— И о чем же он собрался со мной побеседовать? Что здесь вообще творится? Не школа, а черт-те что!

— И все же, я должен объяснить вам, в каких условиях надлежит работать моей жене.

— Ну, знаете!

Оскар ловко перешагнул через ограждение. У нас оно прямо перед входной дверью, так просто в здание не попадешь. Пальцы мужа сжались на локте директора.

— Идемте. Нам следует поговорить по душам.

— Оскар!

— Занимайся тем, что тебе по вкусу, дорогая. Мы не на долго покинем тебя.

Оскар

Любовь творит чудеса. Я и не думал, что так быстро справлюсь с этим… как там его? Директором. Было достаточно одного взгляда, чтобы подчинить себе его волю, вынудить пройти в отдельную залу. Все здесь убого, даже портьер на окне нет, вместо них стекло прикрывают обрезки соломы, прикрученные на веревочку. Бред! Мебель такая, что стыдно в лавку поставить зажиточному купцу. Ни канделябров, ни лепнины, ни картин на стенах, даже ковра и того нет. Нищий какой-то гоблин попался. Да и не гоблин он, вроде, разве что полукровка.

— Я не понимаю, что вам понадобилось здесь, в школе? — приподнял нос этот дохляк. Нет, на аристократа он точно не тянет. Где мускулы? Где ловкость? Где повадка воина? Удел аристократа — война. Война захватническая и война оборонительная. Другого пути нет, если уж угораздило родиться в колыбели, клейменой гербом какого бы то ни было рода, пускай и зачахшего. Замка может не быть, казны, земель, даже захудалого надела, но с мечом аристократы чуть ли не рождаются.

Тогда, выходит, это мещанин? Но кто, скажите на милость, дозволил ему работать в школе? Что может преподать детям мужчина, чему он может научить, если не знает цену доблести, чести? Если ни разу в руках не держал ничего, тяжелее писчего перышка? Никогда не видел красотку-смерть напротив себя?

Так какого же беса я вообще с ним говорю? О чем собрался спорить? Даже руки марать об этого полукровку — бесчестие для меня. Уж я-то думал, придется вызвать на поединок этого Директора! А оказалось?

Я возложил ладони на плечи отребья, чуть сжал его, так, чтоб вразумить, но не искалечить.

— Мою бесценную супругу никак нельзя волновать. Ей вредно трудиться. Я готов оплатить все расходы на ее зарплату, чтоб только моя любимая женщина, мое сокровище не утомлялось.

— Да что вы себе позволяете? Я охрану вызову!

Я приподнял чудака в воздух, оскалился.

— Я убью тебя раньше, чем ты успеешь вздохнуть.

— Я понял вас. Ко мне так же приходили лет двадцать назад. Только в малиновых пиджаках и с цепями. Рыцари больших к-хм дорог. Простите.

— Вот и я имею титул. Можно сказать, тоже рыцарь. Корона на моей стороне.

— Новый авторитет? Корона? Нужно запомнить.

— Запомни получше, Светлана не должна трудится. Ее удел — отдыхать, набираться сил. Проследи, чтоб так все и было. Если не хочешь на эшафот. Уж я-то точно найду общий язык с вашим наместником.

— Кем? — ничтожество издало слабый писк.

— Визирем? Не важно, это не суть проблемы. Аристократы всегда сумеют договориться о том, что им следует делать с зарвавшейся челядью. Строить баронессу! Мою жену. Ты чем думал?

— Простите. Это больше не повторится. Разрешите мне пройти в учительскую?

— Тебе следовало бы добавить — господин. Так уж и быть, разрешаю. Смотри, как бы подати не возросли.

— Опять крышевать придут? Я надеялся, это никогда не повториться. Не жизнь, а кольцо демиурга! Все по кругу идет, — покачал головой мужчина.

Почти тут же в кабинет без всякого стука вошел сын эльтем Диинаэ. Я счел нужным ему поклонится.

— Тем Денис, доброго вам дня.

— Не ожидал вас здесь увидеть, господин Оскар. Поздравляю с назначением падчерицы в Темные земли. Не все способны убивать за монеты.

Директор выпучил глаза, вздохнул невпопад, подавился воздухом. Лихоманка его, что ли, одолела?

— Благодарю, — ответил я тему и все же повернулся к директору, чтобы узнать, от чего именно его так скрутило, — Вы хотели что-то сказать?

— Киллер? Я так понял?

Денис закашлялся. Вреден этот климат даже для демонов, вреден. Вон сырость какая.

