— И никто не пытался его изгнать?

— Пытались, — Аманда усмехнулась. — Маги читали заклинания, стражники патрулировали. Но он такой же внезапный, как гром посреди ясного неба. Он постоянно появляется, когда его не ждут, а когда пытаются поймать — тут же исчезает. Король, говорят, даже предлагал награду тому, кто предоставит доказательство его поимки. Но пока — тщетно. Думаю, он как-то хочет навредить людям.

Я поблагодарила ее и, уже выходя, обернулась:

— Аманда… а что, если он не злой? Может, ему просто очень одиноко?

Она посмотрела на меня с легким удивлением.

— Может, и так. Но от его проказ страдают все. Особенно библиотекари.

***

Герарда я нашла в кузнице. Он стоял у горна, его лицо, облитое потом, светилось в отблесках раскаленного металла. Услышав мой вопрос, он опустил молот на наковальню с глухим стуком.

— Дух? — Герард вытер лоб грязным рукавом. — Да, попадался. Однажды утром я пришел сюда — а все инструментовы разбросаны, и из гвоздев на полу выложено… — он поморщился, — выложено слово «скучно». Кривыми буквами, но читалось.

— И больше ничего? Не портил вещи?

— Не. Только беспорядок. Он как ребенок, которому нечем заняться. — Он пристально посмотрел на меня. — Ты и его ловить собралась?

— Это последняя часть испытания.

Герард кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения.

— Будь осторожна. Если он может гвоздевами слова выкладывать — значит, не совсем беспомощный.

***

Сначала я проверила центральную часть замка около библиотеки. Все было подозрительно чисто. Но в углу одного из коридоров, ведущих к западу, я заметила следы — не грязи, а скорее, легкой, серебристой пыли, которая слабо светилась в полумраке. Она вела по камням, как пунктирная нить.

Я шла за этими следами, попутно вытирая их влажной тряпкой, которую захватила с собой. Они вились по лестницам, петляли вокруг колонн и наконец привели к тяжелой дубовой двери западной башни. Дверь была приоткрыта. Дурное предчувствие кольнуло меня изнутри. Наверняка здесь что-то произошло. Глубоко вздохнув, я потянула дверь на себя…

Внутри меня ожидал, как выражаются в моем мире, полный капец… Такого бардака я в жизни не видела. Десятки свитков и листов пергамента были разбросаны по каменному полу, некоторые развернуты, на других остались чернильные кляксы, похожие на следы лапок. Столы были завалены гусиными перьями, пузырьками с чернилами, часть из которых опрокинута, и темные лужицы растекались по дереву. Вдоль стен стояли раскрытые сундуки, из которых комьями свисала старая военная форма, плащи, даже несколько ржавых доспехов.

Но больше всего поражали стены. На них, красивым витиеватым почерком, были выведены чернилами фразы:

«ПЫЛЬНЫЕ СТРАНИЦЫ — ПЫЛЬНЫЕ УМЫ»

«КОРОНЫ ТЯЖЕЛЫ, ШУТЫ СВОБОДНЫ»

«ЗДЕСЬ ПАХНЕТ СКУКОЙ И СТАРЫМ СТРАХОМ»

Я вздохнула и принялась за уборку. Хорошо, что хоть нечистотами ничего не измазал и горшок с растением не тронул… Сначала я собрала свитки, аккуратно свернув их. Потом — перья, поставила пузырьки прямо. Вытерла чернильные пятна на стенах — они, к счастью, оказались свежими и быстро сошли. Сложила одежду обратно в сундуки, придавив крышками. Когда порядок был восстановлен, я встала посередине башни, под куполом, где в высокое окно падал столб пыльного света.

— Выходи! — сказала я громко. — Я знаю, что ты здесь.

Тишина. Лишь далекий шум ветра за стенами.

— Покажись. Я не причиню тебе зла.

Снова никого. Тогда я опустила голос, сделала его мягче, таким, каким разговаривала с Рыжим у Олега.

— Может, тебе просто одиноко? И ты создаешь эти… причудливые композиции, чтобы хоть как-то напомнить о себе?

Воздух передо мной дрогнул. Сначала появился кончик хвоста — пушистый, огненно-рыжий, с кисточкой на конце. Потом очертания тела, изящного и лисьего, но более удлиненного, почти змеиного в своей гибкости. И наконец — морда. Да, это была лиса, но не совсем. У нее было три глаза: два золотистых по бокам и один, ярко-зеленый, прямо посередине лба. Все три смотрели на меня с любопытством и легкой грустью.

