Дерьмо…

Я отступил к стене, прижался спиной к холодному бетону. Так хотя бы сзади не подкрадутся. Приклад врос в плечо, ствол гулял влево‑вправо, сканируя сектор обстрела.

Темнота. Обломки. Тени, пляшущие в свете пламени. Сетники замерли, будто не решаясь атаковать. Понимали, что против человека с автоматическим оружием шансов у них немного, хотели действовать наверняка… Умные, твари!

Движение слева.

Я довернул ствол и выпустил длинную очередь, буквально вколачивая пулю за пулей в корпус членистоногой твари. Тот дернулся, сбился с шага, споткнулся и завалился вперед. Готов. Справа! Перенос прицела, новая очередь, плечо‑шея‑голова – готов! еще один… Да сколько же вас тут?

Очередной сетник поступил умнее, и, если бы не «Скат», его атака вполне могла бы увенчаться успехом. Я качнулся в сторону и в ту же секунду в стену ударил дротик – ровно в то место, где была моя голова секунду назад. Я рухнул на спину, задирая прицел и выпустил длинную очередь. Тварь поймала несколько пуль в корпус и голову, рухнула с потолка, по которому пыталась подобраться ко мне, и забилась в конвульсиях. Вскочив, я прицелился и добил сетника.

Минус три. Где четвертый?

Четвертый оказался самым умным из всех: судя по удаляющемуся топоту и сигналу «Ската» он предпочел не испытывать судьбу, а просто сбежал. Сигнатура объекта быстро удалялась вглубь тоннеля, сливаясь с еще несколькими. Я выдохнул. Сердце колотилось где‑то в висках, адреналин после схватки зашкаливал…

– Симба, они ушли?

– Полагаю, что да. Пять активных биосигнатур, плюс груз.

– Какой еще груз?

– Судя по излучению – боец в экзокостюме. Кто‑то из группы захвата.

– Они его утащили, что ли? – понял, наконец, я.

– Полагаю, что так.

Я хмыкнул. Что ж. Жаль, конечно, неведомого бедолагу, но не до конца искренне. Надеюсь, что это, хотя бы, не Рокот. Тот, вроде как, действительно пытался что‑то сделать для меня.

Ладно. Надо пробраться к коптеру, осмотреться, собрать, что можно и валить отсюда. Я размял шею, и поморщился, ощутив ошейник. Твою мать! Про эту дрянь и забыл вовсе…

– Симба, ты можешь открыть замок на ошейнике?

– Отрицательно, шеф. Замок электронно‑механический комбинированного типа. Требуется физический ключ. Без него открыть замок невозможно.

– Хреново…

Я прислонился к стене, дал себе тридцать секунд отдышаться. Руки дрожали мелкой дрожью – адреналин отпускал. Стимулятор держал организм на плаву, но тело работало на пределе.

Надо двигаться.

Отстегнув спарку, я сменил магазин и двинулся к коптеру. Обошел стороной горящий нос, полыхающую лужу топлива… В лицо бил жар, под потолком стелился дым, постепенно заволакивая тоннель… Надо бы поскорее свалить отсюда. Инженеры наверняка подумали о взрывобезопасности машины при подобных повреждениях, но и на старуху бывает проруха. если эта штука рванет, хотелось бы оказаться подальше в этот момент. Шлем бы свой еще найти…

До десантного отсека огонь пока не добрался. Пожалуй, можно рискнуть, особенно, если не хлопать варежкой, а действовать быстро…

– Стой! – послышался сзади голос. Командный, жесткий. – Брось оружие!

Я на секунду замер, а потом медленно обернулся через плечо.

Позади меня, метрах в пяти, стоял Рокот. Броня закопченная, перепачканная, лицо тоже в саже и копоти, на правом виске запеклась кровь, вдоль левой щеки тянется багровая ссадина. Однако винтовку Рокот держал крепко, да и взгляд был хоть и усталым, но живым и упрямым. И смотрела эта винтовка прямо мне в голову.

Несколько секунд мы молча глазели друг на друга. Потом я все‑таки не удержался и иронично вскинул бровь.

– Ты же это сейчас не серьезно, да?

Рокот не опустил оружие ни на миллиметр.

– Я сказал – брось винтовку! – повторил он жестче.

Я покачал головой медленно, усмехнулся без радости.

– По‑моему тебе нужен медик, – сочувственно проговорил я. – Ты, кажется, головой при падении ударился. Сильно. Тебе б специалисту показаться…

– Заткнись и положи оружие, – прошипел Рокот, побледнев от злости.

