Мне открылся ресторан.

Такой, каким его представляли гратхи.

Крепкие дубовые столы, словно вырезанные из цельного куска дерева, врастали в пол массивными ножками, из-за чего смахивали на фантастические грибы. К стенам были прибиты держатели с коптящими факелами. И да, стены были каменными. Ну, или облицованными плиткой «под камень».

А ещё мне понравилась люстра.

Настоящая, средневековая. Эдакое колесо с вагоном свечей. Воск плавится, стекает на люстру, оставляет причудливые наслоения.

А в самом зале пируют орки.

Иначе не скажешь.

Пустых столиков нет, полный аншлаг. Утробный смех, громкие разговоры, в дальнем углу компания что-то хором напевает…

Я что, попал на съёмки фильма Питера Джексона?

При моём появлении разговоры стихли.

Орочья братия дружно уставилась на чудо в перьях. Людьми в этих кварталах отродясь не пахло. Большая часть советских граждан не покидала окрестностей посольства.

— Тварь неподалёку, — шепнул мне на ухо Чу.

Фамильяр принял свой любимый образ летающего хомяка, но сейчас его видел только я. Чупа сделал почётный круг под люстрой и завис посреди зала, грозно сверкая красными очами.

Я направился к барной стойке по проходу.

За каждым моим движением следили десятки любопытных глаз.

Логика эмиссара оставалась для меня загадкой. У подселенца была конкретная цель, местный шаман-отступник, так с какого перепуга он отирается в этой дикой корчме?

Эмиссары, вошедшие в полную силу, но ещё не мимикрировавшие, выглядят специфически.

Ни за людей, ни за орков эти существа не сойдут.

Я чётко понимал — тварь находится вовсе не за одним из этих дубовых столов. Тогда где? Вариантов немного — подсобка, сортир, кухня.

Повадки эмиссаров мне известны. Эти сволочи либо выполняют некую миссию, либо адаптируются и укрепляют организм. А для этого им надо жрать. Преимущественно живой корм. Но и мясо на кухне сгодится.

Туалет находился в закутке возле барной стойки.

Я прикинул, что оттуда можно добраться на кухню за считанные секунды, но я и без того привлекаю много внимания. Придётся действовать хитростью.

Скрывшись за дверью коридора я сделал вид, что направляюсь в сортир, а сам распространил вокруг волну апатии и нежелания присматриваться к окружающим. Перехватил одного из поваров, заставил его вооружиться тесаком для рубки мяса и направиться в сторону холодильников. Револьвер сейчас находился в подмышечной кобуре, под лёгкой ветровкой, и в глаза не бросался. Руну я запихнул в один из карманов.

Картину на кухне я видел глазами гратха.

Звон посуды, шкворчание, пар и дым, тлеющие угли под очагами, без устали что-то шинкующие повара. Всего трое, но работали мужики слаженно, профессионально.

Направляюсь в глубину ресторана.

— Теплее, — подсказал Чупа.

Оказавшись на кухне, я занялся манипуляциями.

Гратхи дружно меня не замечали, а тот, что с тесаком, осматривал подсобку. Я видел происходящее его глазами. И в эту секунду что-то шустрое ломанулось от большого, распахнутого настежь холодильника, к задней двери.

Выдаю импульс.

Повар метнул тесак.

Хорошо метнул — тесак врезался в дверное полотно, зацепив плечо эмиссара.

Я обогнул чан с мясным варевом, нырнул в проём подсобки и побежал, на ходу извлекая из кобуры револьвер. Нужен всего один выстрел. Но точный, с применением руны.

Напитываю камень своей энергией.

Тварь яростно шипит, дёргает дверь на себя. Я отталкиваю повара, чуть не вывихнув плечо, выбрасываю руку с револьвером и стреляю.

Эмиссар взвизгивает, хватает себя за бок.

Вижу, как из раны хлещет чёрная кровь.

Существо, несмотря на боль и кровопотерю, выскакивает в ночь. Я — за ним. Вижу мусорные баки, груду деревянных ящиков и картонных коробок под навесом, тусклый свет фонаря…

Движение справа.

Эмиссар скрывается в тесном проулке, я стреляю наугад, один из ящиков взрывается щепками.

Пробегаю с десяток метров — и вижу, как существо скрывается за углом.

