— Какие? — быстро спросил мой собеседник.

— Есть одна идея. Не волнуйтесь. С этого момента вы будете под защитой отдела.

— Спасибо… Я ведь не столько за себя волнуюсь — хотя, конечно, превратиться в монстра не хочется, — сколько за родных.

— Прекрасно вас понимаю. Немедленно займусь этой проблемой. Будем на связи.

— Да, хорошо. Ещё раз — спасибо.

Георгий Антонович порывисто протянул мне руку. Я пожал её. В виртуале все ощущения передавались в точности, как в жизни.

— Думаю, сейчас нам пора прощаться, — сказал я.

Портальщик встал.

— Держи меня в курсе, — сказал он.

А затем растворился в воздухе.

Я тоже покинул парк. Выйдя в реальный мир, сразу же поручил компьютерному отделу установить за портальщиком самое пристальное наблюдение через камеры с помощью нейросети. Также выделил трёх толковых оперативников, чтобы не спускали с ментора глаз. Камеры камерами, а наружку никто не отменял, как говорится. Пусть рядом с отцом Кристины будут живые люди, понимающие, с чем мы работаем, и готовые принять меры в случае чего.

Но всё это было не главным. Требовалась ментальная защита, через которую эмиссарам не пробиться. Благодаря рассказу Георгия Антоновича я понял, что шпионы некродов ищут в человеке уязвимое место, психологическую травму, из-за которой он становится беззащитен. А такие есть абсолютно у каждого. Значит, нужно универсальное средство, которое закроет эмиссарам путь в сознание портальщиков и прочих жертв.

И такое средство существовало. Я бы не стал понапрасну обнадёживать отца Кристины, если бы не знал, что предпринять.

Так что, как только оперативники отправились следить за ним, я вернулся в свой кабинет, заперся и уселся прямо на полу, подвернув под себя ноги. Пришло время открыть ещё одну технику анимансера.

— Чупа, мне нужно во дворец памяти.

Фамильяр материализовался передо мной. Он висел в воздухе, держа в лапе круглый леденец, от которого уже была отгрызена добрая треть.

— Что на этот раз? — поинтересовался он, облизнувшись.

— Круг Защиты.

— Ясно. Не удивлён, если честно. Так и думал, что ты решишь его использовать, чтобы оградить папашку своей девчонки.

— Не только его.

— Угу. Ты хоть представляешь, сколько понадобится энергии, чтобы поддерживать Круги Защиты для всех, кого наметят себе в цели эмиссары?

— Представляю. Не забывай, что это моя техника, и я ею уже пользовался. К тому же, мне не нужно применять её для охраны всего сознания целей.

— Нет? — удивился Чупа и с хрустом откусил кусок леденца.

— Достаточно блокировать триггеры, которые эмиссары используют в качестве точки входа.

— Хм… Разумно. Да, это здорово сэкономит нам энергию. Молодец, соображаешь. Так что, значит, погнали?

— Если тебя не слишком отвлекает леденец.

— Ты имеешь дело с профессионалом! — усмехнулся фамильяр. — Как-нибудь справлюсь. Полетели!

Кабинет начал быстро затапливаться густой, вязкой тьмой.

Прошло всего несколько секунд, и мрак поглотил меня с головой. Рядом появился светящийся, как киношное привидение, хомяк. Леденец он сунул за щеку и теперь похрустывал пальцами. Глаза его постепенно разгорались красным.

Пространство вокруг нас начало меняться. Картина была привычная: она отражала слои реальности, наложенные друг на друга подобно чекам в продуктовом советском магазине моей молодости, безжалостно наколотым на вертикально торчащий из деревянной подставки штырь. Он всегда вызывал у меня смутное беспокойство: никак не мог заставить себя не представлять, как вместо чека на него накалывается моя ладонь.

В подпространстве, конечно, никакого штыря не было. Чупа пошевелил пальцами, подмигнул мне, и мы полетели сквозь миры.

