— Выпьем же за сближение!

Рэд потянулась бокалом к центру стола, остальные последовали её примеру, даже Сонни, хоть и с натугой. В этой истории было много недомолвок, и ему это не нравилось. К примеру, что делала Рэд в клубе? В какой вообще стране это произошло? Насколько правдива история про итальянскую мафию? Что вообще происходило на самом деле? Интуиция подсказывала: тут много загадок и тайн. Уточнить ничего из этого ему не удалось. Кристи поднялся, подал руку Рэд:

— Зажжём, как в старые добрые?

Она усмехнулась и поднялась, опираясь о предложенную ладонь. Патрик проводил их восхищённым взглядом и повернулся к Сонни.

— Вот почему её всегда окружают такие классные люди? Тадео, Кристи, я, — начал он перечислять.

Сонни фыркнул, едва не подавившись напитком на последнем пункте в списке. На танцполе запустили радужную подсветку, заиграла The Roop «Discoteque». Забавно, эта песня, как нельзя лучше подходила двум фигурам в центре, увлёкшим всех присутствующих своим танцем. На мгновение Сонни тоже пропал, наблюдая за их слаженными движениями. Сколько лет они не виделись? Откуда взялась эта идеальная синхронность? Из раздумий его снова вывел голос Патрика.

— Как думаешь, между ними что-то было?

— Нет. — Слишком резко получилось. Патрик вскинул вопросительно бровь, и Сонни поспешил объяснить. — Это вряд ли, не думаю, что Рэд стала бы смешивать работу с личным.

Патрик неопределённо пожал плечами, уткнувшись в бокал. Это движение заставило Сонни насторожиться. Он склонился к плечу менеджера и громким шёпотом в самое ухо спросил:

— А что, думаешь, было?

— Не знаю, — отозвался Патрик спокойно. — В конце концов, про Рэд и Альва тоже всякое говорили, но там всё ровно.

Сонни облегчённо выдохнул, отстранившись. Взгляд вновь упал на танцпол, скользнул по Кристи: достаточно высокий, но ниже Сонни, крепкий, мускулы отчётливо выделяются даже под рубашкой, кожа отливает бронзой, необычные синие глаза, тёмные волосы… В чём-то Патрик всё же прав: Рэд действительно окружают классные люди, точнее, красивые. И как же его это раздражает. Сонни отставил бокал, боясь, как бы не разбил. Песня закончилась и Рэд с Кристи вернулись за столик. Тот закатал рукава, и Сонни сразу разглядел такой же браслет, как у неё — наручники на толстой нитке. Партнёры по преступлению, связанные навек, без надежды на освобождение, потому что ключа от наручников нет ни у кого.

— А как вам пришло в голову организовать Линксмайн? — Сонни ещё не потерял надежды выяснить больше подробностей.

— Я тогда уже занимался танцами, а Рэд как раз заканчивала музыкалку. Сначала это были просто удачные совместные тренировки, а там уже начал учить и её, тем более, мы были не одни.

— Мартина? — Буквально сорвалось с языка.

— Вообще, да, идея назвать группу радугой появилась именно у неё. — Рэд резко перехватила инициативу в разговоре. — Мы постепенно набирали участников, важно было, чтобы все подходили не только в плане техники, но и разделяли наши жизненные позиции.

— Ну да, — согласился Кристи. — В то время мы мечтали о путешествиях, никто не собирался оставаться на одном месте. Вот и подобрали ребят из разных уголков Европы. Было весело.

— А как же языковой барьер? — Видимо Патрик не выдержал и решил хоть как-то внести свою лепту в беседу.

— О, это не сложно. — Кристи махнул рукой и развалился на диване, обхватив одной Рэд за плечи. — У нас имелся универсальный язык для общения.

— Английский, конечно же? — Не оставлял попыток Патрик.

— Русский. — Рэд хмыкнула, заставив его сразу помрачнеть. Она улыбнулась. — Ничего личного, так сложилось. В моей стране большинство людей свободно говорят на двух языках, и на английском, кстати, тоже. Примерно та же ситуация у Кристи.

— В то время почти так и было, — подтвердил тот. — Это сейчас не пойми что, — и вздохнул, словно его действительно волновала языковая проблема.

Сонни этому вздохну не поверил ни на йоту.

— Вообще, это неважно, — продолжил Кристи. — Язык танца универсален.

