— Немного взбаламутили? — отказываясь верить услышанному, переспросила Алеста. — Там спасатели едва не пострадали!

Тот шторм, безобидный для морских глубин и их обитателей, вполне мог привести к трагедии. Вот чего никак не получалось сделать, так это донести до своих, на сколько хрупка человеческая жизнь.

— Это всего лишь люди, — пробасил грозный Нептун-отец, с укором глянув на дочь. — Я разрешил те игры. Заигрались немного ребята, — продолжал, усаживаясь на свой трон в окружении коралловых наростов. — Но тебя же не заманишь сюда. Ты скоро совсем очеловечишься, свою сущность забыв. А тебя здесь ждут.

Ждали. Знала. Еще одна причина, по которой старалась как можно реже появляться на дне морском. На сушу за ней не больно кто стремится выбраться. Это она в семье — уникум. С которым, что делать, не знают.

— Еще один вопрос, который нам надо решить, — проговорила, присаживаясь рядом с отцом и… убирая хвост.

Хотя, знала, не любит отец лицезреть ее в человеческом облике. И дома старалась принимать привычную для себя ипостась — русалки. Сегодня, случай особый. Сразу показывающий, что не сосем в настроении. И разговор предстоит непростой.

— Может, подождем возвращения твоей матери? — осторожно поинтересовался Нептун, пристально на дочь смотря. — Она в южные моря подалась. Хочет немного на горячем солнце погреться.

— Не запузырилась, главное, чтобы, — не удержавшись, съязвила Алеста. — Нет у меня времени, ждать ее возвращения, — призналась, вверх голову поднимая. — Я обещала вернуться через два дня.

Говорила, а сама… Сама, сомневалась. И часа не прошло, как сбегала из городка. Слезы обиды сдерживая. Выходка Вика задела. Недоверие и еще какие-то непонятные чувства во взгляде Валентова, до глубины души задели. Не ждала, что так легко поверит в её, как там люди говорят, легкую доступность. Наверно, будь на его месте кто другой, не так обидно было бы. А тут…

— И в кого ты такая упрямая…

Каждый раз отец данным вопросом задавался, когда дочь объявлялась в морских глубинах. Ждал, что ответит? Вряд ли. Скорее, атмосферу разрядить стремился. Расстраивала своим стремлением на земле, на суше жить. Чужая там. А принять очевидного, почему-то не могла. Или не хотела? Или, тайна какая была? Не слишком дочь была разговорчива, в гости наведываясь.

— В прародительницу, верно.

Не вспоминать о той старались. Плохо история закончилась. Памятником теперь напоминает о людском предательстве. Не желал дочери подобной участи. Любимая из всех русалок, что жена подарила. Смышленой росла, отзывчивой. Жениха подбирал долго. Присматривался не только к статусности будущего зятя, но и к отношению того с родней, с матерью, с другими близкими женщинами. По достижению совершеннолетия дочь должна была партию выгодную сделать и уже проживать в глубинах черноморских.

Вместо этого, развлечение себе нашла. Людей спасать. У которых и сам век-то не долог.

— Алеста, нам по свадьбе твоей ответ пора давать, — начал осторожно.

Почему осторожно? Да все по той же причине — непредсказуемости дочери. В последний раз, когда о необходимости брака решил напомнить, хвостом взмахнула и почти на пол года с суши не появлялась.

— А меня всё еще ждут? — удивилась вполне искренне Алеста. — Как глупо. Прошлый раз еще сказала, отказ посылайте. Не стану женой никакого морского обитателя. Не хочу. Любви хочу. Взаимности. Как у людей.

Блажью данное желание дочери, считал Нептун. Ждал, что одумается. Но, уже третий год пошел, точнее — прошел. Ничего не менялось. И встреч с потенциальным женихом намеренно избегала.

— И предательства, — кивнув, счел необходимым напомнить владыка морей и океанов. — Прародительница твоя, имела однажды неосторожность влюбиться не в того, в кого надо. Счастье ей это не принесло. Историю повторить хочешь?

Усмехнулась. Да нет, не хочет. Уже. Кажется. Повторяла. Очень хотелось верить, что по-другому всё на этот раз будет. Не смотря на все сомнения. А если нет… В таком случае, она просто останется на суши хотя бы только для того, чтобы иметь возможность видеть этого человека ежедневно. Пока возможность такая есть.

