали ее лишь визг и смех игравшей во дворе академии детворы.

— Что ж… Могу только тебя поздравить.

Бросив книгу на стоявший рядом стол, Ваир встал, стараясь не показывать бушующего внутри гнева. «Месть не удалась. Племянник опять выкрутился из расставленных силков. Неужто Боги охраняют?»

А вот Кэмбел не скрывал своего негодования.

— Я это дело так не оставлю! — выкрикнул он, вскочив.

Ваир хмыкнул, посмотрев на северянина.

— Брось. Мирский тебя одним ударом ладони размажет, и я говорю не о вашем поединке на мечах, а о его армии. Что-то устал я сидеть в этом пропахнувшем потом кабинете. А не прогуляться ли нам, друг мой, в мои охотничьи угодья? Развеем, так сказать, настроение, подышим свежим воздухом. Может, повезет — подстрелим ирбиса. Мне недавно доложили, что видели, как он охотился в горах.

Едва за королями закрылась дверь, как из портала вышел Орланд. Нахмурившись, он посмотрел на Аронда.

— Что-то ты, друг мой, сдал. Давай не жмись, показывай свои погреба. — Большие губы короля разошлись в радостной предвкушающей улыбке.

Широкие плечи Аронда задергались от смеха: теперь можно было вздохнуть полной грудью и за бокалом вина узнать подробнее, что произошло с его несмышленой дочерью.

На третий день охоты Кэмбела полностью захватил азарт. При виде белоснежного ирбиса, игравшего с черной, как ночь пантерой, его сердце замедлило свой бег. Сперва король полностью позабыл про недавнее стремление найти принцессу, а затем и про месть — сейчас перед его глазами стояли лишь два хищника. Любой ценой он решил отыскать красавцев, и тогда… Уж меткости его стрельбы любой мог позавидовать. Наслаждаться моментом мешал только военачальник, ступающий по пятам.

«Надо же… Райлас умудрился найти свою пару в академии Рахт. Оказывается, у него на шее висели заговоренные обручья. Их могла видеть только та, что смогла бы принять в себя силу графа и выносить от него детей. Поговаривали, что много жен умерло у его предков, прежде чем они додумались заговорить браслеты на схожесть магии. С тех пор с их помощью и искали себе супруг, не обращая внимания ни на родовой статус, ни на красоту. Вот еще! Связать себя узами брака с безродной девкой? Да ни за что!»

Кэмбел, крадучись, бесшумно ступал по белоснежному горному склону. Он шел к тому месту, где вчера видел играющих хищников, чтобы устроиться в засаде.

К счастью, Райлас задержался неподалеку от него — за другим валуном. Ваир же пробирался по склону с другой стороны. Его глаза тоже загорелись азартом, когда он услышал, какие красавцы обитают в его горах.

Легкий скрип снега вывел Кэмбела из задумчивости. Дыхание замерло от предвкушения. Выглянув из своего укрытия, он увидел кувыркавшуюся на снегу пантеру. Хищница была молодой, игривой и к тому же непуганой, иначе не каталась бы своей черной шерстью по белоснежному покрывалу.

Король затаил дыхание, натянул тетиву на луке, прицелился, но не выстрелил. Белый покров рядом с черной хищницей разлетелся в разные стороны и из него, подпрыгнув вверх, вылетел белоснежный красавец. Рот Кэмбела открылся от изумления: белый хвост с черной кисточкой на конце плавно выделывал выкрутасы в воздухе, помогая гибкому телу в полете.

Он узнал его мгновенно. «Это же тот самый хищник, что напал на меня возле забора академии!» Черные кончики на небольших ушах лишь подтверждали догадку.

Кэмбел вновь натянул лук и прицелился, предвкушая, как расстелет шкуры хищников в своих королевских покоях. Выпущенная стрела полетела с едва различимым свистом, но белоснежный ирбис, словно почувствовав приближавшуюся опасность, отскочил в сторону. Стрела вонзилась в белый покров рядом с его лапой. Черный вертикальный зрачок на голубой радужке злобно впился в короля.