Не выживать.

Не прятаться.

Не просчитывать каждый шаг.

А просто — жить. Есть. Спать. Чувствовать тепло очага.

Глупость. Для меня это давно стало роскошью. Сказкой.

Не желая больше думать о пустяках, я поднялся и направился в купальню. На стене висело простое устройство, подающее воду прямо из реки — одно из немногих удобств в этом забытом месте, да и то настолько дорогое, что было доступно лишь немногим.

Но сад ледяных яблок приносил неплохой доход. Вот только тратить эти деньги не на кого, кроме меня самого. А мне много и не нужно.

Я дёрнул цепочку — потекла вода. Тело наполнилось свежестью, но боль под лопаткой тут же напомнила о себе. Голова тоже не отпускала — чтоб её. Взял мыло, намылился.

Это убежище я приобрёл через подставных духов сразу после победы на окраинах королевства. Теперь для всех я мёртв — и пусть так и останется.

Прежде чем здесь поселиться, я всё тщательно проверил: в округе никого. Ни соседей. Ни случайных свидетелей.

Отличное место для бывшего полководца. Демона по отцу. Племянника короля по матери.

Сразу после победы меня посчитали погибшим. Что ж, я не стал возражать.

Невеста недолго горевала — быстро надела кольцо моего двоюродного брата и наследника престола. Впрочем, она изменяла с ним ещё до моей смерти, так что вполне ожидаемо.

Но где же вода?

Внезапно шланг дёрнулся, захлебываясь водой.

— Что ещё за…

Что-то скользкое ударило по голове и с глухим шлепком упало к ногам. Глянул вниз — рыбина.

Наклонился, попытался схватить, но она ускользала и вертелась. В конце концов я её всё-таки ухватил. Вот и обед.

Бросил добычу в таз, смыл с себя остатки мыла и выдохнул.

И тут я почувствовал… Сначала — едва уловимый шлейф чужой магии. Мягкой и нежной. Женской. С ароматом свежей травы… и лёгкой целебной горечью.

Я напрягся мгновенно. Источник был по ту сторону двери.

Но это невозможно.

Распахнул дверь — и увидел её…

Эмилия

Мужчина ждал ответа. Его раздражение висело в воздухе гуще пыли в моём новеньком «дворце». Я скрестила руки на груди, стараясь казаться увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.

— Эмилия Скай, — произнесла я, нарочно использовав девичью фамилию. Возвращаться к имени бывшего мужа больше не собиралась. Старалась смотреть ему в лицо — ниже взгляд опускать было рискованно: щёки могли вновь запылать. — Я ваша соседка. Тот… дом напротив, — кивнула в сторону запущенного жилища, — теперь принадлежит мне. По праву бывшей невестки прежних владельцев.

Мужчина прищурился. Взгляд скользнул к окну, на покосившийся фасад за зарослями крапивы, а потом вернулся ко мне.

— Бывшая невестка, — повторил он с интонацией скучающего пренебрежения. — Очаровательно. Значит, ты была замужем?

— Это не имеет отношения к делу, — отрезала я, не собираясь вдаваться в подробности.

— Дом твой, говоришь? — Он усмехнулся — коротко, беззвучно. — Жалкое зрелище. И место… сомнительное. — Сделал шаг в мою сторону, и я машинально отступила. Не от страха — скорее от его резкой, звериной энергии. Мужчина пах речной водой, мылом… и опасностью. — Здесь неспокойно, соседка. Совсем рядом — тени старых лесов. Звери. Бродяги. Да и магия в этих краях… капризная. Не для таких, как ты, неженок.

Он явно пытался запугать. И, признаться, у него получалось. Хотя пугали не столько звери или бродяги, сколько он сам. Интересно, владеет ли он магией? И если да — насколько она опасна?

— Меня предупреждали, — соврала я, приподняв подбородок. — Справлюсь. Я не из робких.

Он фыркнул.

— Робость тут ни при чём. — Из кармана извлёк небольшой, туго набитый кошелёк. Монеты внутри звякнули чисто и звонко. — Слушай, Эмилия-Бывшая-Невестка. У меня к тебе деловое предложение. — Взгляд скользнул к покосившемуся дому. — Твой… сарай. Он мне нужен. Хочу расширить сад. Ледяные яблоки требуют простора. — Тряхнул кошельком. — Я хорошо заплачу. Хватит на домик получше. Где-нибудь в тихой деревушке. Подальше от… сомнительных соседей.

