За рулем пыльного пикапа с опущенным пулеметом в кузове действительно была Лейла. Ее бледное, встревоженное и осунувшееся в тусклом свете лицо, исказилось от напряжения. Она явно знала кто устроил на заводе хаос, поскольку увидев нас, не удивилась. Вот только откуда она вообще тут взялась?

— В машину, быстро! — крикнула она, высунувшись в открытое окно.

Особого приглашения не требовалось. Мы практически одновременно рванули к пикапу. Я втиснулся на переднее сиденье, а Шут, Дамиров и Смирнов — в кузов. Лейла тут же вдавила газ, и машина, взревев, рванула вперед, поднимая за собой клубы пыли. Пули еще свистели мимо, а одна из них разбила заднюю фару. Но не прошло и десяти секунд, как мы скрылись за поворотом.

— Лейла! Как ты здесь оказалась? — спросил я, глядя на нее встревоженным взглядом.

Девушка, не сводя глаз с темной дороги, ответила сдавленно:

— ХАД направил меня в составе группы на встречу с вами. Группа состояла из четырех человек. Но это была ловушка, не знаю как, но произошла утечка информации. Я догадываюсь, кто мог за этим стоять… Нас застали врасплох, хотя мы никак себя не выдали. Ребят перебили сразу, а меня взяли живой — решили, что я просто переводчица из Кабула. Хотели допросить, но времени почти не было. Меня держали в подвале административного корпуса несколько часов. Со мной хотел поговорить полковник Хабиб, но разговор прервался, даже толком не начавшись…

— Ясно. А дальше?

— Ну… Когда наверху раздался взрыв, Хабиб и его люди спешно покинули подвал. Оставшийся часовой не выдержал и тоже побежал смотреть, что там происходит. Дверь была не заперта только на засов снаружи, я легко сдвинула его просунув руку через прутья. Когда он появился вновь, я разбила ему голову камнем. Забрала автомат, у входа расстреляла еще троих. А за углом нашла этот пикап с ключами в замке зажигания. Увидела, как вы на танке прорывались… На такое мало кто способен. Я решила выждать немного, а то бы вы и меня… Пара-тройка минут, затем я бросила гранату под другую машину и за вами.

Она резко свернула с основной дороги, нырнув в узкую расщелину между скал. Остановилась и заглушила двигатель.

Вроде бы нас не преследовали, но мы все равно подстраховались.

— Гром, это не главное, — продолжила она, посмотрев на меня напряженным взглядом. В ее голосе прозвучала сталь. — Я слышала разговоры. Хабиб, перед тем как он скрылся, обсуждал со своими людьми некоторые моменты. Генерал Хасан еще днем заминировал основные топливные емкости и резервуары с нефтью на заводе. Какая-то новая взрывчатка с дистанционным радиоуправлением. Это было сделано на тот случай, если его силы выбьют с завода. Понимаешь, он намерен все там подорвать, стоит только советским или правительственным силы попытаться занять объект. Хабиб упомянул, что обезвредить заряд невозможно. Скорее всего, сделать это может только сам генерал, тоже дистанционно. Они хотят устроить огненную ловушку и политический спектакль одновременно.

Повисло тяжелое молчание. Дамиров хрипло выругался.

— Как-то это не логично с его стороны… — возразил я. — Зачем все взрывать, учитывая что у генерала тут куча техники, оружия и людей? Согнать сюда столько сил, чтобы просто все уничтожить⁈

— Это на крайний случай!

Конечно же, у мятежного генерала нет сил тягаться с советской армией. Времени мало. Отходить ему будет крайне сложно. Да и некогда. До границы с Пакистаном он скорее всего, уже не доберется.

— Значит, даже если мы его ликвидируем, завод все равно может взлететь на воздух! — процедил я, чувствуя, как внутри все сжимается в ледяной ком. — Его нужно брать живым! Где он сейчас может находиться?

— Бежал в гарнизон, — коротко бросила Лейла. — Это менее чем в километре отсюда по прямой. Там каменные постройки, старые казармы. Он использует его как командный пункт и личное убежище. Пульт должен быть у него.

— Ну, мы и так туда собирались, — я принял окончательное решение. — Тихо туда проникнуть уже не получится — он в курсе, что на нефтедобывающий завод проникли диверсанты. Пока он не знает, чьих именно рук это дело. Это мог быть и ХАД. Придется прорываться. Лейла, ты нас довезешь до точки, где гарнизон в прямой видимости, а потом уходишь. Это не твоя война.

