— Боже, — говорит злобный бармен по имени Хэлли, собирая все бокалы. — Они ужасны.

По крайней мере, мы с ней в чем-то согласны.

— Они просто отвратительны, — ворчу я. — Я встречал сотни замечательных людей из Техаса. А потом появились эти парни.

— Тссс! — шепчет Ава. — У них много денег. И они не будут здесь жить. Так что неважно, нравится мне их виски или нет. — Она икает. — Или их сексизм. Но я справилась. Было весело! Я пережила Шарпов. Всех до единого. Передаю трофей! — Она победно вскидывает руки.

К сожалению, это дестабилизирует ее состояние. И даже когда она хватается за край барной стойки, чтобы не упасть, то все равно неловко соскальзывает со стула и падает на пол.

— Черт, Ава, — говорит Хэлли, ныряя под барную стойку, чтобы помочь.

— Я в порядке! — заявляет Ава, присев на корточки у самого пола.

Я делаю шаг в ее сторону, но Хэлли оказывается быстрее и помогает Аве подняться на ноги.

— Посиди спокойно минут пятнадцать, ладно? Я отвезу тебя на холм, как только смогу закрыться.

— Не нужно, — сонно говорит она. — Моя пижама уже заждалась меня. Спокойной ночи! — Затем поворачивается и осторожно уходит от нас.

— О боже. — Мне не по себе, когда я вижу, как Ава медленно пересекает вестибюль, раскинув руки для равновесия. Как канатоходец без страховки.

— Ава! — зовет ее бармен. — Где твое пальто? И ты не можешь идти домой на таких каблуках!

Но та просто поднимает руку и машет.

— Твою мать. — Хэлли бросает полотенце. — Она не могла подождать десять минут?

— Я разберусь, — говорю я. — И прослежу, чтобы Ава не упала в снег.

Хэлли рычит, но я не задерживаюсь, чтобы узнать, что она думает. А спешу за Авой, которая почти добралась до двустворчатых дверей.

Я догоняю ее, когда она безуспешно пытается нажать на кнопку на стене, чтобы открыть дверь.

— Где твое пальто? — спрашиваю я, когда она наконец нажимает на кнопку.

— Не знаю, — ворчит Ава. — Завтра найду. — Двери разъезжаются, и нас обдает потоком холодного воздуха. Но она выходит на улицу.

Черт.

— Эй, Ава, — говорю я, выходя за ней на мороз и снимая пиджак. — Возьми хотя бы мой пиджак. В этом платье ты насмерть замерзнешь.

— Нет, — говорит она. — Мне не нужна твоя помощь. — Не успев договорить, она спотыкается, и мне приходится подхватить ее под локоть, чтобы она не упала.

Как только Ава приходит в себя, то снова отдергивает руку.

— Я в порядке, Рид. Поезжай домой. А еще лучше возвращайся в Калифорнию, тогда мне не придется видеть твое лицо.

Я открываю рот, чтобы пообещать это, если только она наденет этот чертов пиджак. Но Ава еще не закончила.

— Просто возвращайся в самолет в своей сексуальной одежде, со своим накачанным телом, и не мог бы ты, пожалуйста, стать чуть менее красивым, прежде чем вернешься? Я бы даже сказала по-настоящему уродливым. И с фигурой как у папы.

Я с трудом сдерживаю смех.

— Будет сделано, Ава. Я знаю, что ты не очень-то хочешь меня видеть. Но, наверное, хорошо, что мы наконец снова встретились.

— Что? Нет, это не так. — Она морщится, как будто съела что-то горькое. Затем снова спотыкается, и я опять хватаю ее за локоть. Ава сбрасывает мою руку. — Как ты можешь так говорить? Я тебя ненавижу.

Меня пронзает боль.

— Я знаю, — осторожно говорю я. — И мне жаль. Наверное, нам стоит поговорить об этом, когда мы не будем пьяны. Но я рад, что у тебя все хорошо. Приятно видеть твою улыбку. — Даже если это пьяная улыбка. Теперь она двигается медленно и потирает руки, чтобы согреться. Поэтому я пытаюсь накинуть пиджак ей на плечи.

— Я все время улыбаюсь, — заявляет Ава, сбрасывая пиджак с плеч. Я едва успеваю поймать его, прежде чем он упадет на тротуар. — Я не улыбалась три года после того, как ты меня бросил. Но теперь мне лучше. Я правда в порядке.

— Я очень рад это слышать.

— Держу пари, — бормочет она.

