— Ты что тут делаешь? — меня обхватили за талию сильные руки.

— Никифор! — попыталась вырваться, но куда там, этот двухметровый парень облапал, как медведь.

Он был сыном трактирщика. Красавцем не назвала бы, нос картошкой, глазки малюсенькие, свинячьи, копна русых кудряшек на дурной голове. Но других вариантов не имелось. Остальные городские парни хоть и зыркали, и свистели мне вслед, и шуточки сальные отпускали, но предлагали только в кусты прогуляться.

А Никифор на свидание пригласил. Цветы подарил. И говорил красиво. Вернее, шептал на ушко, пока мы по городу гуляли. Что красивая я, в сердце ему запала, что таких никогда не встречал. За первым последовало и второе свидание, там он мне бусики подарил коралловые и поцеловал. А на третье и вовсе в кафе пригласил. Мы ели пирожные, безумно вкусные, и его рука гладила мою коленку. Поняла — влюбился.

Но свиданки продолжались, а дело никак не продвигалось. Уж вся прядильня надо мной потешалась — с подачи Риты, разумеется. Три недели провожались, даже целовались, а замуж приглашения не поступало. Прижмет к себе, бывало, пыхтит, смелости наберется, за ягодицу ухватит. Замрет от своей наглости. И…

И ничего. Опять тишина. А срок-то теткин к концу скоро подойдет. Что тогда делать? По законам нашим или опекун мужского полу должен быть у девицы, или в замуже она должна находиться. У кого деньжата водились, могли в монастыри податься. А без монет туда сунешься, только в лоб получишь. Остальных ждала незавидная судьба — иная работа таким не светит, кроме как в нехороших домах.

Потому я и обрадовалась, когда Никифор меня пригласил в лес. Сначала опасалась, мало ли, там же опять кусты, и много. Но он сказал, что друзья его с девушками едут, будем медовицу собирать. Я такой ягоды не знала, но не в деревне выросла, какой с горожанки спрос? Решила, что коли много народу, значит, все чинно будет. Да и срок теткин уже в темечко заботливо дурным дятлом стучал. Кто не рискует, тот замуж не выходит — решила и согласилась.

— Все, хватит цветы рвать, — оборвал мои воспоминания Никифор. — Идем к костру, с друзьями познакомлю. Уж все приехали. — Он сжал мою ладошку и потащил за собой в лесок.

Там, и правда, уже ждали, рассевшись около костра, три пары. На вид приличные. Перезнакомились, расселись около огня, что уютно потрескивал, пожирая поленья, потекли разговоры ни о чем.

— А вы слыхали, что тут неподалеку живут орки? — вдруг спросила одна из девиц с бусами в три ряда на шее.

— Сплетни это, — ее спутник нервно дернул плечом.

— Не знаааю, — протянула она. — Мне отец сказывал. И еще говорил, что они людей едят, представляете?

— Орки? — переспросила я и вздрогнула, почувствовав, как рука Никифора ползет по талии.

— Не боись, зазнобушка, защищу, — шепнул он на ушко.

Ты лучше женись, едва не ответила ему. Спаси от участи, которая куда хуже, чем стать ужином орка.

— А когда мы медовицу собирать пойдем? — полюбопытничала, глянув на небо. — Уж вечереть скоро начнет.

Все дружно засмеялись.

А что я такого сказала?

Мои хорошие, добро пожаловать в мою новиночку!

Она будет книгой-антистресс, веселой, доброй и с кучей забавных детешек и зверюшек)) Надеюсь, роман не раз заставит Вас улыбнуться. Если так, то не пожалейте для нас с Музом сердечка-лайка!))

А еще мы очень-очень ждем комментарии к книге!)) Таков уговор: с Вас коммы, с меня проды! Первое время главы будут выходить каждый день, потом через день с возможными парными выходными раз в неделю или на официальные праздники. График выхода размещу, как обычно, в аннотации, на странице романа))

Итак, запасайтесь какао с печеньками и устраивайтесь поудобнее, будем выяснять, кто же все-таки чудовище и какие тайны у загадочного орка! Приятного чтения!))

Аннотация

Или замуж, или вон со двора. Так меня «порадовала» тетка. Но едва я отыскала несчастного на роль супруга, как удача повернулась ко мне тем местом, с которым не здороваются. Я угодила в лапы чудовища-орка! Есть меня он не стал — видать, невкусная. Вместо этого взял, да и сделал своей женой, привереда этакий! Говорит — пришлось, и называет чудищем меня!