— А это лучше, чем рыбой холодной быть.

Чужие слова повторяла. Но, засели в голове, ничем не вытравить. Грозный царь с долей недоумения посмотрел на дочь.

— Алеста, нас всех беспокоит происходящее с тобой, — признался вслух. — Если ты вернешься…

На любые уступки пойти готов был. Знала. Состоялся уже однажды разговор. Давно, правда. Лгать не могла. Как тогда, так и сейчас. Только её, почему-то, не слышали. Как все, хотели сделать. Не получалось. А потому:

— Нет, — прозвучало в ответ категорично. — Мне сложно здесь. Не хочу. Не могу. Без вас не могу, но и тут все давит, душит.

Не могла всего сказать. Не представляла, как. И, главное, какой окажется реакция на слова, отца. Знала точно, остальные примут то решение, которое озвучено будет грозным Нептуном. И, либо изгоем станет, либо…

— Ты — русалка, не человек… — начал вновь, осторожно, грозный царь.

— А люблю человека.

Вырвалось. Совсем тихо. А море вдруг колыхнулось. Гул нехороший пошел, предвестник беды. Если только следом волна поднимется. Если на берег пойдет, жертв буде много, точно занал.

— Нет! — вскрикнула, бросившись к отцу. — Нет, остановись, прошу тебя! Не надо из-за одного — всех! Ни тебя, ни другого, никогда не прощу.

Море гудело. Опасно. На глубине движение воды практически не чувствовалось. А вот, что происходило на поверхности, боялась даже представить. А если люди… А, наверняка, люди. А погода — отличная…

— Алеста, сущность свою забыла?!! — грозно прогремел голос отца. — Не человек ты!! Хочешь превратиться в подопытную рыбку?!!

— Не человек, — согласилась с очевидным. — Рыба холодная. Но сердце — живое. Слышу, как стучит. Не могу без того человека. Хотя бы видеть его должна.

Ничего не скрывала. Да и чего уж терять. Сама проговорилась. Не удивительно, впрочем. Мысли все о нем. Даже здесь, на морском дне. Да, собственно, наверно из-за него и отправилась в родные пенаты. Так, кажется, у людей говорят.

— Что же вы, девки, за особи такие, бестолковые, — успокаиваясь, заговорил владыка морской, устало на подлокотник своего трона опираясь локтями. — Счастье на призрачную любовь с легкостью размениваете, — не понимал. Никогда. — Ты же женой будущего владыки теплых морей стать должна. По сердцу ты ему пришлась. Твоего возвращения в отчий дом терпеливо дожидается.

— Только, мое сердце молчит, как видит его, — отрицательно покачивая головой, тихо проговорила Алеста.

Много передумала за минувшие дни. Сказку человеческую про Русалку и принца перечитала не единожды. Легенды и истории подводного мира повспоминала. Страшно было судьбу повторить своей прародительницы. Но по-другому жить уже не сможет. Чувствовала.

— Ты хоть можешь себе представить, что с матерью станет, если узнает…

Представляла. Нет, само будущее дочери той было почти безразлично. Не складывались как-то отношения между ними. А с того момента, как Алеста на поверхность воды, к людям решила выйти, и вовсе с общением стало сложно.

— Младших сестер предостаточно, — пристроит за высокородных принцев.

Знала о мечте матери породниться с правящими домами морских владык.

— Не хочешь отца послушать, — покачал Нептун сокрушённо головой. — Надеялся я, что благоразумие все же проявишь. Хорошо, — уступил, кивнув, — Не стану упрямство твое ломать. Нравится мне в тебе эта черта, своего добиваться. С принцем вопрос постараюсь решить без серьезных последствий.

Ушам своим не верила! Отец отступил⁈ Или ход такой, тактический? Бдительность ее призванный усыпить?

— Отец…

— Тихо, — остановил её резким взмахом руки владыка морских глубин. — Против собственного решения, однажды принятого, иду. Тебя хочу видеть счастливой. Но дашь сейчас обещание. Дома бывать будешь. Не по моему зову, а сама. И сущностью своей здесь будешь, а не человеком на двух ногах.