Последнее слово он произнёс с особой, ледяной язвительностью, глядя мне в глаза. Намёк был прозрачнее его яблок.

Деньги… Господи, как же они мне нужны. На еду, на дрова, на стёкла для окон… У меня ещё оставалось немного — хватит на первое время. Но деньги быстро заканчиваются.

Но куда я уйду? В какую «тихую деревушку»? В место, о котором ничего не знаю? А этот — пусть перекошенный, пыльный и скрипучий дом уже стал немного своим. Знакомым. И потому — безопасным.

Я взглянула на кошелёк, потом — на мужчину. Тени от старых шрамов легли у виска, делая лицо ещё более суровым. В его взгляде читалось одно: «Убирайся!»

— Как тебя зовут? — спросила я.

Как же мы быстро перешли на «ты».

— Кристиан. Кристиан Ровер. Я фермер. Купил этот дом несколько лет назад.

— Ледяные яблоки у тебя и правда прекрасные, Кристиан Ровер, — спокойно произнесла я, не дотрагиваясь до кошелька. — Но мой дом — мой. И продавать я его не собираюсь. — Сделала шаг назад, к двери. — Раз у тебя всё в порядке и в доме не лежит умирающий старик… я пойду. Дел — непочатый край. А время уходит.

Не дожидаясь ответа, я развернулась и вышла на крыльцо. Рассветная прохлада коснулась щёк. За спиной — его взгляд. Тяжёлый. Колючий. Пусть. Пусть думает что хочет.

У меня и правда было очень много дел. Важных дел. Главное из них — выжить. А это, как оказалось, тоже требует усилий.

Я схватила ведро с водой и, продираясь сквозь заросли, направилась к покосившемуся, серому дому. Моему дому.

Кристиан

Она ушла. Не взяла денег, не поддалась на угрозы. Просто развернулась и пошла к своему облезлому сараю, волоча за собой ведро с водой — символ своей жалкой независимости.

Дерзкая. И глупая.

Я стоял на крыльце, наблюдая, как она пробирается сквозь заросли крапивы. Светлые волосы, выбившиеся из тугого хвоста, играли на ветру. Платье — простое, поношенное — колыхалось вокруг ног, словно живое.

И вдруг… я поймал себя на мысли.

Я забыл. Совсем забыл, как это выглядит — когда женское платье колышется на ветру.

Её магия…

Закрыл глаза, пытаясь уловить шлейф. Мягкий. Как свежескошенная трава. Тёплый. Землистый. Целебный. Безобидный. Совсем не похоже на мою магию — старую, выжженную, пропитанную пылью дворцовых коридоров, гарью пограничных пожарищ и… кровью.

Слишком много крови.

В висках стучало. Лопатка горела огнём — проклятый яд, проклятый эльф, проклятый король, отправивший на верную смерть вместо своего драгоценного сына.

Я вытянул шею, наблюдая, как Эмилия поднимается на крыльцо и ставит ведро. Выпрямляется. Смахивает прядь со лба. Лицо усталое, но решительное.

Эмилия. Нежное имя…

Что-то скреблось в груди. Беспокойство туманило разум. Интуиция, выточенная годами предательств и погонь, шептала: « Буря близко».

Эмилия скрылась за дверью, и я вдруг почувствовал пустоту.

Да чтоб меня Тенистый сгрыз!..

Резко отвернувшись, я прижался горячим лбом к косяку. Голова гудела. Нужно было что-то делать. Любое решение — лишь бы она уехала. Продала дом. Исчезла.

Сегодня, — решил я, стиснув зубы от боли и дурного предчувствия. — Сегодня попытаюсь ещё раз.

Иначе…

Иначе буря сметёт нас обоих.

Эмилия

Пора ближе познакомиться с Асмирой — и, конечно, с её знаменитым рынком.

Дорога в город оказалась удивительно лёгкой и приятной — не в пример бесконечной мучительной тряске на старой повозке из столицы. Ухоженная тропа петляла между холмов, покрытых стройными соснами. Воздух звенел от чистоты и свежести. Пахло хвоей, влажной землей и сладостью — то ли цветами, то ли магией, что пронизывала эти места. Солнце мягко согревало спину, и настроение росло с каждым шагом.

Вот и городские ворота. Я ожидала увидеть нечто скромное, провинциальное — вроде покосившегося частокола или облупленного камня. Но ошиблась. Город Света оказался совсем не так прост.