Путешествие, как и в прошлый раз, оказалось недолгим: уже через пару головокружительных минут мы добрались до моего подсознания, где располагалось хранилище. Стеклянные шары, в которых плавали открытые мною способности, переливались различными цветами, мерцая и пульсируя, словно лава-лампы. Некоторые ещё оставались погашенными.

Я направился к тому «аквариуму», где находился Круг Защиты.

— Уверен, что поможет от эмиссаров? — спросил фамильяр, плывя рядом по воздуху.

— Ну, хуже точно не будет. Но вообще, да. Думаю, получится.

— Тогда действуй.

Вытянув руку, я коснулся шара указательным пальцем и сосредоточился. Нужно было собрать накопленную пси-энергию, сфокусировать её и наполнить сосуд, чтобы активировать «спящую» способность.

Прямо на моих глазах в сосуд начали вливаться разноцветные потоки. Через некоторое время неподвижно лежавшая на дне аквариума рыбка вздрогнула, зашевелила плавниками, а затем вдруг резко рванулась вверх, расправляя большой хвост.

— Поздравляю! — проговорил Чупа, достав изо рта леденец.

Я не ответил. Продолжил наполнять сферу энергией, пока она не осветила весь шар. Вокруг него разлилось ровное тёплое сияние.

— Ты потратил кучу энергии, — сказал фамильяр, разгрызая остатки конфеты. — Придётся нехило так пополнить запас, чтобы поддерживать технику в рабочем состоянии. Особенно если ты планируешь наложить Круг сразу на несколько человек.

— Знаю, — ответил я, убирая палец. — Для начала защищу отца Кристины.

— Потому что она твоя подружка?

— Потому что эмиссар пытается вселиться в него.

Чупа кивнул.

— Разумно. Я просто тебя подначиваю, хозяин. Возвращаемся?

Я окинул взглядом оставшиеся сферы. Не так уж и много техник мне предстоит вернуть. Но когда это случится, я буду во всеоружии.

— Да, полетели.

Когда мы оказались в кабинете, фамильяр уселся на стол, щёлкнул включателем лампы и задрал голову, зажмурив глаза.

— Что ты делаешь? — спросил я.

— А на что похоже? Загораю.

— Ничего не получится.

— Почему это?

— Во-первых, это не солнечный свет. Во-вторых, ты покрыт шерстью. В-третьих, и думаю, это самое главное, ты — демон.

— Аргументированно, — отозвался хомяк. — Но мне всё равно нравится.

— Как хочешь.

Спорить с фамильяром не было ни желания, ни времени. Нужно было установить на сознание портальщика Круг Защиты. Чем я и занялся, не вставая с пола.

Процесс занял около двадцати минут. Пришлось основательно покопаться в подсознании объекта, чтобы отыскать паттерн, связанный с гибелью его сына. К счастью, благодаря его рассказу, я знал, что искать. Прежде чем поставить защиту, я повозился с триггерами и скорректировал все, которые были связаны с чувством вины и душевной болью, которую испытывал отец Кристины. Теперь эмиссару не удастся пробить брешь в его подсознании так легко, как он сделал это ночью. После этого я выставил ментальные блоки, чтобы вообще исключить возможность проникновения неприятеля в душу объекта. Теперь при любой попытке он столкнётся с несколькими рядами стен и ловушек, а даже если со временем пробьётся, что маловероятно, его будет ждать сюрприз: устойчивость объекта к тем триггерам, которые он использовал, чтобы сделать его беззащитным. В общем, за отца Кристины можно было не беспокоиться. Эмиссару в него не проникнуть.

К сожалению, остальные цели некродов оставались уязвимыми. И это было проблемой. Особенно в свете того, что я узнал о методе, с помощью которого эмиссары попадают в людей. Да и психическую энергию нужно пополнить. Причём весьма существенно.

Поднявшись с пола, я размял ноги и уже собирался прикинуть, куда наведаться, чтобы набрать позитива и негатива, когда раздался телефонный звонок.

Это был Арсений Шувалов.

— Влад, я кое-что обнаружил, — заявил он без предисловий, едва я снял трубку. — Думаю, тебе понравится. Это… действительно интересно!