И вот очередной тост, и снова они пьют. Затем решили отправиться на танцпол всей компанией, Патрик даже уломал Сонни. Вновь алкоголь… Сонни потерял счёт сменившимся коктейлям. Говорили о танцах, о музыке, в процессе выяснилось, что полностью имя нового знакомого звучит как Кристиан. Опять звон бокалов и танцы. История, случившаяся в Бангкоке, которую Сонни практически не понял, так как уши уже закладывало. Патрик смеялся, Рэд тоже хихикала, изредка одёргивая Кристи, а тот казался самым трезвым в компании. Когда пришло время расходиться, Патрик вызвал машину, загрузился туда вместе с Сонни, но Рэд ехать отказалась, сославшись на необходимость пообщаться со старым другом. Машина отъехала, мигнув фарами возле пешеходного, и вскоре скрылась за поворотом.

Рэд рывком развернулась, схватила Кристи за ворот расстёгнутой рубашки и дёрнула на себя так, что едва не оторвала оставшиеся пуговицы. Пристальный взгляд: зелёные глаза, горящие адским пламенем, против синих омутов, полных покоя и безмятежности.

— Какого чёрта? — Прошипела она. Кристи легко улыбнулся. — Что за игры? Зачем ты следишь за мной?

— Успокойся. — Он накрыл её ладонь своей, но убирать не торопился. — Просто хотел узнать, как ты живёшь.

— Спустя столько лет? Чего тебе на самом деле надо?

— А ты неплохо справляешься. — Кристи посмотрел в ту сторону, куда уехал автомобиль, вновь повернулся к ней. — Не волнуйся, я не собираюсь вмешиваться. Подожду, когда ты закончишь, тогда и поговорим.

Кристи отцепил от себя Рэд и отошёл в сторону. Она кинулась следом, преграждая путь.

— Сейчас.

— Слишком рано.

Он подвинул Рэд одной рукой, обогнул её с равнодушным видом, кинув через плечо:

— Я подожду, когда ты закончишь своё величайшее творение. Хочу увидеть, чем оно закончится.

Рэд осталась посреди улицы неподалёку от бара в полном одиночестве. Эмоции били через край, заставляя всё тело подрагивать от охватившей её злости. Чёртов Кристи! Столько лет прошло, и вот он заявляется, чтобы всё испортить. В то, что он не собирается вмешиваться, она, конечно же, не поверила. Так не бывает. Предчувствие не обмануло — беда явилась откуда не ждали, а значит не врёт и насчёт него. Проблемы только начинаются. Чертыхнувшись ещё раз, Рэд вынула из клатча телефон и набрала номер Мартины. Звонок остался без ответа, и она пнула ближайшую стену, сломав каблук. «Времени совсем не осталось», — думала Рэд, разглядывая поломку: — «Нужно заканчивать и валить из города». Скинув туфли и оставив их прямо на тротуаре, она босиком отправилась ловить такси.

Сонни разбудило странное чувство, будто по лицу проводят влажным полотенцем. С трудом разлепив веки, он понял, что этим чем-то был язык Вафли. Сонни опустил ладонь собаке на макушку и мягко потрепал шелковистую шкурку. Состояние, мягко говоря, было не ахти: мало того, что голова раскалывалась, так ещё и во рту появилось ощущение будто он всю ночь, подобно Вафле, лизал песок. И тошнота… Да, тошнота, определённо, была худшей из всех свалившихся на него с утра проблем. Именно на этой мысли в комнату вошёл Мэт, и Сонни понял, что ошибся: только что явилась та самая, основная проблема.

— Проснулся, — зло процедил Мэт, кинув на постель какую-то тряпку.

Присмотревшись, Сонни определил, что это нечто ещё вчера было его свитшотом. Глухо застонав, он прикрыл глаза, боясь даже предположить, что могло произойти такого, чтобы довести одежду до подобного состояния.

— Весело вчера было, да? — Не отставал Мэт. — Хорошо, видимо, отдохнули, верно, Сонни? Сонни? Не смей отключаться!

А ведь так хотелось обратно уснуть и не чувствовать ничего, и, что главное, не слышать.

— Представь моё удивление, когда ты уходишь без предупреждения, а в четыре утра раздаётся звонок в дверь. Причём не простой, а будто в него давят тупым предметом, не отрываясь. Я, значит, открываю, а на пороге твой друг менеджер, прислонил тебя к стене, сам на ногах едва стоит и говорит: «Принимай».