Северянин отвязал от кожаной перевязи ножны и протянул их Аронду. Ведьмак принял подарок. Взявшись за рукоять меча, немного вытащил лезвие из ножен. Глаза его с восхищением осмотрели переливы Донайской стали.

— Принимаю твой подарок. — Аронд передал ножны слуге, гадая, что же произойдет дальше.

— Доблестный муж, разреши отблагодарить твою супругу за ее материнскую заботу, доброту и любовь, что согревала мою суженную.

Граф вытащил из-за пазухи бархатную коробочку и открыл ее, демонстрируя комплект из золотого колье и сережек, украшенных небесно-голубыми топазами.

— Принимаю и этот твой подарок. — Аронд взял шкатулку и протянул жене.

Вириди удивленно посмотрела на мужа, нерешительно подошла к нему и, взяв коробочку, с недоумением осмотрела всех присутствовавших.

Широкие плечи северянина поднялись и опустились в облегченном вздохе. Он медленно встал и, повернувшись к Лиран, произнес:

— Лада моя, иди ко мне.

Лиран хлопала своими длинными черными ресницами, ее алые ярко очерченные губы чуть приоткрылись от удивления.

— Лиран… Дочка, подойди к нам.

Ведьмочка, помедлив немного, выполнила просьбу отца. Подойдя к нему, она побледнела от переполнявшего ее волнения и сглотнула.

Райлас подхватил холодные пальчики Лиран, коснулся их губами, смотря на нее своей небесной синевой глаз. Затем переплел пальцы их рук, на которых были браслеты, и чуть приподнял, демонстрируя всем золотые брачные обручья.

— Клянусь брачной перевязью семейной реликвии беречь вашу дочь, ввести ее в свой род и любить так, как никто не любил. Качать мою усладу на своих руках, когда она засыпает, встречать с нею утренний рассвет и вечерний закат. Клянусь, до последнего моего вздоха не будет она знать горя. Лишь только радость и счастье будут спутниками всей ее жизни.

— Принимаю твою клятву, северянин. Со спокойной душой отдаю тебе свою дочь. Береги ее. Пусть ваши души переплетутся в обоюдном танце любви, а Боги даруют деток и не затухающего огня в семейном очаге.

В какой-то момент Лиран поняла, что совсем не дышала. С мокрой пеленой в глазах, она посмотрела на отца, а потом на мать.

— Мама… Он что меня замуж взял? — Подбородок Лиран слегка затрясся, и слезы, прорвав платину, полились потоками по щекам. — Мам, мама… У меня тоже семья будет, как у тебя? Мамочка, но как же так? Это ведь не может быть правдой, — прошептала она и бросилась в объятия Вириди. Уткнувшись в нее, она омывала слезами счастья материнское плечо.

Райлас бережно подхватил жену на руки.

— Душа моя, не плачь. Твои слезы ранят мое сердце. — Вытерев заботливо слезы на ее щеках, он облегченно вздохнул. Страхи о том, что ведьма разъярится, узнав, что стала его суженой, оказались напрасными. — Лиран, радость моя, нам пора отправляться в наш замок. Моим родителям не терпится тебя увидеть.

— Родителям? — в голосе ведьмочки послышались нотки испуга.

— Не бойся, краса моя. Они будут любить тебя ничуть не меньше, чем твои родители.

Райлас прижал к себе жену, со счастливым взглядом небесной синевы глаз осмотрел большую семью Ир Куранских и зашагал на выход.

С каждым днем Кэмбел становился все мрачней. Поиски принцессы ни к чему не привели. Все указывало на то, что она где-то рядом, но, как ее найти, он не представлял.

Подходил к концу пятый день поисков. Проверив каждый закуток в академии Рахт, вымотанный и злой, король сидел, развалившись в кабинете ректора. От одного вида Аронда Кэмбела начинало мутить, особенно от его спокойствия и хладнокровия.

Зависть застилала глаза короля, грызла его душу, заставляя ненавидеть всех и все вокруг. Хотелось чем-то отомстить, но чем? Посмотрев на Ваира Акронского, северянин напрягся, затем бросил колкий взгляд на Аронда. Душа мгновенно заликовала от неожиданно пришедшей в голову мысли. Ехидная улыбка проступила на его лице. Он встал и, чуть склонив голову, посмотрел на короля южного побережья.

— Ваир Дар Акронский, у вашего племянника ведь две дочери? Близнецы, по-моему?

