— Есть особые пожелания, шеф? — спросил Виталий Каплан.

— В каждой группе должны быть энергет и портальщик. Остальные кандидаты — на ваше усмотрение. Под каждой фамилией должно стоять обоснование. Почему именно этот человек оптимален для борьбы с эмиссарами. Если вопросов нет, приступайте к выполнению.

Дождавшись, пока кабинет опустеет, я включил компьютер, чтобы самому просмотреть списки, предложенные Аксёновым. Но поработать в спокойной обстановке мне не дали.

Зазвонил смартфон.

Высветился номер абонента — это был отец Кристины.

— Здравствуйте, Георгий Антонович. Что-то случилось?

— Да, Влад, — портальщик на несколько секунд задумался, а потом выдал: — Кажется, на меня напали. Во сне.

Последняя фраза заставила меня насторожиться.

— Простите, Георгий Антонович, можете повторить? Не уверен, что правильно расслышал. И понял.

— Во сне, Влад, — твёрдо повторил портальщик. — Понимаю, что звучит странно, но я совершенно уверен, что мне это не привиделось, — голос его слегка дрожал, мужик, как минимум, искренне верил в то, что говорил. — Скажи, Влад, это вообще возможно?

Я задумался. По идее, примерно так вселение и должно происходить: через тонкие миры между пространствами. И во сне человек наиболее уязвим, ведь он себя не контролирует. Так что отцу Кристины ещё повезло, что произошла лишь попытка. Кстати, почему эмиссар потерпел неудачу? Может, вселение происходит не сразу, и человеку поначалу просто кажется, что он видит кошмары? Наверняка некоторые он даже не запоминает. Очень интересно. Мне ведь до сих пор не доводилось опрашивать тех, в кого попадали эмиссары. По понятной причине: я сталкивался с ними, когда уже наступало время сражаться.

— Георгий Антонович, нам нужно пообщаться не по телефону, — сказал я. — Дело серьёзное, мне требуется больше сведений.

— Ты приедешь? — обрадовался портальщик.

— Эм… Нет, сейчас не могу. Занят в отделе. Вам сюда тоже нельзя. Но откладывать разговор не стоит… Давайте встретимся в виртуале. У вас есть нужная система? Я бы организовал защищённый канал.

— Есть, конечно! Сейчас подключусь.

— Отлично. А я вас поймаю. Какой у вас ник?

Записав продиктованные сведения, я повесил трубку и отправился в отдел компьютерщиков. Там мне быстренько выделили защищённый канал для переговоров, надели на голову даже не очки, а целый шлем с кучей мигающих датчиков и отправили в вирт, где мы должны были встретиться с отцом Кристины.

Интересно, сколько вообще таких вот тайных переговоров ведётся по всему миру? Наверняка много. И какова вероятность, что их можно взломать?

Нет, за нашу с портальщиком встречу я в этом смысле не переживал. Никому не придёт в голову нас подслушивать. Не настолько важную информацию я собирался узнать.

Первое время при погружении в вирт ничего не происходило. Перед глазами просто висела темнота, в которой время от времени вспыхивали крошечные звёздочки. Видимо, я наблюдал процесс загрузки.

А затем вдруг картинка сменилась на трёхмерное пространство: деревья, кусты, пруд с утками, скамейка и вдалеке — гуляющие по парку люди.

Хе-хе… Кто бы ни создал эту локацию, в чувстве юмора ему не откажешь. Сколько раз я видел в фильмах про шпионов тайные встречи в таких вот городских парках!

Что ж, если следовать иронии разработчика, следовало присесть на скамейку. Что я и сделал. Только в этот момент обнаружив, что одет в плащ цвета хаки, серый костюм с галстуком и коричневые кожаные туфли. А руке у меня почему-то была сложенная газета «Правда». Я положил её на скамейку слева от себя и закинул ногу на ногу.

Долго ждать не пришлось: через несколько секунд в пяти шагах от меня возник из воздуха отец Кристины. Одетый почти так же, только плащ был другого цвета, а на голове у него красовалась старомодная шляпа. Он быстро огляделся, заметил меня, кивнул и поспешил сесть рядом.

— Добрый день, — проговорил он, глядя на меня. — Спасибо, что приш… согласился встретиться.

— Вы правильно сделали, что сразу со мной связались, Георгий Антонович. Дело серьёзное.

— Я же говорил, что мне нужна охрана!