— Причуда девушки. Надо же ей где-то набраться боевого опыта. Пускай и в Темных землях. Чем больше нечисти изведет, тем привычней ей это будет. Судьба порой преподносит девушкам весьма изысканные сюрпризы. По зданию прошел перезвон колокольцев. Должно быть, то призыв к утренней молитве. Добрый знак.

— Я побежал, меня математичка грохнет.

— Успехов вам в битве с мегерой, тем.

Денис снова кашлянул и выскочил из кабинета. Совсем еще юный дроу, не вполне умеет совладать с чувствами.

— Всего тебе самого доброго в твоих благих начинаниях, — откланялся я и наконец покинул кабинет.

— Он жив? — встретила меня вопросом супруга.

— Жив и очень доволен.

— А что Денис? Он опять хамил?

— Тем Денис чудесно воспитан, он настоящая гордость этого мира, бриллиант.

— Наглец, плут и хам!

— Это ты мне, дорогая?

— Это я о теме Денисе.

— Постарайся не говорить этого при эльтем Диинаэ, как бы не пострадать нашей семье.

— Уверяю тебя, Дине я высказываю о проделках её сыночка еще не такое. И она со мной вынуждена согласится.

— Потрясен, обескуражен и немного встревожен, — я окончательно сбился с мысли и просто забыл приличную речь, чуть не выразился грубо, — Хорошего тебе дня, дорогая супруга моя.

— Постой, ты куда?

— Я позабочусь о ремонте твоих апартаментов. Да. И о ремонте особняка нашей дочери тоже. Кровати, нам всем очень нужны кровати. И мебель! Мало ли, эльтем решит заглянуть к нам в гости, раз уж вы с ней так дружны. Опять же припасы? Что подавать на стол, если нельзя добывать оленину? Придётся исхитриться найти что-то готовое.

— Только не говори, что ты собираешься нанять рабочих здесь?

— Нет, что ты! Я обращусь к эльфам. Полагаю, только они смогут вырастить на месте паркет с такой точностью, чтоб в нем не было ни единой щёлочки.

— Ты хочешь все переделать по своему вкусу?

— Я полагаю, ничего не надо менять.

— Это правильно. Пускай все остаётся как раньше. Просто поднови немного и все. И чтоб соседи ничего не узнали. Хорошо?

— Разумеется.

Я прикинул, во что мне обойдётся торг с домовым. Н-да, боюсь, одной конфетой тут не отделаешься, чтоб узнать «как было раньше» в доме моей жены. Ее покоям точно минула сотня-другая лет, если верить пыли на канделябрах. Пряник, что ли, купить?

— Не попади под машину, лучше через портал.

— Конечно. Это не стоит твоих переживаний.

Директор вышел из кабинета к жене. Багровые щеки, шатающаяся походка, нездоровый блеск глаз.

— Бесценная Светлана! Иванна! Свет Ива? Светиванна?

Понятно, этот полугоблин окончательно рехнулся. Ну, хоть к жене моей относится теперь подобающе. Заикаться перестанет, так и вовсе отлично.

— Что с вами?

— Это счастье работать в одном коллективе с таким педагогом! — обозвал он жену странным словом, но та как будто обрадовалась. Может, наоборот, это слово — изысканный комплимент? Надо бы его запомнить.

— Вы так думаете?

— Уверен! Ваш муж раскрыл мне глаза! Словом! Слово — великая вещь. Гораздо лучше всех других методов. Я вас уверяю!

— Всего доброго, я пока устрою другие дела, — откланялся я и вышел под сизое небо каменного города-крепости. Ни травы, ни фруктов, ни телег. Дикое место, еще и дамы полураздеты, наверняка экономят на платьях.

*** Светлана Ивановна

Я хотела уже вызвать в школу мать Дениса, как там ее — эльтем? Но постеснялась, да и зачем беременной женщине стресс? Нет, нам себя нужно беречь. Вот только одного я пока не понимаю — с чего лучше начать разговор. Так, чтоб издалека. По ходу дела разберусь. Для начала нужно узнать, что она вообще думает об упырях. Как-то бы отвести от моей семьи подозрения, что ли? Может, пообещать ей, что теперь муж будет кусать только меня? А с пасынком что придумать? Что он станет кусать только Аню? Но дочка у меня пока еще подросток, разве так можно? После занятий я ухватила за плечо Дениса с грацией тощей кошки, будто бы это последний мышонок во всем нашем городе. Парень подлетел на месте, выпустил наружу шипы. Все забываю, что отец у мальчика, кажется, демоном был.