– Ну ладно, – пожал плечами я. – Давай положу. А когда новая волна этих тварей набежит – будешь сам от них отбиваться. Договорились? Погладим, насколько тебя хватит…

– Антон… – начал он было он предупреждающим тоном.

– Лучше ошейник сними, – перебил я его резко. – Вот это реально поможет делу. А то ты тут так пушкой размахиваешь передо мной, как будто мы не в одном дерьме сидим по самые уши.

Рокот сжал челюсти до хруста. Ствол винтовки слегка дрогну, но не опустился.

Я вздохнул тяжело.

– Слушай, Костя, – сказал я спокойно, почти дружелюбно. – Ты меня поймал. Надел собачий ошейник. Потащил на базу «ГенТек». Да, выслушав меня, ты изменил план, за что тебе большое спасибо. Вот только, если ты не заметил, этот план немного пошел по… М‑м‑м… По бороде. Тебе хотели отстрелить башку, вместо этого отстрелили пилоту, мы рухнули в подземелье, коптер в хлам, твои бойцы либо мертвы, либо пропали, вокруг кишмя кишат сетники, а ты хочешь поиграть в игру «конвоир и пленник»? Ну давай, блин, играй. Только учти – пока ты передо мной стволом машешь, эти твари готовят следующую атаку. И у меня есть все основания полагать, что следующая волна будет куда серьезнее первой.

Пауза затянулась на несколько долгих секунд.

Рокот смотрел на меня внимательно, взвешивал, думал о чем‑то своем.

Потом медленно опустил винтовку. Неохотно, с явным сопротивлением, но опустил.

– Хорошо, – сказал он глухим голосом. – Хорошо, ладно. Только ты держишься рядом со мной, на виду. Попробуешь сбежать – стреляю без предупреждения.

– Погоди, – я помотал головой. – Ты, кажется, не понял, Костя. Я…

Договорить я не успел. Потому что «Скат» взвыл тревожным сигналом, и в тот же миг интерфейс полыхнул множественными целями.

– Опасность! – успел рявкнуть я, а через миг на нас бросилась целая орава сетников.

Мы открыли огонь одновременно, не сговариваясь.

Подземелье заполнил грохот очередей. Я стрелял, двигался, уворачивался от дротиков и копий, стрелял снова… Голова, грудь, шея, снова корпус… Сетники рассредоточились, атаковали одновременно, с разных направлений, будто желая наглядено доказать Рокоту справедливость моих слов: поодиночке мы бы не отбились.

Одна из тварей бросилась на Рокота с потолка. Тот отшатнулся, ударил прикладом. Сетник рухнул на пол рядом со мной, я, не отвлекаясь от стрельбы, изо всех сил опустил тяжелый ботинок на голову мутанту. Треснуло, хлюпнуло, сетник затих, а я продолжал вести огонь.

Затвор сухо клацнул и винтовка заткнулась. Патроны. Твою мать!

– Пустой! – рявкнул я.

Рокот, не задумываясь, выдернул из подсумка магазин, не глядя, бросил мне. Поймал. Щелчок, рывок затвора – готов. Огонь!

На этот раз сетники закончились раньше, чем патроны.

Мы с Рокотом замерли спина к спине, тяжело и часто дыша. Вокруг – тела, лужи крови и гильзы россыпью. Отбились. Пока что – отбились.

– Жив, цел, орел? – слегка дрожащим голосом спросил я.

– Так точно, – прохрипел Рокот.

– Как в старые добрые времена, – хмыкнул я.

– Угу, – буркнул Рокот.

Я опустил винтовку, вытер взмокший лоб и посмотрел на Рокота.

Он смотрел на меня. Лицо серьезное, злое, напряженное.

– Что это за дерьмо? – Рокот обвел взглядом трупы.

– А ты раньше с такими не встречался? – с искреннним удивлением поинтересовался я.

– Не встречался, – буркнул тот.

– О, тогда тебя ждет масса удивительных открытий, – хмыкнул я.

– Издеваешься? – Рокот прищурившись посмотрел на меня.

– Ну, разве что немножко, – я одновременно пожал плечами и склонил голову вправо. Мне показалось это весьма ироничным жестом. Вот только Рокот, кажется, иронии не понял.

– Слышишь, ты! – прошипел он. – Ты всю эту кашу заварил, из‑за тебя мы в это дерьмо вляпались, ты еще и глумишься тут надо мной?

– Что? – я уставился на него.

– Что слышал! Эта вся хрень, – он обвел рукой пространство вокруг, – из‑за тебя приключилась, а ты еще и зубоскалишь?