И вот, наконец, мы вошли в тронный зал.

Демид восседал на троне, окутанный мерцающим, обсидиановым сиянием. Одетый в безупречно скроенные одежды цвета полуночи, он выглядел не просто здоровым, а всесильным. Ксард стоял справа от него, почтительно склонив голову перед своим повелителем, но в его красных глазах, искоса направленных на нас, теперь пылало не злобное торжество, а напряжённое, хищное ожидание.

Хозяин замка медленно поднял голову. В бездонной черноте его глаз не осталось и следа прежней доброты, ни отблеска усталости — лишь абсолютный, леденящий мрак.

— Вы прибыли, — голос Демида прозвучал ровно, бесстрастно и пугающе отстранённо.

В тронном зале воцарилась тишина. Бесхитростный Елисей, не ожидавших таких разительных перемен в товарище, беспомощно застыл рядом со мной и казался хрупкой фарфоровой статуэткой перед лицом надвигающейся бури. Я же, несмотря на лихорадочно колотящееся сердце, старалась сохранять внешнее спокойствие, цепко анализируя каждую деталь: от неузнаваемо преобразившегося Демида до едва заметных движений Ксарда. Что-то в этой зловещей картине отчаянно фальшивило, как будто здесь разыгрывался тщательно срежиссированный спектакль.

— Теперь, когда вы здесь, мы можем начать, — медленно произнёс Демид. Он едва заметно кивнул, и Ксард, повинуясь невысказанному приказу, шагнул вперёд, бережно неся в руках небольшой ларец из чёрного дерева. — Как вы, вероятно, уже догадались, я — Повелитель этих земель. И как таковой, я испытываю потребность в… сотрудниках.

Он выдержал паузу, позволяя словам осесть в сгущающейся тишине.

Кажется, я догадывалась для чего мы здесь собрались. Начиналась вербовка кандидатов на должность. «Сотрудники» — это же такой милый эвфемизм для «рабов», «пешек» или «расходного материала для тёмных экспериментов»! Классика сказочного менеджмента. Судя по всему, мы уже были в процессе, и рассматривали нас как ресурс.

— Сотрудники? — задала дерзкий вопрос, симулируя живой интерес. — С хорошим соцпакетом, надеюсь. А в чём, собственно, будут заключаться обязанности? И, что важнее, — что будет с теми, кто откажется от такого… лестного предложения?

По молчаливой реакции Демида совершенно ничего не угадывалось.

Ксард тем временем открыл ларец. Очевидно, не с бонусами и медицинской страховкой.

Из недр шкатулки вырвался клубящийся, живой туман, который медленно начал обретать форму. Сначала это казалось бесформенным маревом, чернильным пятном в воздухе, но потом… из мрака начали проступать очертания существ, походящих на страдающих уродцев. Искажённые гримасы, переплетённые, скрюченные конечности, глаза, полные первобытного ужаса и всепоглощающей злобы. Это даже для меня было слишком креативно.

Туманные призраки поползли в нашу сторону, извиваясь, словно змеи, и издавая тихие, утробные стоны.

— А ну, брысь! — остриё меча рассекло воздух, сверкнув в полумраке, и искорёженные тени, издав болезненные, обиженные стоны, неохотно поползли обратно в свой тёмный ларец.

Оглядывались они на меня с таким осуждением, что мне на краткий миг стало неловко от столь поспешных и решительных действий. Но, возможно, они просто питались чувством вины. Чему я решительно отказывалась поддаваться. Это было равноценно тому, как жалеть какой-нибудь микрочип, который хочет тебя убить, потому что у него грустные пиксели!

Демид, равнодушно наблюдая за этой сценой, лишь задумчиво хмыкнул, как будто оценивая качество представления.

— Алё, Демид, очнись! — внезапно возникший гнев придал мне сил, а голосу — уверенности. — Или забыл уже, как мы тебя полудохлого на себе тащили? И ведь не бросили же! А ты нас этой гадостью пугаешь?

— Это мой дар вам, это мои… э-э… помощники, — оторопело произнёс Демид, на миг сбрасывая с себя маску всесильного правителя тьмы. — Они, конечно, не отличаются приятным нравом, но зато исполнительны до крайности. Я всего лишь хотел привязать их к вам. Ради защиты, — и в глубине его взгляда промелькнул проблеск — робкое, человеческое недоумение.