— Ты угадала, — произнес дух. Его голос звучал как шелест страниц, как скрип пергамента. — Мне просто ужасно одиноко уже очень давно.

Я слегка улыбнулась, чтобы расположить его к себе:

— Меня зовут Вероника.

— Знаю, — сказал дух. — Я слышал, как о тебе говорят. «Чужеземка». «Лгунья». «Диковинка». — Он наклонил голову. — Но ты убираешь беспорядок, а не кричишь и не зовешь стражу.

— Мне нужно поймать тебя. Это мое испытание.

— Поймать? — Он фыркнул, и из его носа вырвалось облачко серебристой пыли. — Меня нельзя поймать. Я неуловим.

— Тогда расскажи, как ты здесь оказался?

Дух опустился на пол, обвив хвостом свои лапы. Его зеленый глаз прикрылся на мгновение.

— Меня изгнали. Из страны духов, из Леса Неразгаданных Тайн. Я совершил непростительную ошибку.

— Какую?

— Потерял артефакт — Тетрадь Бабочек. Она была очень важна для моего мира. Она уравновешивала сны Леса с реальностью.

У меня екнуло сердце.

— Я ее нашла. Но сейчас она у короля.

Три глаза духа вспыхнули одновременно — золотые яростно, зеленый — холодным, сосредоточенным светом.

— У короля? — Его голос стал резче. — Тогда это меняет все. Он даже не подозревает, что держит в руках ключ к целому измерению.

— Ключ?

— Тетрадь — не просто книга. Это печать. Она удерживает дверь между миром духов и вашим. Если она в чужих руках… — Дух встал, его шерсть зашевелилась, словно от ветра. — Мне нужно срочно ее вернуть.

— Я могу как-то помочь? — спросила я, хотя голос предательски дрогнул.

— К сожалению, нет. — Дух покачал головой. — Я во всем виноват. Из-за моей невнимательности артефакт попал в мир людей. И теперь я знаю, чем займусь в ближайшее время.

Он сделал шаг вперед, и его очертания стали прозрачными.

— Подожди! Как тебя зовут?

Он обернулся. Синий глаз прищурен.

— Адриан. — В его голосе впервые прозвучала тень улыбки. — Очень приятно, Вероника.

— И мне. Будь осторожен. Король не отдаст Тетрадь просто так.

— Я — дух, — сказал Адриан. — Я не из плоти и крови. Меня не поймать страже. Не удержать стенами. А теперь… мне пора.

Он растворился, оставив лишь легкое мерцание, как после падения пылинки в луч света.

Я осталась стоять посреди башни. Тревога сжимала горло. Я только что помогла духу узнать, где находится артефакт, который он хочет забрать у короля. Короля, который и так не доверяет мне.

«Доказательство поимки», — вспомнила я условие испытания.

У меня не было ни духа, ни даже материального свидетельства. Только разговор. И знание, что теперь в замке есть невидимый, целеустремленный гость, который намерен забрать то, что Бэзил, вероятно, уже считает своей собственностью.

Я медленно вышла из башни, закрыв за собой дверь. Впереди был разговор с королем. И я не знала, что скажу ему. Но одно понимала точно: испытание только что превратилось во что-то гораздо большее, чем ловля проказника.

Теперь это была игра с огнем. И я уже держала в руках одну спичку.

Я едва успела переступить порог башни, как из тени колонны выступил Леон. На его губах играла та же сладковато-ядовитая улыбка, а за спиной маячили двое — невысокие, коренастые парни с туповатыми, но наглыми лицами. Похожие на дворовых хулиганов, только одетые в грубую форму.

— Ну что, звездная гостья? — протянул Леон, загораживая путь. — Побеседовала с местной нечистью? Я, знаешь ли, случайно подслушал. Очень познавательно.

Кровь отхлынула от лица. Неужели он все услышал?

— Я… Я не понимаю, о чем ты… — мой голос дрогнул. Я думала, что прямо тут упаду в обморок. Давно мне не было так страшно.

— О, понимаешь, — он сделал шаг вперед, от него пахло дешевым вином и потом. — Ты вступила в сговор с духом. Вы тут обсуждали какую-то Тетрадь. Ту самую, что у Его Величества. — Он притворно вздохнул. — Король будет очень недоволен. Шпионаж, кража королевских артефактов… Это не просто тюрьма, милашка. Это плаха.