Эмиссар стремительно удалялся по узкому переулку, лавируя между мусорными баками, тюками, контейнерами и сложенными друг на друга пустыми ящиками из-под продуктов, которые выставили сюда магазины. Я кинулся следом, полный решимости настичь тварь и уничтожить. Такой шанс упускать нельзя. Я должен пристрелить выродка — тем более, он уже ранен.

Из-под ног разбегались похожие на крыс существа, разглядеть которых я не успевал, ботинки шлёпали по зловонным лужам, а я старался не споткнуться о груды мусора и ни на чём не поскользнуться. Получалось не всегда. То и дело подошвы разъезжались, замедляя мой бег.

Но эмиссар виднелся впереди: скакал, словно кенгуру, удирая длинными прыжками. Он легко перемахивал через мешки, ящики и контейнеры, некоторые же просто сносил на ходу, создавая мне дополнительные преграды.

Так, кажется, я понял его тактику отступления… У бегства чудовища был свой ритм, который оно, вероятно, выбирало инстинктивно, особо не задумываясь, что и как делает.

Когда впереди показался очередной контейнер, преграждавший дорогу более, чем наполовину, так что мимо него пришлось бы протискиваться бочком, эмиссар ожидаемо подпрыгнул и на мгновение завис в воздухе над преградой. И в этот миг я выстрелил.

Удар пули заставил монстра перекувырнуться, превратив его приземление в неловкое падение. Раздался злобный вопль, а затем — шлёпающие по лужам удаляющиеся шаги. Проклятье! Снова только ранен! Вот ведь живучий какой…

Когда я достиг контейнера и пролез между ним и стеной, эмиссар уже сворачивал за угол. На земле валялась его левая рука. Неудачный выстрел. Конечность тварь отрастит.

Я помчался дальше и вскоре выскочил на улицу, едва освещённую редкими фонарями, болтавшимися на растянутых поперёк неё проводах, и коптящими факелами, установленными на стенах.

Несколько гратхов глядели туда, куда умчался эмиссар. Я пробежал мимо них. Монстра видно не было. Однако на асфальте то и дело попадались следы чёрной крови. Ещё бы: два серьёзных ранения. Конечно, из ран должно хлестать. Я бежал по следу до ближайшей подворотни. Бросил взгляд вперёд: крови нет. Значит, выродок нырнул в арку. Но в ней было пусто.

Через три секунды я уже был во дворе. Здесь стояли две громоздкие машины. Всё. Никаких деревьев, детской площадки, гаражей.

Пришлось притормозить, чтобы осмотреться. Куда мог деться эмиссар? Кроме арки, через которую я забежал, других выходов из двора не было. Да и укрыться тут особо негде. Разве что за машинами спрятаться.

Я двинулся по дуге, держа оружие наготове. И в этот момент где-то наверху раздался металлический скрежет. Резко подняв голову, я увидел, как эмиссар, наполовину высунувшись с крыши, отрывает оставшейся рукой верхнюю секцию пожарной лестницы. Швырнув её вниз, он исчез.

Вот гад! Теперь мне за ним не вскарабкаться. Хотя, если честно, в этом особого смысла и не было: очевидно, что тварь не станет сидеть на крыше этого дома, а перепрыгнет на следующую.

Выскочив обратно на улицу, я перешёл на другую сторону и снова задрал голову, надеясь увидеть, как монстр перемахивает на другой дом. Увы, не вышло: угол оказался слишком мал. Проклятье…

Так, ладно! Где-то тварь должна спуститься. Возможно, мне удастся её встретить. Я побежал вдоль домов, заглядывая в каждый переулок. Один раз мне удалось заметить пронесшуюся в воздухе тень: монстр перемахнул с одной крыши на другую. Ага! Значит, я на верном пути. Он, конечно, меня не видит и думает, что оторвался. Значит, скоро спустится. Нужно лишь не попасться ему на глаза раньше времени. Устрою засаду.

Через двести метров я понял, что оказался в другом районе: здесь дома стояли теснее, просветов между ними практически не было. Эмиссар мог перепрыгнуть практически в любом направлении.

И всё же, я добежал до конца улицы и остановился в ожидании, что он появится. Здесь расстояние до следующего здания было слишком велико, чтобы прыгать.