И что теперь делать с тонной зеленого счастья, ума не приложу. Еще и брошка моя артефактом оказалась и вовсю намекает, что я не просто так во все это вляпалась.

Муж явно тайну какую-то скрывает. Вокруг орчата хулиганят, избы горят, орки скачут, ведунья о пророчестве вещает. А я прыгаю, как бешеный кузнечик, из огня да в полымя, стараясь уцелеть в опасном замуже. Ведь надо успевать и супы варить, и за хозяйством следить, и грядки полоть, и интриги распутывать.

И при этом самой не позеленеть — сначала от гнева, потом — от любви!

орк с секретом

героиня заноза

искры и ехидные перепалки

зеленая любоффф

орчата-шилопопени

забавные зверюндели

зубастая Тайна и злое Проклятие

океан юмора

бытовые радости и пакости

полный апофигей всех в конце

и Хэ — ну очень неожиданный!

Замуж взял, наглый орк? Ничего, долг платежом зелен!

Так, орк, давай-ка выясним, кто из нас чудовище!

— Что? — хмурясь, посмотрела на хихикающих друзей Никифора, потом на него самого.

— Да ничего, — он ухмыльнулся. — Просто ты не так все поняла.

— В каком смысле?

— Медовица — это такая сладкая ягодка, но не всем показывается, — он обнял меня и потянулся к губам. — И уединение любит, ласку.

— Ты о чем? — уперлась руками в его грудь, чуя неладное.

— Она что, и в самом деле думала, что ее по ягоды позвали? — одна из девиц расхохоталась.

— А зачем еще? — недоуменно посмотрела на нее.

— Ой, вот наивная! — та залилась смехом.

И я все поняла. Щеки вспыхнули ярче маков. Вскочив, зашагала в лес.

Шла, не глядя. На глазах вскипели горячие слезы. Нашла, кому поверить! Ведь слышала, что на счету Никифора много разбитых девичьих сердец и надежд. Но верила, что в меня он по-настоящему влюбился, а все, что до того, было просто проявлением молодецкой удали. Кто из парней за девками не увивается? Все ж такие. Потом находят по сердцу себе, женятся, приличными мужьями становятся.

А оказалось, что мне он тоже вранья навешал на уши, чтобы… Вот мерзавец!

Со злости пнула гриб, что попался под ногу. И тут же хлестко получила веткой по лицу, будто в наказание.

— Чара, стой! — Никифор догнал меня, вставшую у наказавшего дерева. — Ты чего, дурашка, обиделась, что ли?

Его руки поползли по талии.

— Думал, ты знаешь, что такое медовица, — горячо зашептал на ухо. — И раз поехала, то согласна.

Не успела ахнуть, как меня развернули и прижали спиной к стволу.

— Я ж извелся весь по тебе, Чарушка, — хрипло выдохнул парень и потянул вверх подол моего платья. — Какую ночь уж снишься, зеленоглазая!

Слюнявые губы коснулись шеи. Меня передернуло.

— Прекрати, Никифор! — попыталась его оттолкнуть. Но с ним, медведем двухметровым, разве сладишь? — Не знала я ни про какую медовицу.

— Сейчас узнаешь, ягодка моя! — он начал лапать за коленки.

— Отстань, не такая я!

— Чего ерепенишься, дурочка?

— Пусти! — извиваясь, как нить, соскочившая с прялки, изловчилась и вдарила ему коленом аккурат в то место, с которым он меня познакомить хотел без моего на то согласия.

Силы не жалела. Всю обиду в тот «маневр» наказательный вложила. Гаденыш взвыл так, будто орк впился клыками в его зад. Отскочил в сторону, согнулся пополам, глаза выпучил и хватал ртом воздух. Так тебе и надо, срамотун!

— Ополо… умела ты, девка? — выдохнул рвано, руками держась за пострадавший жезл всевластия.

— Ну, коли порядочность так зовется, то да! — рявкнула в ответ, поправляя помятый подол, что чуть ли не на уши мне натянул этот нахал. — Я не из тех девиц, что по медовицу в лес бегают, понял? Ты, видать, к таким привык, кот блудливый. А я-то думала, замуж позовет, коли полюбил.