— Вот как… — прошептал он едва слышно, так и не коснувшись иглы.

— Не знаю, конечно, как именно её разрушение поможет свергнуть Прогресс, но Ал в это свято верит.

— Вот как… — снова повторил Демид, опуская взгляд.

— Да уж, что творится в головах этих проводников — поди разбери, — понимающе кивнула и спрятала артефакт обратно в карман. — Но раз он так уверен, придётся рискнуть. Тем более, если это единственный шанс покончить с бюрократической несправедливостью и вернуться домой.

— Да, пожалуй, так оно и есть, — произнёс он наконец, словно внезапно придя к какому-то важному откровению. — Если это единственный путь остановить Прогресс и помешать колдовству ведьмы, мы обязаны им воспользоваться.

— Ты так легко соглашаешься? — настала моя очередь удивлённо вскинуть брови. — Я думала, ты будешь спорить, искать другой вариант или, на худой конец, оспаривать значимость этой светящейся штуки…

— Я уже знаком с ней, — глухо ответил Демид, всё ещё пребывая в мрачных раздумьях.

— И если я сломаю иглу, Прогресс действительно падёт? — с сомнением переспросила я.

Демид задумался, но вскоре словно бы нехотя кивнул.

— Ты уверен? — я все ещё сомневалась.

— Абсолютно уверен. Мы направляемся к Чёрному перевалу, останавливаем ведьму, а после движемся прямиком в Прогресс. И там… — он замолчал на мгновение, — там мы сломаем иглу.

— Демид, в чём дело? — нахмурилась я, чувствуя какую‑то недосказанность. — Что-то не так?

Он на мгновение заколебался, затем улыбнулся — на этот раз искренне, с теплотой, которую больше не пытался скрывать.

— Ничего такого, что могло бы помешать нашему плану. Просто… я верю в тебя. И в то, что ты сделаешь всё правильно. Даже если это будет нелегко.

В его взгляде было столько нежности и решимости, что на мгновение мне стало не по себе. Но я лишь кивнула:

— Хорошо. Тогда не будем терять ни минуты. Чем быстрее мы разберёмся с ведьмой, тем быстрее доберёмся до Прогресса и покончим с этой иглой.

Демид поднялся, стараясь скрыть внутреннюю борьбу. Его пальцы на мгновение коснулись рукояти меча — единственного свидетеля его сомнений. Затем мы шагнули к двери, и я невольно огляделась на него. Что‑то в его поведении тревожило меня, но я не могла понять, что именно.

— Слушай, а почему ты так уверен во мне? — обернулась к нему. — Ну, в том, что именно я должна сломать эту иглу? По крайней мере, на этом настаивает Ал. Может, лучше доверить это кому‑то более опытному? Ксарду, например? Он внушает доверие.

Демид едва заметно улыбнулся и подошёл ближе. В библиотеке вдруг стало очень тихо — даже магический светильник замерцал ровнее.

— Потому что судьба редко даёт такие подсказки просто так, — тихо сказал он. — Ты нашла иглу в той пещере, среди дюжины сундуков. И сразу угадала. Это не случайность.

— Может, мне просто повезло? — пожала я плечами, но внутри что-то болезненно кольнуло.

— В делах такого масштаба везения не бывает, — возразил Демид. — Ал не просто так указал на иглу. Он проводник — он видит нити судьбы яснее других. И если он сказал, что её нужно сломать… значит, так предначертано.

— Теперь он ещё и провидец? — фыркнула я.

— У Ала много талантов, и дар предвидения — один из самых ценных, — заверил Демид. — В таких вещах он никогда не ошибается.

— Говоришь так, будто знаешь его целую вечность, — усмехнулась я.

— По правде говоря, так оно и есть.

— Значит, к тебе вернулась память? — воодушевилась я, ведь одной проблемой стало меньше.

Он кивнул, однако тень неразгаданной печали затмила его лицо.

— И что ты узнал?

— Я узнал, как долго блуждал в беспамятстве, — Демид провёл рукой по волосам, взъерошивая их. — И сколько невинных душ успел погубить проклятый меч за это страшное время.

— И… много? — осторожно спросила я, нарушая тяжёлое молчание.

— Три долгих века и сотню загубленных душ, — ответил Демид, погружаясь в пучину скорбных раздумий, и взгляд его стал мрачным и отстранённым.