— Еще как моя! — резко парировала она, и в ее глазах вспыхнула обжигающая ярость. — Гром, это моя земля. Мой народ. Хасан из тех людей, которые и допустили эту войну. Все страдания, смерти, пролитая кровь… У него руки по локоть к крови! Они убили моих людей, а много лет назад и мою семью. Ну уж нет, я буду с вами до конца!

Спорить было некогда. Да я и не хотел. Лейла хоть и женщина, но боец из нее хороший. Надежный.

— Макс, оказывается у нас тут в кузове небольшой арсенал есть! — заметил Корнеев, откинув сторону смятый брезент.

В кузове пикапа действительно было оружие. Под замотанными в брезентовое полотно инструментами нашлись два гранатомета РПГ-7, к ним по два выстрела. Еще там были два РПК, по три магазина к каждому. Коробок с гранатами РГД-5. Ну да, арсенал неоднозначный, но все же лучше, чем ничего. Мы с нашими ПБ-1С уж точно много не навоюем.

— Выезжаем! Осмотримся уже на месте! Женька, давай ты за руль!

Лейла торопливо покинула место водителя, уступив его Смирнову. Что ни говори, а разведчик все равно имел куда больше опыта в управлении подобным транспортом.

Взревел двигатель. Пикап медленно выполз из расщелины, потихоньку покатил вперед по ущелью. Дорога здесь давно была укатана техникой, но в некоторых местах валялись осыпавшиеся со склонов камни. Отчётливо различались пыльные следы прошедшей здесь совсем недавно небольшой колонны. Другой дороги туда не было.

— Женя, гаси свет! — решительно распорядился я. — Не зачем лишний привлекать внимание, да ещё и раньше времени.

За следующим поворотом перед нами открылась картина — на небольшом плато, окруженном глиняным дувалом, стоял комплекс одноэтажных каменных построек — бывший советский гарнизон. Небольшой, на пару взводов максимум. В окнах мелькали огни, у въезда маячили силуэты людей. Стояли пикапы с пулеметами. Коробки бронетранспортеров. Танк. Дорога к КПП шла по открытому пространству. На одной из вышек туда-сюда метался луч прожектора.

— Объехать не получится, — констатировал Шут, сжимая в руках пистолет. — Все простреливается. Нас сразу заметят и в решето превратят! Пикап это лишь жестянка… Если бы Т-62 был цел, мы поперли бы в лоб!

— Его больше нет. Значит вот что, идем на хитрость, — помолчав, заявил я. — Бросаем машину, двигаемся вправо. А ты Шут, тихо отгони ее влево метров на пятьсот и взорви. Бери с собой пару зарядов для гранатомета и бегом обратно к ущелью. Нам нужен хороший отвлекающий маневр. Под шумок мы проскочим. Ну а там просто перемахнем через стену. Она всего-то высотой в человеческий рост. Найдем генерала. Как только услышишь выстрелы внутри, ничего не предпринимай. Жди. Не светись. Если увидишь, что через главный вход кто-то прорывается, это мы! Прикроешь с гранатометом! Чую, просто так нас оттуда не выпустят! Задачу понял?

Он кивнул. Широко улыбнулся. Взорвать что-нибудь, это к Корнееву!

Выгрузив все оружие, он оставил себе один РПГ с парой запасных зарядов, затем сел за руль. С выключенными фарами он тихонько пополз вперед. Не прошло и минуты, как он скрылся из вида.

— А он точно справится? — с надеждой в голосе спросила Лейла.

— Непременно! — отозвался я. Шут не подведет.

Выждав несколько минут, мы медленно двинулись вперед. Полоса открытого пространства составляла примерно сотню метров. Прожектор работал, луч света ползал туда-сюда. Нас безусловно могли заметить, но только уже на подходе к стенам, где не было вообще никаких укрытий. Примерно через пару минут, с другой стороны плато что-то взорвалось. Причем не слабо. В той же стороне вспыхнуло оранжевое пламя, хорошо различимое в темноте. Потом, почти сразу, рвануло еще раз. Шут взялся за дело со свойственным ему энтузиазмом, не иначе.