— Нет, это правда. Я бросил тебя, чтобы ты в конце концов смогла быть счастливой.

Ава резко останавливается.

— Что? Это бессмысленно. Я сейчас очень пьяна. И все же я на сто процентов уверена, что в этом нет никакого смысла.

Ого. Ава заслуживает объяснения, но, скорее всего, она не в том состоянии, чтобы его услышать. Да и у меня сейчас состояние не лучше.

— Знаешь, давай обсудим это утром.

— Нет, мы не будем это обсуждать. Но просто чтобы ты знал: сказать девушке, что ты бросил ее после выкидыша, чтобы она могла быть счастлива? Это жестокость в чистом виде.

Я вздыхаю.

— Да. Теперь я это понимаю. — Хотя в то время я считал себя ядовитым облаком тьмы. Единственным выходом было исчезнуть из жизни Авы. Но ей не нужно слышать, как я с ней спорю. — Хорошо. Ты права. Я монстр.

— Так и есть, — соглашается она. — Горячий, раздражающий монстр. Хотя твоя помощница милая. Тебе стоит повысить ей зарплату.

Я смеюсь.

— Шейла всем нравится. Она славный ребенок.

Ава прищуривается.

— Перестань так делать.

— Что?

— Ты улыбаешься. Не надо. От этой улыбки я глупею.

Я ничего не могу с собой поделать. Я смеюсь, потому что Ава никогда не была глупой.

— Прекрати. Выключи это! — Она вздрагивает всем телом и выхватывает у меня из рук пиджак. — Дай мне его. Но прибереги улыбки для своей девушки.

— Хорошо. Вот только у меня ее нет. — И теперь улыбка сползает с моего лица. Завтра мне придется снова позвонить Харпер и извиниться. А еще мне стоит просто разорвать наши отношения. Она заслуживает лучшего.

Мы выходим на дорожку, ведущую к зданиям для сотрудников.

— Тебе не обязательно идти за мной, — говорит Ава. — Ты переехал, помнишь?

— Ага. Но сегодня хорошая погода для прогулки. Этот холодный воздух меня отрезвляет.

Ава смотрит на меня серьезным взглядом. Или пытается. Но очень пьяная женщина в пиджаке, который ей велик на несколько размеров, не может выглядеть очень серьезно.

— Ты можешь пойти куда-нибудь еще. Я пойду домой одна, — говорит она. — Спасибо за пиджак.

Затем она уходит. Почти. Я вижу, как Ава снова спотыкается и на этот раз сильно ударяется о холодный бетон.

— Черт! — кричит она. — Мои туфли!

Я смотрю вниз и вижу, что один из ее высоких каблуков отвалился.

— О-о.

Она поднимает каблук и швыряет его в сторону отеля.

— Я уже собиралась уйти! Я хотела эффектно удалиться.

— Я видел. Все определенно шло хорошо, — говорю я ей. — Я точно это почувствовал.

Ава издает стон, когда я поднимаю ее с земли. И да, это бархатное платье такое же приятное на ощупь, как я себе и представлял.

— Что ты делаешь? — вскрикивает она.

— Мы попробовали сделать это по-твоему. Теперь мы сделаем это по-моему.

— Нет!

— Слишком поздно. — Я перекидываю ее через плечо, и Ава вскрикивает.

Я теперь оглох на одно ухо. Но все равно иду, не сбавляя темп.

Как только я затаскиваю ее в лифт отеля, она перестает кричать. Хотя все еще жалуется. Ава упирается обеими руками в стену и рассказывает мне, как я испортил ей вечер.

— Черт бы тебя побрал, Рид. Все должно было быть не так.

— Что не так? — Я нажимаю на кнопку.

— У меня были грандиозные планы на случай, если ты когда-нибудь снова здесь появишься.

— Были? — Я несу свой пиджак и то, что осталось от ее туфель.

— Ты же знаешь. Я представляла, как ты появляешься, когда я выгляжу офигенно. — Она запрокидывает голову, произнося это, и в сотый раз за вечер я ловлю себя на том, что мой взгляд скользит по ее декольте.

— Ты хорошо выглядишь, — замечаю я. — Действительно о-о-очень хорошо. Но я не думал, что ты захочешь, чтобы я это сказал.

— Нет, — отрезает она. — Но я хотела, чтобы ты так подумал.

— Понятно. — Я сдерживаю улыбку, когда двери лифта открываются на моем этаже. Я выхожу и направляюсь к своему люксу «Виста», а она следует за мной, как уточка. Пьяная уточка.