— Так сколько же тебе лет? — не выдержала я, подавшись вперёд, обуреваемая любопытством.

— Без малого — тысяча, — буднично признался он, испытующе глядя на меня, пытаясь прочитать мою реакцию.

— А на старика совсем не похож, — пробормотала я, удивлённо разглядывая его молодое лицо. Как ему могло быть столько лет, оставаясь таким юным? — Уму непостижимо!

— Магия и тьма продлевают жизнь. Но не делают жизнь слаще, — Демид слабо улыбнулся, но в этой улыбке не было и следа веселья — лишь горькая усмешка над собственной злосчастной судьбой.

— И ты все эти долгие годы нёс эту ношу в одиночку? — спросила я, и сочувствие болезненной судорогой сжало сердце.

— Не совсем, — он поднял взгляд, и в его глазах мелькнуло что‑то тёплое. — Были те, кто шёл рядом. Из них остался только Ксард, теперь — ты и Елисей. Но каждый раз я опасаюсь, что стану угрозой для вас. Что тьма во мне пересилит.

— Но ведь до сих пор не пересилила же, — я осторожно положила руку на край стола, ближе к нему, словно пытаясь передать хоть частицу своей уверенности. — Ты всё ещё здесь. С нами. И ты больше не один.

Демид посмотрел на мою руку, затем — в глаза. В глубине его зрачков бушевала невидимая битва: с одной стороны — въевшаяся в кровь привычка полагаться только на себя, с другой — робкое желание открыться, довериться.

— Ты даже не представляешь, как важны сейчас эти слова, — выдохнул он, словно признание далось ему с огромным трудом. — Особенно сейчас. Ведьма знает о моей слабости. Она специально выбрала момент, когда я ослаблен, когда воспоминания о содеянном давят сильнее обычного.

— Значит, мы поможем тебе сбросить этот груз, — твёрдо сказала я. — Вместе. Ты больше не обязан тащить его в одиночку. А теперь расскажи мне, как остановить ведьму?

— Нарушить ритуал в момент его проведения, — Демид заговорил быстрее, воодушевлённый возможностью поделиться планом. — Затем нам необходимо добраться до Храма Эха до рассвета.

— То есть у нас… — я лихорадочно прикинула в уме. — Меньше суток? И как нам опять проникнуть в Храм?

— Через Подземные галереи. Путь опасный, но зато быстрый.

— Как раз в нашем стиле, — хмыкнула я, пытаясь немного разрядить напряжённую атмосферу. — Кто с нами?

— Ксард, Елисей, Ал, Волк и ты, — перечислил Демид. — Больше никак нельзя: чем меньше нас, тем незаметнее мы будем. Да и тени в галереях не любят большие компании.

— Отлично, — я хлопнула ладонью по столу. — Тогда не будем терять ни минуты. Покажешь на карте, где находится этот перевал и вход в галереи?

Демид кивнул, поднялся с места и подошёл к стене, увешанной картами. В его взгляде вновь появилась та стальная решимость, которую я так хорошо знала. Он провёл рукой над одной из них, и та вспыхнула мягким светом, являя взгляду детализированный маршрут: извилистые линии туннелей, отметки опасных зон и пульсирующую красную точку у подножия горной гряды — Чёрный перевал.

— Вот здесь вход, — он указал на символ, похожий на туго свёрнутую спираль. — Отсюда до перевала — около трёх часов быстрым шагом. Но в галереях время течёт по своим законам. Может уйти и все шесть.

Я внимательно всмотрелась в карту.

— А здесь, — я ткнула пальцем в участок с пометкой «Руины Храма», — что это?

— Останки древнего святилища, — пояснил Демид. — Там ещё сохранились защитные руны. Если успеем добраться, сможем передохнуть перед финальным рывком.

— Значит, наша цель — руины, потом перевал, а оттуда мы выйдем прямо к Храму Эха, — подытожила я. — План понятен. Что берём с собой?

— Магические факелы, воду, немного провизии, — начал перечислять Демид. — И главное — иглу.

— Всегда при мне, — я похлопала по нагрудному карману, оборачиваясь к Демиду. Тот кивнул и направился к двери, но на пороге обернулся. В его глазах я заметила отчаяние, которое он так тщательно пытался скрыть.

— Послушай, — тихо произнёс он. — Если что-то пойдёт не так… если я начну терять контроль… Ты должна…