— Говорили. Но телохранители не защитят вас во сне. Как и остальных портальщиков.

— И что же делать⁈ — в голосе моего собеседника прозвучало отчаяние. — Если эта тварь в меня вселится, я ведь стану опасен! В первую очередь, для своих близких!

— Именно поэтому мне нужно узнать всё, что происходило в вашем сне. Располагая полной картиной, я смогу понять, как предотвратить вселение. И не только в вас.

— Точно сможешь? — с надеждой спросил портальщик.

— Приложу все усилия, даю слово. Итак, Георгий Антонович, постарайтесь вспомнить все подробности. Понимаю, сны плохо откладываются в памяти, но…

— Этот кошмар запомнился очень хорошо! — нетерпеливо перебил мой собеседник. — Я поэтому и понял, что мне не просто сон приснился. Ощущение было такое, будто я нахожусь в реальности, только она походила на сон. Понимаешь, что я имею в виду?

Я кивнул.

— Думаю, да. Рассказывайте, Георгий Антонович. Всё, что видели.

Портальщик неуверенно поёрзал на скамейке, снял шляпу, провёл дрожащей рукой по седым коротким волосам, снова надел.

— Сначала я вдруг осознал, что бодрствую. Было темно, никаких картинок. Решил, что проснулся, попробовал открыть глаза, но не смог. Это было похоже на какой-то транс. Словно я застрял между реальностью и сновидением — так бывает иногда по утрам. Ну, ты понимаешь.

Я кивнул, чтобы его ободрить.

— Во-от… А потом темнота стала превращаться в какой-то лабиринт из пульсирующих стен. Они казались живыми, — Георгия Антоновича передёрнуло от отвращения. — Словно… даже не знаю. Я как будто в животе у какой-то твари очутился! Стал осматриваться, чтобы понять, как выбраться, но идти никуда не хотелось. А потом… — тут мой собеседник запнулся и опустил голову.

— Георгий Антонович, я должен знать обо всём, — сказал я вкрадчиво. — Пожалуйста, ничего не скрывайте. Мы должны понять, как эмиссары это делают.

— Да-да! Я понимаю… Просто… Тяжело об этом говорить, — портальщик выпрямился. — У меня был ещё один ребёнок. Василий. Шесть лет назад он… погиб. Трагическая случайность. Но… я до сих пор виню себя. В общем, я вдруг увидел в том лабиринте его. Он вышел из бокового коридора, заметил меня, улыбнулся… Меня прямо в сердце пронзило! Такая боль!

— Понимаю, Георгий Антонович, — сказал я сочувственно. — Что было дальше?

— Да-да, конечно… Извини. В общем, я, конечно, пошёл к нему. А он… стал уходить. Словно поиграть со мной решил в догонялки. Я побежал следом, само собой. По тому жуткому лабиринту. Не знаю, сколько это длилось. Никак не мог Васю догнать. А он смеялся, оглядывался — дразнил меня. И потом мы оказались в большом… Не знаю, как назвать. Зале, наверное. Он тоже был как будто из плоти. Мерзость! Вася там остановился. В центре был бассейн с чёрной водой. Большой такой. Вася… меня поманил — мол, давай, папа, ко мне. И пошёл прямо к воде! А он ведь утонул, понимаешь⁈ Я, конечно, бросился к нему, чтобы поймать, остановить! А он засмеялся и прыгнул! — портальщик быстро смахнул слезу, тяжело вздохнул. — Я уже собирался за ним сигануть, чтобы вытащить.

— Что помешало? — спросил я, понимая, что мы вплотную приблизились к моменту, когда вселение эмиссара сорвалось.

— Кристина разбудила, — ответил Георгий Антонович. — Сказала, я стонал во сне, она услышала и пошла проведать. А я был весь мокрый от пота и метался, вот она и решила, что мне плохо стало. Я сначала на неё рассердился. Ну, что помешала мне Васеньку спасти. А потом понял, что это никакой не сон был. Ну, и тебе решил позвонить.

— Думаю, ваша дочь помешала эмиссару в вас вселиться. Прыгни вы в тот бассейн, и всё было бы кончено.

— Да, наверное. Но что мне теперь делать? Я же спать больше не смогу! Если даже и усну, то эта тварь опять попытается…

— Скорее всего, да, — честно ответил я. — Но вам не о чем переживать, Георгий Антонович. Я приму меры.