— Да. Им передался магический дар их матери. Они будущие ведьмы.

Кэмбел, оттягивая триумфальный момент, отвернулся. Душа его ликовала от вида помрачневшего лица Ир Куранского.

— Я хочу попросить руку одной из них.

— Позвольте, друг мой, — с безразличием ответил Ваир. — Им всего по шестнадцать лет.

— Так я и не собираюсь сейчас на ней жениться. Совершим обряд помолвки, а через два года подтвердим его свадьбой, совместив с днем инициации.

Акронский возликовал: «Ай да северянин… Воткнул, так сказать, нож в сердце. Что ж, посмотрим, как дорогой племянник выкрутится».

В глазах у Аронда почернело от услышанных слов.

— Дальнейшая жизнь моих дочерей уже оговорена. Айрин помолвлена с лордом Ир Сальским, а у Элерии идет обговаривание сроков помолвки с лордом Ир Шанинским. — Ведьмак блефовал, стараясь не показывать, насколько он взволнован. Дышать стало тяжело, хотелось расстегнуть пуговицу на воротнике рубашки и вздохнуть полной грудью. — Как видите, вы уже опоздали со своим предложением.

— Позволь, дорогой племянник, не согласиться с тобой. Аристократы с титулами — это, конечно, хорошо, но они стоят на ступеньку ниже королей. Так что решено. Раз у одной из твоих дочерей обряд уже закреплен, тогда проведем предварительный обряд помолвки короля северных земель Кэмбела и твоей дочери Элерии. Отказы не принимаются. А чтобы ты не смог ее спрятать, мы отправим своих людей на ее поиск.

Ваир встал, вальяжно пересек кабинет, играя на нервах Аронда, толкнул дверь и отдал приказ старшему офицеру из своей охраны:

— Вызовите из дворца подкрепление. Перекройте все выходы из академии, никого не выпускайте за ее пределы. Отправляйтесь в общежитие к ведьмам и приведите ко мне адептку Элерию Ир Куранскую. На первом этаже на одном из стендов висит ее маго-портрет. Перепишите его на свои артефакты-памяти.

Душа Ваира трепетала. Какое сладкое слово — месть. Бежит по венам, будоражит кровь и нервы наслаждением от вида страданий другого.

Аронд не вытерпел. Он расстегнул верхнюю пуговицу на горловине рубашки, вздохнул полной грудью и откинулся на спинку кресла. «Убью». В его черных глазах, долю секунды назад излучавших напряжение и боль, появилось спокойствие. Промелькнувшая мысль об убийстве короля Кэмбела засела в его голове намертво. Она казалась единственным выходом из сложившейся ситуации. На мгновение он представил свою дочь, стоящую рядом с этим психопатом. Глядя на шею северянина, ведьмак по инерции сжал пальцы. «Шея — это долго. Нужно незаметно открыть нижний ящик стола, в котором лежит подаренный Райласом меч. Как чувствовал — решил один из мечей хранить в своем кабинете».

Опустив взгляд на пол, Аронд увидел застывший возле ножки стола стебель лианы. Подняв венчик, вьюн застыл, расправив колокол цветка.

'Никогда бы не подумал, что наследник Ир Стоуткенов окажется таким любопытным. Когда поймал его за этим занятием в прошлый раз, заставил в наказание неделю на виноградниках работать.

Видно, понравилось работать с ведьмочками, а особенно с одной — рыженькой. Уже вся академия посмеивается над влюбленностью Рэнера. Залезет на какое-нибудь дерево и ждет с нетерпением ведьмочку Аливию, и с воздыханием любуется ею.

Как и в прошлый раз, наблюдательным пунктом он выбрал растущий под окном кабинета вечнозеленый тис — очень удобное место. Засел, наверное, среди густых упругих веток, покрытых темно-зеленой хвоей.

В четырнадцать лет у адепта Рэнера открылся еще один дар. Сильный дар мага воздуха и слабый — мага земли. Теперь Стоуткен, ловко их совмещая, устраивает засады на деревьях академии, не забывая периодически подслушивать разговоры и в моем кабинете. Подняв себя магией воздуха, Рэнер выращивает трубчатую лиану, раздваивает ее, один колокол прислоняет к своему уху, а другой отправляет в нужное ему место. Надо же, а я ведь и не заметил, что лиана через открытые створки окна пролезла'.