— Привязать? — с сарказмом переспросил я, чувствуя, как внутри закипает праведный гнев. — Ты правда считаешь, что раздавать страдающих призраков-паразитов в качестве телохранителей — это помощь? Спасибо, конечно, за «заботу», но мы как-нибудь сами о себе позаботимся. Без твоих… исполнительных помощников.

Демид вздохнул с таким видом, будто я — капризный ребёнок, упорно не желающий понять прописные истины.

— Вы не осознаёте, с чем нам предстоит столкнуться. Здесь, в Забытых Землях, опасность подстерегает на каждом шагу. Мои… помощники могли бы стать вашим щитом.

— Щитом, который только и ждёт, чтобы сожрать нас заживо?

— Никто из них не посмел бы вам навредить, — с ноткой обиды отрезал Демид, и в его голосе звенела сталь, не допускающая и тени сомнения в преданности его слуг.

— Конечно. Как будто я не видела, как они клацали зубами и истекали слюной при виде нас, таких аппетитных, — образы искажённых, полной злобы лиц всё ещё стояли перед глазами. — Знаешь, Демид, иногда лучше умереть быстро, чем жить в постоянном страхе, что тебя придушит ноющий туман.

Ксард молча стоял рядом, наблюдая за нашей перебранкой. На его змеином лице не дрогнул ни один мускул, но чувствовалось, что этот воплощённый ужаса с трудом сдерживал себя, чтобы не вставить свои «пять копеек» по поводу моего неподобающего отношения к владыке и его стонущим дарам.

— Здесь всё подчиняется лишь моей воле, — с высокомерной усмешкой парировал Демид.

— Если ты такой всесильный Повелитель, почему не можешь просто… объяснить? Что за угроза? Конкретно. А то раздавать живые туманы в качестве щитов — это как лечить головную боль гильотиной. Эффективно, конечно, но с побочками. Но кто я такая, чтобы тебя критиковать? — и стоило мне фыркнуть, как Демид, точно бы снисходя до капризного просителя, поддался чуть вперёд и произнёс с не свойственной ему весёлостью:

— Склонись передо мной, — в голосе его не звучал приказ, скорее ласковая просьба, облечённая в бархат убеждения.

— Да с какой стати! — огрызнулась я, крепче вцепившись в рукоять молчаливого меча.

В тот же миг моя тень, словно живая, плавно отделилась от меня и вычертила перед Демидом глубокий, безупречный реверанс. Закончив свой поклон, предательница скользнула обратно к моим ногам.

— Знаешь… У меня к тебе становится всё больше и больше вопросов, — задумчиво протянула я, не найдя этому явлению никакого рационального объяснения. Всё, что я могла сделать, это не двигаться и не сводить глаз со своей неверной тени.

— Вопросы, — произнёс Демид с лёгким пренебрежением, — не всегда приятны для слушателя. Но я понимаю, что вам необходимо прояснить некоторые моменты. Однако всему своё время. А пока что… какую же милость я должен вам оказать, чтобы вы остались здесь?

— Если в твою «милость» не входит полный пансион, пожизненная пенсия и оплачиваемый отпуск на Мальдивах, то, пожалуй, мы пойдём, — заявила я, уже не сдерживая ни сарказма, ни раздражения.

— Останься, и мы обсудим твои условия, — снисходительно предложил Демид, и в его взгляде вспыхнули лукавые искорки. — Тебе здесь понравится, Олеся. И я даже научу тебя усмирять свою строптивую тень, чтобы она не кокетничала за твоей спиной.

— Вот это уже больше похоже на деловое предложение, — ответила я, с трудом узнавая в нём того угрюмого отшельника, с которым свела судьба. — Но сначала, Ваше Темнейшество, переоденьтесь во что-нибудь более… человеческое. Эти бархатные занавеси превращают вас в злодея из диснеевского мультфильма. И Елисея вы своими перепадами настроения чуть до икоты не довели.

Ксард не сдержал сердитого шипения, но Демид мимолетным жестом осадил его, и прислужник тут же склонился перед ним в извинительном поклоне.

Демид окинул свой вычурный наряд взглядом, словно только сейчас его заметил. На лице промелькнула тень брезгливости.

— Допустим, ты права. Этот траурный бархат — лишь вынужденная уступка церемониалу. Боюсь, мой гардероб не отличается разнообразием.